с одной стороны сплошная стеклянная стена, а справа большая картина с тремя мишками и сосновым лесом. Кажется, это репродукция чего-то известного. Благодаря Ленке я на выставки картин пару раз ходил, но такой не видел. Присмиревшая и при этом тихо млеющая от счастья Ветренко с лёгкой улыбкой подошла к единственной двери в холле и обернулась ко мне, спрашивая взглядом, дескать, ну, ты чего встал?

- Заходи первой, - предлагаю. - Или боишься? - не могу сдержать насмешки.

На душе радость. Новое начальство? Так за дверью явно не оно, а вот в кармане у меня смартфон, блин, не забыть его сегодня сменить на айфон, а в смартфоне эсэмэска о зачислении четыреста тридцати пяти тысяч. Да я в Мухинске столько разве что за целый год зарабатывал. А тут - раз, и вот они. Даже то, что мои двести тысяч наличными лежат в кейсе под столом без присмотра, настроения совсем не портит. Перестал тревожиться.

- Не боюсь, но лучше ты. - отвечает. Постучала и отошла в сторону хитрая. - Лёш! Извини. Алексей Сергеевич!

Ну, ладно, чего. Захожу и сразу же теряюсь от вида стоявшей возле кашпо с фикусом стройной девушки, державшей в руке графин, наполовину заполненный водой. Почему теряюсь? Так она ж при стуке Олечки и нашем появлении не поспешила развернуться, продолжила поливать растение, представив на обозрение попу, туго обтянутую чёрной юбкой размерами до колен. Ветренко, мгновенно срисовав направление моего взгляда, закатила глаза и глубоко вздохнула.

Наконец женщина обернулась к нам поставила графин на стол и поправила очки в небольшой изящной оправе. Слёту определяю, что стёкла там нулёвки. Или для понтов, или антибликовые, чтобы глаза от монитора не уставали. Подозреваю первый вариант.

Если Зинаида Михайловна и секретарша отца Анны Николаевны больше похожи на домохозяек, то Нина Олеговна выглядит настоящей секс-бомбой. Ростом с меня, но сейчас за счёт каблуков выше, стройная как кипарис, красивые черты лица, рыжие кудри, прихваченные сзади в хвост, и большие губы, опухшие, будто её в них пчёлы покусали.

Знаю, модно, там силикон накачан, только мне такие не нравятся. И к тому же, как с этой женщиной - ей лет тридцать - целоваться? А вдруг в процессе губы лопнут, и силикон прямо ко мне в рот словно гной потечёт? Брр.

- Платов и Ветренко? - спросила с надменной улыбкой и рукой показала нам в сторону глубокого и большого углового дивана. - Присаживайтесь, я ещё не распечатала. Сейчас всё сделаю. - это она о перечне того, чем нам с Олечкой необходимо заняться.

Улыбка у рыжеволосой красотки будто приклеенная. Матвей Палыч как-то шутил, что бойтесь первых впечатлений, они бывают правильными. Ну-ка, что там Нина Олеговна про нас думает? Эта особа наверняка в курсе всех интриг и настроений в коллективе банка. Активирую ментал, садясь на диван и чуть не утонув в нём, отодвигаюсь подальше от Олечки, попытавшейся при размещении своей задницы плотнее ею ко мне прижаться, и слышу в голове мысли секретарши:

- ... красавчик явно из мажоров, тут и думать нечего, - не угадала она. - вон, как упакован, - жаль, губастенькая рыжуля моего простецкого смартфона не видела, так бы не считала. - А может он просто хахаль Каспаровой? - опять мимо. - А вот Ветренко из тех, что только чай-кофе подать, да в уши руководителю петь, - вот тут Нина Олеговна права на все сто, готов под каждым её словом об Олечке подписаться. - Ну, как бы то ни было, оба, похоже, не сильно умом блещут, как и их покровительница. Замечательно. Скажу Жене, зря волнуется, - это она об управляющем директоре так? О-о, похоже тут не только рабочие отношения, прям пахнет служебным романом. - Даже если дочурка владельца банка и будет над душой стоять и пытаться контролировать каждый Женькин шаг, с такими помощничками она ничего толком не поймёт и не разберётся ни с чем. Ей бы выделенные на инвестиции деньги в унитаз не спустить. Впрочем, чтобы именно это и случилось, Женя с Сергеем позаботятся. Долго она нам нервы трепать не сможет, вылетит отсюда. Сам же папашка и заберёт. Так, а с ними же кто-то третий ещё придёт? Ах, да, увечный какой-то. По квоте на инвалидов. Что с Платовым? Перекосило, будто лимон съел ..."

Никакой не лимон. Просто немного передержал время использования дара, голова чуть не лопнула от боли. Ух, надо отдышаться хоть немного. Да, и улыбочку, улыбочку изображаем. И смотрим на принтер, из которого появляются напечатанные листы. Один, два, расчёт закончен.

- Нина Олеговна, - в кабинет заглянул седой, высокий и сутулый дядька в тёмном костюме. - А когда Евгений Васильевич прибудет, не известно?

Секретарша усмехнулась.

- Во второй половине дня, Юрий Михайлович, - ответила со вздохом. - Объявляли же утром всем. Вы опять где-то в облаках витали? Если что-то подписать, оставляйте. Как директор завизирует, вам позвоню. Кстати, эти молодые сотрудники - помощники вашей новой руководительницы. - показала она на нас рукой. - А это Родин Юрий Михайлович, начальник только что созданного отдела инвестиций.

Что ж, надо познакомиться, всё-таки нам вместе работать. Только вот подняться с дивана оказалось делом непростым даже при моих теперь ежедневных тренировках, а Ветренко это смогла сделать, лишь с помощью рук, которыми упёрлась в сиденье и подлокотники. Пожали друг другу руки, изобразили улыбки, накоротке все вчетвером переговорили, и Юрий Михайлович, оставив папку с документами на подпись ушёл.

Кое-что для меня теперь лучше прояснилось. До сих дней в банке не имелось никаких департаментов, все отделы подчинялись непосредственно управляющему директору, однако теперь, из-за планируемого резкого расширения деятельности "Инвест-гамма банка", все подразделения разделили на два направления. Одно в общем-то создали простым выделением из кредитного отдела инвестиционного. Родин являлся заместителем того самого Сергея Ивановича Грушко, которому моя Анна Николаевна перешла дорогу, и теперь с ним встал вровень. С Юрием Михайловичем же переходит в новый отдел и шестнадцать из сорока трёх сотрудников старого, с возможно скорейшим набором дополнительных сотрудников.

Прослушать мысли сутулого дядьки я сейчас не решился, голова всё ещё не отошла от спазмов, успею это сделать не раз, тем не менее какие-то умные мысли у меня в результате нашей беседы родились. Как я понимаю, Грушко отдал в другое подразделение тех людей, которых считал менее ценными, по принципу "на тебе, боже, что мне негоже". Во всяком случае, по другому жалобу Родина Нине Олеговне я