вы найдете исследование глубоких причин старости и смерти, с другой — современный взгляд на внутренний механизм жизни, причину ее кратковременности и возможность ее продления.

Глава I

Продолжительность жизни живых существ находится в отношении, обратном к совершенству их организации. Продолжительность жизни млекопитающих, высшую ступень которых занимает человек, находится в отношении прямом к периоду их роста и полного развития. Продолжительность человеческой жизни, нормально, должна была бы быть не менее 120–140 лет. Образ жизни мало влияет на продолжительность жизни.

Современная наука не знает еще закона, который управлял бы продолжительностью жизни. Находится ли она в прямой зависимости от простоты строения организма? Нам еще слишком мало известно о продолжительности жизни низших животных, чтобы делать из этого какие-либо выводы. Одно несомненно, что среди позвоночных, начиная с рыб, пресмыкающихся, птиц и, наконец, млекопитающих, можно установить, что по мере усложнения и совершенствования организма продолжительность жизни уменьшается. Рыбы и пресмыкающиеся живут гораздо дольше птиц, а птицы, в свою очередь, достигают гораздо более старого возраста, чем млекопитающие.

Примером этому может служить щука, пойманная в Германии около Хайльбронна в 1230 г. и прожившая 267 лет. Карпы достигают 150-летнего возраста. Черепахи живут 200 лет, а жизнь крокодилов и больших змей также весьма продолжительна. Среди птиц попугаи живут до 100 лет, вороны — до 70, дикие гуси — до 80, домашний лебедь — до 70 лет, а соколы могут достигать 160-летнего возраста. Несмотря на такую продолжительность жизни, птицы никогда не достигают возраста черепахи или крокодила. Продолжительность жизни еще понижается, когда мы доходим до млекопитающих. Среди них, если не считать человека, самого глубокого возраста достигают слоны, которые часто доживают до 100 лет. Лошади редко доживают до 50 лет, верблюды — до 40, быки — до 30, бараны до — 12–14 лет — возраст, в котором все эти животные находятся уже в глубокой старости. Жизнь хищных животных еще короче.

Только человек, несмотря на то что организм его стоит на высшей ступени развития, может достигать возраста, которого не достигает ни одно из млекопитающих. Люди, достигшие 100 летнего возраста, встречаются гораздо чаще, чем можно было бы предполагать. Во Франции ежегодно умирает до 150 человек, доживших до 100-летнего возраста, а между тем Франция не является привилегированной страной в этом отношении. В мае прошлого года в Риме праздновали 100-летие сенатора графа Грейпа, которого в 1920 г. я видел в заседаниях сената и который не пропускал ни одной премьеры в театрах Рима. Не удаляясь вглубь веков, можно назвать несколько вполне достоверных случаев, когда продолжительность жизни превышала 140 лет. Так, например, основатель аббатства в Глазгове Кентигерн умер 165 лет отроду, Дракенберг, родившийся в 1626 г. в Норвегии, умер в 1772 г. — 146 лет. Томас Порр, погребенный в Вестминстерском аббатстве, умер 152 лет и 9 мес. Франсуа Секарди Гюго, консул Венеции в Смирне, умер в возрасте 114 лет, 10 месяцев и 12 дней. Еще в 1896 г. в Константинополе я знал некоего доктора Христаки, которому тогда было 110 лет от роду. Мы могли бы привести еще много других примеров, но уже все вышесказанное позволяет нам утверждать, что 140-летний возраст вполне возможен для человеческого организма. Некоторые научные данные вполне это подтверждают, и нам известны многочисленные попытки к установлению законности, управляющей продолжительностью жизни.

Бюффон считал, «что общая продолжительность жизни может, до некоторой степени, измеряться периодом роста и развития», а так как каждый отдельный вид имеет вполне определенное время для нормального периода роста, то на этом основании можно вычислить, какого возраста может достичь то или другое животное. Бюффон был настолько уверен в этом, что утверждал, что «продолжительность жизни не зависит ни от привычек, ни от образа жизни, ни от качества пищи, что ничто не может изменить законов механизма, регулирующего количество лет нашей жизни, и что единственно, чем можно их сократить — это избытком пищи или, наоборот, слишком строгой диетой».

Основываясь на этом принципе, Бюффон предполагал, что продолжительность жизни от 6 до 7 раз превышает период роста. Таким образом, лошадь, период роста которой равняется 4 годам, может прожить 25–30 лет; олень, развивающийся в течение 5–6 лет, — 35–40 лет, и т. д. Для человека Бюффон определяет продолжительность жизни в 90–100 лет, считая, что рост заканчивается в 14 лет (14 x 6 или х 7 даст указанную цифру).

Правильно замечание Флуренса, что если Бюффон принципиально был и прав, определяя продолжительность нашей жизни увеличением в 6 или 7 раз периода нашего роста, он ошибался, определяя этот период в 14 лет. В действительности же временем, когда заканчивается рост наших костей, можно считать 20-летний возраст. Исходя из этого нормально продолжительность жизни человека можно считать в 120–140 лет, что и подтверждается наблюдениями.

Закон продолжительности жизни в связи со временем роста объясняет, почему, за немногими исключениями, крупные животные, которые достигают полного развития в более продолжительный период времени, и живут более долго. Мыши и кролики, например, живут гораздо меньше, чем кошки и собаки; жизнь баранов и коз короче жизни лошади и верблюда, которые, в свою очередь, никогда не достигают возраста слона. Но если согласиться с принципами Бюффона и Флуренса, то все же надо признать, что весьма немногие достигают такого глубокого возраста. Не принимая во внимание большую смертность в детском возрасте, замечено, что особенно много людей умирает между 70 и 75 годами, а между тем этот возраст ни в коем случае нельзя рассматривать как предельный для человека. Действительно, большинство людей, умерших в этом возрасте, еще хорошо сохранилось как в физическом, так и в умственном отношении, и только в редких случаях их смерть была следствием старческой слабости. Большинство умирает от инфекционных болезней, воспаления легких, туберкулеза, болезней сердца или почек и пр., и такая смерть должна быть признана случайной, а отнюдь не естественной, последовавшей от постепенного истощения жизненных сил. Поэтому чрезвычайно интересно ближе познакомиться с людьми, достигшими 100-летнего возраста, и проследить образ их жизни.

Теоретически казалось бы, как большинство авторов, занимавшихся этим вопросом, и предполагает, что жизнь скромная, уравновешенная, без излишеств является гарантией большей продолжительности жизни. Подтверждением этого, казалось бы, мог быть тот факт, что большинство людей, достигших такой глубокой старости, принадлежало к бедному классу населения. Так как бедность является лучшим средством, предохраняющим от излишеств и принуждающим к скромной жизни — этому и приписали те случаи продолжительной жизни, которые нами наблюдались. К несчастию, проблема гораздо более сложна и не разрешается так просто.

Действительно, если, с