к Мекке, эфенди опустился на колени и воздел руки:

— О боже, о всемогущий, пошли мне из твоей сокровенной казны мешок золота!

Наступил вечер, прошло время последней вечерней молитвы, наступила полночь, а эфенди все продолжал молиться, но золото из сокровенной казны не появлялось-

«Может быть, я тихо молюсь и бог не услышал мою молитву? Может быть, надо молиться громче?» — подумал эфенди и стал громко выкрикивать слова своей молитвы. Спавший сном праведника сосед пробудился от дикого крика эфенди и, бормоча: «Что это такое?»- полез на крышу своего дома. Оттуда он увидел эфенди, громко просящего у бога золото. Сосед постоял немного, понаблюдал за эфенди, но не вытерпел и, отколупнув от стены полкирпича, бросил его в эфенди. Услыхав звук чего-то упавшего неподалеку, эфенди радостно воскликнул:

— Жена! Неси скорее светильник, бог послал нам золото из своей сокровенной казны!

Жена принесла светильник, эфенди увидел обломок жженого кирпича и, подумав: «Хорошо еще, что бог не угодил мне этим кирпичом в голову!» — обратился к жене:

— Теперь ясно — бог с падишахом заодно!

Груз двух ослов

Выехав на охоту, эмир и его визирь взяли с собой эфенди. За ними плелся пешком слуга. День был жаркий. Скинув с себя тяжелые золототканые халаты, эмир и его визирь взвалили их на плечи слуги.

— Взгляни, эфенди, — сказал эмир, — какой у меня выносливый слуга! Ведь то, что несет он на плечах, — это полный груз осла!

— Даже больше, ваше величество, — ответил эфенди, — это груз двух ослов!

Толкование сна эмира

Эмир увидел во сне, что у него выпали зубы. Он вызвал к себе толкователя снов.

— Не могу скрыть истины, — сказал тот, — ваши дети, и все ваши родственники умрут раньше вас!

За такое мрачное предсказание эмир приказал казнить толкователя. После казни эмир встретился с эфенди:

— Не можешь ли хоть ты объяснить мне подлинное значение моего странного сновидения?

— Могу, долговечный государь! — ответил эфенди. — Хороший сон! Вы проживете на этом свете дольше своих детей и родственников!

Успокоенный эмир щедро вознаградил эфенди.

Я и сам так думал

Потерял как-то раз эфенди своего осла, ходит и всех встречных и поперечных спрашивает: не видел ли кто его осла? Кто-то подшутил:

— Осел твой стал судьей в таком-то городе.

— Я и сам так подумал, — ответил эфенди. — Недаром всегда, когда при нем разбирались судебные дела, он только то и делал, что покачивал глубокомысленно головой.

Шашлык по поводу светопреставления

У эфенди однажды оказался жирный баран. Несколько мулл надумали устроить так, чтобы он выставил им хорошее угощение:

— Знаешь, эфенди, завтра будет светопреставление. Советуем тебе сегодня же зарезать твоего барана и приготовить нам добрый шашлык!

Эфенди не мог отказать муллам, и все вместе пошли к реке, где было решено жарить шашлык. Пока мясник свежевал барана, муллы поснимали свои одежды и начали купаться. Эфенди как хозяин разжег костер. Но внезапно с досады схватил в охапку всю одежду мулл и кинул ее в огонь.

— Эй, эфенди! — послышался крик из воды. — Ты с ума сошел, оставил нас голыми! Что мы теперь будем делать?

Эфенди ответил:

— Но завтра же светопреставление. Зачем вам одежда?

Осел дороже калош

Эфенди верхом на осле выехал в поле. Вечером он подъехал к кишлачной мечети и тут решил заночевать. Опасаясь ослокрадов, он завел осла в мечеть и привязал его у михраба. Сам лег у входа в мечеть.

Ранним утром в мечеть вошел мулла. Снятые у входа кожаные калоши он нес в руках, чтобы поставить их у михраба. Но тут он увидел привязанного осла. Возмутившись, он закричал:

— Какой это неверный завел осла и поставил его у михраба?!

Эфенди ответил:

— Вы, мусульманин и духовный отец мусульман, уберегая от воров свои калоши, ставите их у михраба. À ведь мой осел в десять раз дороже ваших калош!

Туркменские сказки

Гюльнар-джан

огда-то давным-давно жили муж с женой. Жили они в ладу, но сильно горевали о том, что у них нет детей.

Однажды в жаркий день муж, пригорюнившись, сидел у своей кибитки. В это время проходил дервиш. Остановившись у кибитки, чтобы передохнуть немного в ее тени, он спросил:

— О чем горюешь, добрый человек?

— Горе у меня большое, — ответил муж и тяжко вздохнул. — Бог не посылает мне детей.

— Твоему горю легко помочь, — сказал дервиш и протянул ему яблоко. — Возьми это яблоко, разрежь пополам, одну половину дай жене, а другую съешь сам. Когда у вас родится дочь, назовите ее Гюльнар-джан.

Сказав это, дервиш ушел.

Муж разрезал яблоко пополам, одну половину съел сам, а другую отдал жене.

Через год у них родилась дочь, и они назвали ее Гюльнар-джан.

Девочка росла и с каждым днем хорошела. Когда она входила в темную кибитку, там становилось светло, как от сияния луны.

Отец и мать наглядеться не могли на дочку.

Но вот случилась беда: умерла мать.

Отец погоревал несколько лет и женился на другой, очень красивой женщине. Гюльнар-джан к тому времени стала уже взрослой девушкой.

Мачеха невзлюбила свою падчерицу, потому что Гюльнар-джан была красивей ее.

Завидуя падчерице, она однажды спросила у луны: — Скажи мне, кто красивей: я или Гюльнар-джан? Луна ответила:

— Мы обе не можем сравниться с ней. Когда Гюльнар-джан ночью выходит из кибитки, сияя своей красотой, мне волей-неволей приходится покидать небо.

Мачеха сильно разгневалась на эти слова и спросила у солнца:

— Скажи мне, кто красивей: я или моя падчерица?

Солнце ответило:

— Красавица, мы не можем сравниться с Гюльнар-джан. Когда на закате она доит коз, я меркну и краснею от стыда, потому что знаю, не мне, а ей надо сиять на небе.

Тогда мачеха еще пуще разгневалась и подступила к мужу:

— Не хочу больше жить в одной кибитке с Гюльнар-джан! Напечем лепешек и уведем ее в такое место, откуда она не сможет вернуться домой.

Отец Гюльнар-джан сначала противился, но жена ни одного дня не оставляла его в покое, и в конце концов ему пришлось согласиться.

Рано утром мачеха напекла лепешек. Отец, оседлав верблюдов, посадил на них дочь, мачеху, сел сам, и все вместе поехали в пустыню. Ехали до захода солнца и