Библиотека Валерьяна. Здесь пахло старой бумагой и сухими травами. Здесь было тихо. И здесь, среди пожелтевших страниц, я чувствовал себя ближе всего к пониманию того, кем должен стать.

Я сел за стол и раскрыл трактат, который начал изучать ещё на прошлой неделе. «О природе духов и их связи с землёй», том второй. Валерьян писал тяжеловесно, путано, перескакивая с темы на тему, как подвыпивший профессор на лекции. Хотя, скорее всего, так оно и было.

Но среди этого хаоса встречались крупицы бесценного знания – именно те, которые позволили мне переродить Полоза. И нужно разобраться, что именно пошло не так. Была ли это магия Ярины или влияние Тенелиста, или что-то третье, чего я пока не понимаю.

Я перелистывал страницы, делая пометки на полях карандашом. Валерьян, будь он жив, убил бы меня за порчу книг. Впрочем, будучи мёртвым, он тоже пытался – но его бесплотные подзатыльники скользили сквозь мою голову, не причиняя вреда.

Время текло незаметно. За окном стемнело. Я зажёг лампу и продолжил читать. Глава о слиянии духов с живой материей, параграф о риске утраты исходной личности при перерождении.

Валерьян писал: «Дух, лишённый формы и памяти, становится чистым сосудом. Он впитывает характер той силы, которая его воскресила. Если друид использует собственную ману – дух обретёт черты друида. Если чужую…»

Чужую. Ману Ярины.

Вот оно! Ярослав впитал не мою волю, а её. Дикую, необузданную, стихийную. Поэтому он такой – непредсказуемый, своенравный, с трудом подчиняющийся правилам. В нём больше от Ярины, чем от Полоза. Или от меня.

Я откинулся на спинку стула, переваривая прочитанное. Это многое объясняет. И ставит новые вопросы. Если Ярослав несёт в себе отпечаток магии Ярины – значит, между ними есть связь. Связь, которую ни он, ни она пока не осознают.

Вдруг дверь библиотеки распахнулась с таким грохотом, что я чуть не свалился со стула.

На пороге стояла Ярина. Волосы растрёпаны, глаза горят, на щеке – царапина от ветки. Она тяжело дышала.

– Дубровский! – выпалила она. – Этот идиот сбежал! Говорила же, надо было его цепями к стене приковать!

Я закрыл трактат.

– Кто? – спросил я, хотя прекрасно знал ответ.

– Ярослав твой! Кто ж ещё?!

Глава 3

Мы неслись по лесу, едва разбирая дорогу. Ветки хлестали по лицу. Дыхание Ярины сбилось. Она едва поспевала за мной.

– Дубровский, помедленней! – выдохнула она, спотыкаясь о корень. – Ты же сам понимаешь… он сейчас как оголённый провод. Он опасен!

– Вот именно поэтому мы должны его поймать, пока он не навредил ни себе, ни лесу! – я резко обернулся. – Почему он сорвался, Ярина? Что ты скрываешь?

А я ведь чувствую, что между нами остаётся недоговорённость.

– Да ничего я не скрываю! – она почти сорвалась на крик. – Перед тем, как он выбил дверь, у меня в голове словно струна лопнула. Боль такая, будто в мозг раскалённую иглу всадили. И он… он тоже это почувствовал. Я видела его глаза. Он не только от нас убегает, Всеволод. А ещё и от боли бежит.

Я на мгновение замер. Значит, связь через ману работает в обе стороны. Если Ярине плохо – Ярослав тоже начинает страдать.

Проклятье, да что же такое мы создали? Дух он или человек? Маг или нечто большее? Чувствую, скоро мы узнаем правду.

Мы выскочили на поляну и застыли. Лес впереди выглядел неправильно. Деревья переплелись ветвями. Из ниоткуда образовалась глухая древесная стена. А тропа, по которой мы шли, внезапно разделилась на пять одинаковых полосок. Это не похоже на обычный лес, по которому я привык ходить.

Мы попали в настоящий лабиринт. Хотя ещё день назад я мог ориентироваться в этих краях с закрытыми глазами.

– Это он сделал? – озираясь, прошептала Ярина. – Духи природы сильны. Но даже они не способны менять природу… так сильно! Дубровский, а твой Полоз умел такое делать?

– Полоз – нет, а Ярослав, накачанный твоей дикой магией – вполне. Он перестраивает лес под себя, – заключил я. – И что-то мне подсказывает, что он свою силу даже не контролирует.

Я закрыл глаза, пытаясь нащупать пульс земли, но вместо привычного спокойствия почувствовал тяжёлую тревогу. Она распространялась по воздуху. Аура была чужой, давящей. Я чувствовал, как она тянется в сторону поместья и лечебницы.

Чёрт меня раздери… Самарин!

Если эта дрянь доберётся до него, паразит внутри мужчины среагирует на стрессовую ауру. Тогда лечению конец, а вместе с ним – и нашему потенциальному союзу с семьёй Корниловых.

– Нам нельзя здесь блуждать, – я схватил Ярину за руку. Девушка пыталась крепиться, но её ладонь дрожала. – Он где-то в центре этой магической аномалии. Если не вытащим его сейчас, этот лабиринт из деревьев и нас поглотит. А затем пострадает Самарин. Нужно спешить.

– Я чувствую его… – Ярина прикрыла глаза, её лицо побледнело. – Он там, где старый вяз. Но там… рядом с ним есть что-то еще, Всеволод. Что-то очень злое.

Мы бросились вглубь лабиринта. Стены из ветвей за нашими спинами бесшумно смыкались. Мой же собственный лес перестал меня слушаться. Он заманивал нас в ловушку.

– Лево, Ярина! Прямо в кусты, не думай! – рявкнул я и дёрнул её за собой. – Делай, как я говорю. Иначе не выберемся!

Ветки чуть не выкололи мне глаза, но я всё равно пробивался вперёд. Слушал землю. Отголоски леса, который ранее мне подчинялся. Нет у нас времени блуждать по этим древесным коридорам. Мы пойдём напролом!

Прислушиваясь к лесу и собственной интуиции, мне удалось прорваться сквозь стену ежевики, которая должна была быть тупиком.

Однако мы с Яриной справились. Выбрались на открытое пространство.

Это был центр. Старый вяз, который почувствовала Ярина, стоял здесь. Изломанный и почерневший, словно в него ударила молния. У его корней на коленях сидел Ярослав. Его седые волосы свалялись, смуглая кожа была исцарапана в кровь, а руки судорожно впивались в землю.

Но он был не один.

Над Ярославом склонилось “нечто”. Почти касалось плеч парня своими тонкими, похожими на обугленные ветви пальцами. Существо напоминало высокого, истощённого человека. Казалось, что состоит оно исключительно из тумана и гнилой коры. Вместо лица – провал. Ни глаз, ни пасти.

Проклятье, а это ещё что такое?!

– Не подходите! – прохрипел Ярослав, не поднимая головы. – Дубровский. Уводи её. Уходите.