был бы не прочь прогуляться с владельцем «Белого Журавля» по кабакам и борделям, и не мог не злиться на друга. Лэйчэн явно до сих пор хотел искупать Яо Линя в грязи, но переживать было не о чем – Яо Линь явно не из тех, кто легко поддается чужому влиянию. Даже сам Юнь Шэнли до сих пор не мог найти на него управы, и если вдруг Лэйчэн преуспеет первым, глава Ведомства наказаний в ту же минуту пойдет и откажется от своей должности.

Колени Яо Линя заныли от боли при мысли о Лэйчэне. Дагэ хоть и приходился ему самым родным и близким человеком, но в гневе становился сущим демоном и не давал никаких поблажек. Урок Яо Линь усвоил на всю жизнь и больше не даст себя обмануть, никогда…

– Я и не думал с ним больше встречаться, но судьба свела нас вновь. Наверное, чтобы напомнить мне о том случае и не позволить совершить ту же ошибку.

– Лэйчэн хороший человек, но мы с ним долго не общались из-за моей службы сначала в управе Цзиньчэна, а потом и в Ведомстве наказаний. А сам он только и делает, что кутит, и я не знаю даже, как он стал таким. Иногда за год человек может измениться до неузнаваемости. Могу ли я сказать, что сейчас он такой же, как и прежде? Скорее нет. Но я точно знаю, что он не делал никому зла, потому что сам вытерпел в этой жизни немало. Он может быть резким или грубым, но вредить другим точно не станет.

– Времена идут, люди меняются. Прежними остаются лишь имена. – Яо Линь посмотрел на дерево, на котором начали появляться мелкие почки. Скоро оно зацветет, и весна покажет себя во всей красе.

Но даже имя не всегда остается с тобой на всю жизнь.

– Друзья становятся врагами, а враги – друзьями. Невозможно предугадать будущее, и лишь Небеса ведают, как наша жизнь изменится завтра.

– Ох, Яо Линь, ты признал, что мы перешли от врагов к друзьям?

Яо Линь взмахнул рукавами, развернулся и пошел домой, на ходу бросив:

– Не думай, что все мои слова касаются только тебя! Плохие вещи я говорю именно о тебе, а все остальное – не твое собачье дело!

Глава 10

Несколько дней подряд стражники Ведомства вместе с приглашенными помощниками в лице Лэйчэна и Яо Линя патрулировали улицы в поисках предполагаемого убийцы животных. Юнь Шэнли также послал людей, чтобы они проверили лекарскую лавку и жену Ян Ханя. Госпожа Ян оказалась не совсем обычной фигурой: она слыла по всей столице как владелица места, где можно купить редкие травы и необычные лекарственные смеси, и сам дворцовый лекарь делал у нее заказы – ее мази и снадобья отправлялись прямо на императорский двор. В методах ее лечения можно было усомниться, но никаких странных или подозрительных действий она не совершала, поэтому решено было продолжить наблюдение за ней и мясником.

Лэйчэн, Сунь Юань и Чжи Хань начали свой обход с того места, где раньше располагалась подпольная арена, и прошерстили все вплоть до императорского дворца – но ничего и никого не обнаружили. Они также не забыли пройтись по всем девушкам, у которых мог быть этот пьяница в последние недели, что оказалось таким себе удовольствием: красавицы, едва завидев своего бывшего любовника, сразу же стремились отомстить за прошлые обиды, что выливалось в ссоры, ругань, скандалы на всю улицу, а в некоторых случаях и вовсе едва не доходило до драки. Эти трое тоже заметили, что бездомных животных стало значительно меньше, хотя совсем недавно их было столько, что жители то и дело жаловались на бродячих кошек и собак властям, мол, никакого спасения от злобных голодных свор нет. Однако ни о каких «чистках» чиновники соответствующих министерств не объявляли, и это пугало еще больше. Сунь Юань и Чжи Хань все еще не забыли о собаке Юй Цюаня – о первой «серьезной» жалобе. Огонек действительно мог убежать и просто не вернуться домой из-за того, что его тоже поймали. А раз животные продолжали пропадать и по сей день, значит, неизвестный живодер еще не покинул столицу. Но не мог же этот кто-то провалиться сквозь землю? Работники Ведомства наказаний проверили все, кроме императорского дворца, и так ничего и не обнаружили.

– Сколько еще мы будем ловить того, кого даже не видели в лицо? – сказал выходящий от очередной бывшей любовницы Лэйчэна Чжи Хань. Его едва не зацепило, когда девушка в порыве гнева запустила в Лэйчэна вазу, наполненную родниковой водой и, кажется, ядовитыми цветами.

– Надо пройтись по всем местам, где побывал наш дорогой «помощник», ведь он не помнит, в каком именно месте видел того мальчишку, – гневно пробормотал Сунь Юань, у которого на щеке красовалась длинная царапина – одна из девушек метила в Лэйчэна, да только прилетело в итоге ни в чем не повинному заместителю.

Лэйчэн, которого, кажется, и вовсе не волновало, что его пару мгновений назад едва не лишили жизни, с ухмылкой наклонился к Сунь Юаню:

– Сяо Сунь, допустим, в один момент я навещу ваше Ведомство, чтобы послужить Великой Ся… Хочу высокую должность. Примет ли меня глава Юнь?

– С чего бы вам с нами работать? Ваша жизнь вас не устраивает?

Лэйчэн нахмурился – он не привык думать много и серьезно:

– Иногда бывают тяжелые моменты… Я вполне доволен, просто все стало надоедать, а ваше Ведомство – явно самое веселое местечко в столице!

– Вы считаете смерти и убийства весельем?

– Вовсе нет!

Чжи Хань закатил глаза, принимаясь ворчать. Эти двое еще хуже хозяина двора и главы Ведомства! Нескончаемый треп, где каждый раз он оказывался лишним, раздражал.

– Тише! – Чжи Хань вдруг приказал всей страже замереть и указал за поворот, из-за которого выглядывала чья-то фигура. Этот человек, точнее ребенок, склонился над котенком, протягивая ему миску с чем-то съедобным. – Эй, глядите! Кажется, он! Лэйчэн, иди глянь!

Чжи Хань уже не переживал о том, что Лэйчэн был другом самого главы Ведомства, и обращался к нему бесцеремонно, почти презрительно.

Оторвавшись от Сунь Юаня, Лэйчэн посмотрел туда, куда указывал Чжи Хань, и вдруг завопил:

– Эй, это точно он! Ловите его!

Полная предвкушения улыбка появилась на лице Чжи Ханя, который уже видел перед собой награду в виде дополнительного жалования за поимку преступника.

– Чудовище! Отброс! Только и умеет, что мучить слабых беззащитных животных! – продолжал визжать Лэйчэн.

Чжи Хань махнул стражам, шедшим позади них,