работе д-ра Уильяма Б. Суортли (William В. Swartley) «Инициированная символьная проекция». Эту работу, базирующуюся на неопубликованных рукописях Ханскарла Лойнера, к сожалению, не переведенных с немецкого на английский, вы можете найти в Приложении на с. 376; также ее можно получить в Фонде исследований в области психосинтеза в Нью-Йорке.

Результаты — и диагностические, и психотерапевтические, — которые были достигнуты к настоящему моменту, свидетельствуют о том, что инициированная символьная проекция является ценной методикой в процессе психосинтеза.

СВОБОДНОЕ РИСОВАНИЕ

Еще одна полезная методика исследования бессознательного — это свободное рисование. И это неудивительно. Как известно, письменность происходит от рисования. Первое письмо было идеографическим, с использованием картинок; бессознательное в определенных аспектах характеризуется многими примитивными и архаичными признаками, также выражается с помощью языка рисунков или символов. Все знают, что каждое абстрактное слово с «абстрактным» значением символизирует собой нечто конкретное. Например, слово «анима» (душа) происходит от греческого «animos» — ветер. О духе часто говорят, как о «дыхании»; Diaus, Deus (бог) буквально означает «сияющий». Поэтому не удивительно, что свободное рисование растормаживает, если можно так выразиться, бессознательное, которое с его помощью проявляет себя. Эта техника также находит двойное применение: приближает содержания бессознательного к поверхности сознания и служит методом психосинтеза. Однако сейчас мы будем говорить только о первой функции.

Пациенту предлагается лист бумаги довольно большого размера и набор цветных карандашей. Мы просим его сесть перед этим листом, положить карандаши рядом с собой и просто начать рисовать разноцветные линии — автоматически, «как получится» — в свободной, играющей манере, внимательно наблюдая за его рисунком — за тем, что «получается». Мы подчеркиваем, что не ждем ничего художественного, ничего такого, что имело бы эстетическую ценность, поскольку пациент тут же возражает: «Но я же не умею рисовать!» Мы отвечаем: «Тем лучше. Любое «умение» принесло бы вам сейчас один вред, и вам пришлось бы разучиваться. Так что если вы в этом отношении «нетронутая целина», то это даже предпочтительнее; это преимущество, а не недостаток».

Мы советуем пациенту не думать заранее о том, что он собирается нарисовать, т. к. это воспрепятствует свободному потоку «бессознательного». Однако, если он чувствует себя поглощенным автоматическим процессом и не контролирует свою руку, следует попросить его остановиться, особенно если это индивид, склонный к диссоциации. Но прежде чем остановить его, мы должны попытаться заставить его бодрствовать, не впадать в гипнотическое или полу- гипнотическое состояние, а внимательно смотреть на то, что нарисовала его рука, потому что мы считаем, что независимая «деятельность» бессознательного является до некоторой степени нормальным состоянием.

ГИПНОЗ

Еще одна техника исследования бессознательного, которая в истории психоанализа была применена самой первой, — это гипноз. Хорошо известно, что именно с помощью гипноза Фрейд и Брейер впервые открыли происхождение определенных невротических симптомов, что и положило начало психоанализу. При гипнозе бодрствующее сознание приглушается, бессознательное же, напротив, освобождается. Однако с этой методикой связано несколько серьезных неудобств. Она делает пациента слишком «диссоциированным», пассивным и зависящим от психотерапевта-гипнотизера, слишком восприимчивым к внушению со стороны последнего, даже если это внушение происходит на бессознательном уровне. Более того, нам кажется, что в гипнозе вообще нет необходимости, исключая нижеупомянутые случаи. В этом смысле к гипнозу близок наркоанализ, который использовался и используется в настоящее время в качестве упрощенного метода. Ему присущи те же недостатки, что и гипнозу. Поэтому мы не применяем такие методы в нашей работе, не считая случаев спонтанного транса (галлюцинаторное состояние, которое достигается за счет глубокой релаксации, без какого-либо внушения со стороны терапевта).

Заметим в скобках, что мы не считаем, что гипноз нужно полностью исключить из психотерапии. Это средство можно с пользой применять при анестезии, в стоматологической практике и при незначительных хирургических операциях, особенно если физическое состояние больного делает невозможным применение обычных средств.

В таких случаях, как нам кажется, гипноз оправдан, но только не в данной области психотерапии и не в психосинтезе. Исключение составляет применение гипноза при таких симптомах, как продолжительная рвота на ранних стадиях беременности или судорожная икота.

ОПАСНОСТИ И ПРЕПЯТСТВИЯ

Мы должны указать и на возможные опасности, связанные с исследованием бессознательного. Первая и самая главная — высвобождение влечений и эмоций, которые до сих пор были заперты в бессознательном, а теперь могут переполнить сознательное эго прежде, чем личность будет готова принять их, подчинить и использовать. Вспомним по этому поводу, что Адлер совершенно правильно считал: невроз нередко является защитным механизмом или структурой, необходимой, чтобы сдерживать разрушительные и темные влечения. Поэтому, если мы разрушаем этот механизм, мы должны быть готовы помочь пациенту совладать с выплеснувшейся энергией. Это очень важно. Мы считаем, что случаи самоубийства или развития психотических состояний объясняются именно преждевременным и бесконтрольным выходом разрушительных влечений и эмоций из бессознательного.

Еще одно препятствие — менее серьезное, но тоже важное — усиливающаяся диссоциация, тенденция к расщеплению сознания и тенденция к регрессии до примитивных стадий развития; утрата «я» в бескрайнем море бессознательного.

Третья опасность — излишняя занятость собой, излишний интерес к бессознательному, результатом чего являются интроверсия и болезненный самоанализ.

Еще одна — четвертая опасность заключается в экзальтации. Поток скрытых психических сил может придать субъекту чувство собственного величия, могущества. Юнг остроумно назвал это психической напыщенностью. Он описывает это в своей книге «Beziehungen zwischen dem Ich und dem Unbewussten» («Отношения между «Я» и бессознательным», см. «Два эссе по аналитической психологии»[12], часть 1, «Влияние бессознательного на сознание».

Нередкие случаи спонтанного вторжения бессознательных сил в сознание подтверждают реальность опасностей, о которых мы рассказали выше. Это проявляется в виде так называемых маний, характеризующихся неконтролируемым эмоциональным подъемом и неадекватными идеями, потоком текущими в сознании, и в виде депрессий, во время которых сознание заполняется негативным содержанием бессознательного. Бывает, что проявления принимают форму шизофрении.

Этой опасности больше подвержены люди с повышенной чувствительностью, наделенные особыми психическими способностями (медиумы), у которых нечеткая граница между сознанием и бессознательным. Это также относится к художникам, до некоторой степени зависящим от вдохновения, приходящего из бессознательного, а также к мистикам, относящимся к более пассивному и негативному типу.

ФРАКЦИОННЫЙ АНАЛИЗ

В отношении этих патологических реакций необходимо принять соответствующие меры предосторожности, и в психосинтезе предусмотрен способ, как избежать подобных реакций, происходящих в ответ на исследование бессознательного.

Подобные опасности можно с успехом предупредить, применяя так называемый анализ по частям (фракционный), т. е. начиная не с анализа бессознательного, а с измерения сознательной стороны, с консолидации сознательной личности, а также с установления доверительных отношений между психотерапевтом и пациентом. Отталкиваясь от этого, можно переходить к исследованию бессознательного,