Я как мать в первую очередь очень переживаю за их жизнь, поэтому считаю, что без взаимной любви вам ритуал не пройти. Другим моим соотечественникам для ритуала обычно достаточно взаимной симпатии, которая потом трансформируется в более глубокое чувство, но не вам. У моих сыновей слишком большой риск без привязанности к связующей не пройти ритуал и погибнуть. Ты должна меня понять.

— Вы же понимаете, что на глубокие чувства нужно время? — более спокойно спросила я. — «А с моей проблемой с этим чувством в прошлом и вовсе не реально» — про себя подумала я.

— Времени у вас нет. До ритуала осталось менее месяца, поэтому придется ускорить процесс развития ваших отношений.

— Как вы себе это представляете? — ничего не понимая спросила я.

— О, поверь есть масса способов. И начнем мы с бала, — торжествующе произнесла Агни. — Твое платье для бала я беру на себя. И помни, — она коснулась моих рук, лежащих на столе, — я всегда буду на твоей стороне, если понадобиться моя помощь ты всегда можешь обратиться ко мне, — серьезно проговорила она.

В свои покои в сопровождении Ирэн я шла в глубокой задумчивости. По всему выходило, что, чтобы выполнить свою миссию, я должна в ближайшем будущем не только влюбить в себя двух, не обделенных женским вниманием, мужчин, но и их крылатых половинок, полюбить их самой, а еще и переспать с ними. — «Кстати секс должен быть одновременно с двумя или можно по отдельности?» Если мысль про близость, с почти незнакомыми мужчинами, пока меня не страшила, ведь так как я на них с первого взгляда реагировала не с проста, то про умение влюбить в себя, впервые в жизни, начала сомневаться, не говоря уже о том, чтобы влюбиться самой.

Как только мы зашли в покои, Ирэн сразу же накинулась на меня с расспросами. Я поведала ей о разговоре с ее величеством и о том, что нашла в ее лице союзницу. Служанка искренне порадовалась за меня.

— Почему же ты так задумчива? Если тебя страшит близость с их высочествами, то ты зря переживаешь. Они очень хороши в постели, очень страстны, но внимательны и нежны, — обыденно поведала мне подруга.

— Таааак, а ты откуда об этом знаешь? — удивилась я. — Или их постельные похождения являются достоянием всей прислуги?

— Что ты, такое не обсуждается, — заверила меня Ирэн. — Я это знаю из собственного опыта.

— Как это из собственного опыта? — опешила я. — Ты с ними спала? — шокирована спросила я.

— Ну да, — как ни в чем не бывало ответила подруга. И поведала мне, что по традиции если человеческая девушка симпатична, то сначала она, как правило, начинает свой трудовой путь, так сказать, с ублажения господ, а уж потом, когда становится не интересна, переводится в обслуживающий персонал поварами там, горничными, прачками. Ирэн пояснила, что это великая честь стать женщиной с двуипостасным и от этого повышается ее рейтинг у человеков как женщины и будущей жены.

Я думала, что больше меня шокировать ничего не может, но нет, ошиблась — «Вот кабели, а!»

— Подожди, а когда это было? Сколько тебе тогда было лет? А им? — посыпались из меня вопросы.

— Было это лет 20 назад, мне тогда было 18, а их высочествам уже около восьмидесяти, — увидев мой открывшийся рот и округлившиеся глаза, Ирэн добавила. — Ты не забывай, что мы все здесь живем дольше.

От переваривая услышанной информации у меня разболелась голова, поэтому Ирэн предложила прогуляться по свежему воздуху, благо подобающие наряды и обувь у меня теперь имелись.

Прилегающая к замку садовая территория представляла собой парк с аккуратно подстриженными газонами, невероятно красивыми клумбами, садовые дорожки были вымощены плоским камнем. Большие и не очень деревья соединяясь кронами создавали спасительную тень. Имелись здесь и фонтаны и небольшое озерцо с водными лилиями и красивыми рыбками. Через озеро был перекинут небольшой мостик, на котором стояла маленькая скамейка.

Прогулка освежило голову и развеяла невеселые мысли. Впереди показалась зеленая изгородь, которая, как оказалось отделяла парковую зону от зоны спортивного назначения. Тут меня ожидал очередной сюрприз: первое, что бросилось в глаза, была разноцветная стайка девушек, разодетых в пух и прах, стоявшая у ограждения и за чем-то увлеченно следившая. Синхронные охи и ахи девиц указывали на то, что за заборчиком разыгрывается что-то очень интересное. Подойдя ближе я увидела огромную арену, находящуюся в глубокой яме, на которой разворачивался, по видимому, тренировочный бой между двумя крылатыми существами. Два мощных мерцающих тела с огромными огненными крыльями сначала сражались на арене, а потом взлетели и продолжили сражение как раз чуть выше наших голов, поэтому бой был великолепно виден. Они сходились в поединке, атаковали друг друга когтями и рогами, используя при этом и гибкие хвосты. Сквозь эти мифические тела проглядывали обнаженные торсы мужчин, которыми оказались мои будущие мужья. Засмотревшись на зрелищный бой, восхищаясь силой и грацией существ, не обратила внимания на то, что в стане девиц установилась тишина. Потом в мою сторону начали раздаваться возгласы недовольства.

— Ты что здесь делаешь, человечка? Как посмела опорочить нашу честь своим присутствием? — гневно высказала красавица с жгуче-черными и ярко-красными локонами. Кстати, женщины аристократки отличались от человечек не только, так сказать размерами (они были крупнее и сильнее), но и цветом волос: если у человеческих женщин они были привычных для меня оттенков коричневого, то у высших — насыщенных цветов разных оттенков, при чем у одной на голове могли быть локоны нескольких цветов.

— Я на вашу честь не посягаю, а если уж вы ее так бережете, то не стоит завлекать чужих мужчин, — пришлось защищаться мне. Ирэн при этом зашла за мою спину и опустила взгляд.

— Да как ты смеешь, подымать глаза и говорить нам, аристократкам, в таком тоне? Ты недостойная внимания человечка, — визгливо-поддержала свою соотечественницу девица с синими и зелеными локонами, забранными в высокий хвост.

Только хотела ответить и этой нахалке, как два моих мужчины (я сказала «моих»?) перелетели через ограждение схватили в объятия этих двух девиц и взмыли в небо. А девушки в их руках стали призывно улыбаться и тесно прижиматься к ним. Пары летали надо мной обнимались и целовались, а моя душа почему-то болела, внутри все болело, сердце щемило и горло так давило, что воздуха не хватало.

— «Дарина что с тобой? Почему так больно? Это ревность?» — подумала я. — «Не может этого быть, потому что, чтобы ревновать, нужно любить. Люблю ли я? Восхищаюсь, желаю их, но не люблю. Может это обида? Может, но обижаются