Все, что я знала в тот момент, это то, что если я не коснусь его через две секунды, моя вагина отделится от моего тела и сделает работу сама.

Он вышел из транса мгновением позже и прижал меня к своему телу. Мое тело буквально пело от ощущения его рук на моей голой коже.

«Моя демоническая королева. Мой солнечный свет. Моя», — пообещал он, сжимая мою задницу и прижимая свой член к моему животу.

«Брам». Мои руки скользнули вверх по его груди, и я взяла его лицо в свои ладони, глубоко вглядываясь в его пронзительный взгляд. «Ты мне так нужен».

«О, девочка Голди... Ты, блядь, имеешь меня. Ты владеешь мной», — признался он, поднимая меня и шагая в душ. Поскольку мой душ был не таким большим, мы убрали крылья, чтобы освободить немного места. Пар поднимался вокруг нас, как будто мог толкнуть нас еще ближе.

Я была загипнотизирована, наблюдая, как капельки воды стекают по его груди. Брам опустил меня на пол и взял мой гель для душа.

«Похоже, ты привыкаешь мыть меня», — поддразнила я, когда он начал намыливать мои плечи. «Меня скоро испортят, ты знаешь?»

Он глубоко усмехнулся, и мои бедра сжались.

«Я планирую баловать тебя каждый божий день до конца нашей жизни. Мне доставляет огромное удовольствие заботиться о тебе и выражать свою преданность. Это свойственно спаренным мужчинам-демонам», — объяснил он.

Я убрала мокрые волосы, упавшие ему на глаза. «Что ты имеешь в виду?»

«Ну, мужчины-демоны обычно так себя не ведут. Это не в нашей природе. Мы жестче, не такие ласковые. Пока не встретим свою пару. Какое-то первобытное инстинкт заставляет нас делать все, чтобы угодить нашей женщине. Заботиться о ней, обеспечивать ее, баловать до безумия. Мысль о том, чтобы предугадывать твои желания и исполнять их, наполняет меня глубочайшим чувством удовлетворения», — сказал он, целуя меня в шею.

Это многое объясняло. С самого начала Брам взял на себя заботу о моем счастье. Это заставило меня вспомнить последний раз, когда мы были в этой ванной, и как он угрожал мне другими женщинами. Черт, он

должно быть, был так ранен, что пошел на такие крайности. Намеренно причинять мне боль, когда это шло вразрез с самой его сутью...

«Мне так жаль, Брам», — прошептала я.

«Зачем тебе извиняться? Тебе не за что извиняться».

«Нет, думаю, есть. Я солгала тебе. Я имею в виду, я не была уверена, что могу тебе доверять. Было пророчество, а потом я видела этих теневых демонов, так что тот факт, что я внезапно оказалась в демоническом царстве, действительно напугал меня. Я знаю, что причинила тебе боль, и я никогда не хочу делать этого снова. Я просто не понимала масштаба нашей связи», — настаивала я, надеясь, что он поймет и простит меня.

«Голди». Брам притянул меня к себе, крепко обнимая, окружая меня коконом эмоций. «Я никогда не должен был говорить тебе этих слов. Я перешел черту. Тебе никогда не придется беспокоиться, что я прикоснусь к другой женщине. Ты все, что мне нужно».

«Просто то, что ты сказал, о желании сделать меня счастливой. Мне жаль, что я причинила тебе боль и сомневалась в нашей связи».

«Я понимаю. Это многое нужно переварить, даже если ты знаешь все о том, как это работает. Я знаю, что могу казаться навязчивым и сильным», — признался он, продолжая мыть меня. В Браме было что-то, что успокаивало меня. Несмотря на то, что мир был в полном хаосе, он приземлял меня. Держал в равновесии.

«Завтра я сделаю тебя своей, Голди. Сегодня вечером я позволю тебе отдохнуть и набраться сил, потому что завтра ты будешь моей. Я сделаю каждую из твоих дырочек своим гребаным домом. Наши тела станут единым целым, наши души — одной сущностью. Как и должно быть. А теперь позволь мне поцеловать тебя еще немного, прежде чем я уложу тебя в постель между твоими Фишерами».

Он сделает мои дырочки своим домом? Моя внутренняя ведьма подпрыгивала, держа табличку «есть свободные места». Потому что, ну, несколько отверстий.

«О чем ты думаешь, Голди?» — усмехнулся Брам, зная, что я такая же сумасшедшая, как и он.

«Ни о чем. Заткнись и поцелуй меня так, чтобы я забыла, как думать, ты, гигантский рыжий демон».

Он поцеловал. О мои боги, он поцеловал.

НЕМНОГО ПОЗЖЕ я чувствовала себя любимой и легкой, как перышко. Серьезно, я парила в облаках, проходя по верху моего дома, направляясь в гостевую комнату. Брам поднял меня, чтобы я могла скользнуть между Фишерами. Так странно называть их так, но не так странно, как видеть точную копию моего парня.

«Спокойной ночи, принцесса. Я буду в твоей постели, если я тебе понадоблюсь», — сказал Брам, наклонившись и поцеловав меня в губы, которые распухли от того, как он поклонялся им в душе.

Дверь скрипнула, и я услышала мягкое шарканье лап, прежде чем Мэйвен появился у ножки кровати, свернулся калачиком и мгновенно засопел. Он был более привязан, чем когда-либо. Я догадывалась, что он чувствовал весь хаос вокруг меня и не знал, как помочь. Но это помогало, просто быть с моим маленьким пушистым другом. Он был моим союзником так долго. Он не был собакой, но определенно обладал верностью собаки. Это был просто характер кота-кота, который портил всю картину.

«Спасибо, Брам. За все. Увидимся утром», — прошептала я, не желая беспокоить двух мужчин рядом со мной. Нелепо, учитывая, что они были без сознания.

Он подмигнул мне и сказал что-то о приготовлениях, о которых нужно позаботиться, а затем вышел за дверь, выключив свет и погрузив комнату во тьму.

Я сделала глубокий вдох, истощение быстро охватывало каждый атом в моем теле. Однако сначала мне нужно было кое-что сделать.

«Фишер, я не знаю, слышишь ли ты меня. Или с кем из вас мне следует говорить. Может быть, с обоими?» — перекатившись на правый бок, я обвила ногой его бедра и прижалась к его неподвижному телу. Протянув руку назад, я схватила руку другого Фишера и положила ее себе на талию. Вдыхая, его запах ударил в меня, и слезы, не теряя времени, появились.

«Гуппи», — выдавила я. «Т-ты у- ушел... Ты умер. Ты был м-мертв». Я рыдала, боль обрушилась на меня в десятикратном размере, когда события дня утихли, и масштаб того, что произошло, улегся. Мое горло сжалось, но мне нужно было сказать ему эти вещи.

«Я не знаю, как я сделала это, но я вернула