было слишком много смерти и разрушений, и, к сожалению, я знала, что это еще не конец. Слоан и я должны были вернуться в замок и вернуть нашу семью.

Лучший способ сделать это — найти Вейрина. Будет ли он все еще рядом с той горной вершиной? Или он уже переместился с другими драконами, чтобы сражаться со злом, захватывающим это королевство? С неба начал падать дождь, промочив меня за считанные минуты. Даже массивные когти Слоана не могли уберечь меня от муссона, который, казалось, возник из ниоткуда.

Видимость была полным дерьмом, поэтому я не поняла, что мы близки к посадке, пока земля не оказалась в десяти футах от меня. Я ахнула, когда Слоан использовал свои крылья, чтобы замедлить нас, и с нежностью, на которую зверь его размера не должен был быть способен, он опустил меня на лесную подстилку. Я была полностью обнажена и дрожала от внезапной прохлады ветра и непрекращающегося дождя.

Я заметила скопление огромных валунов, некоторые из которых были навалены друг на друга, и бросилась к ним. Надеюсь, мы сможем втиснуться между ними и укрыться от непогоды. Они определенно выглядели достаточно большими. Сзади послышался фыркающий звук, но я продолжала двигаться. Еще один порыв теплого воздуха, и большая голова Слоана начала подталкивать меня в другую сторону, к тому, что казалось большим отверстием в мелкой пещере. Я едва могла разглядеть ее из-за плохой видимости, но знала, что его вариант намного лучше.

— Хорошо, хорошо! Я иду! — закричала я сквозь шум дождя, бросаясь в пещеру. Зарываться было бы более точным словом, учитывая, насколько она была маленькой и мелкой, но она сгодится, пока погода не улучшится. Обернувшись, я искала своего дракона, но его там не было. Ужас наполнил мой желудок. Где он? Он не оставит меня здесь, я знала, что не оставит.

— Слоан?! — закричала я. Паника в моем голосе эхом разнеслась по норе, но дождь был таким гребанным громким. Я вытерла воду с лица, приказывая себе не плакать. Мне так надоело плакать от страха.

Вглядываясь в туман, я увидела очертания человека и задержала дыхание. Он материализовался, как призрак, двигаясь сквозь туман, словно ему была обещана награда за его измученную душу. Наши глаза встретились, и затем он побежал, дождь струился по его обнаженной плоти. Я двинулась к нему, рыдание застряло в горле, а слезы навернулись на глаза. Я больше не чувствовала холода. Все, что я чувствовала, — это желание прикоснуться к нему. Моя пара. Мой свирепый, сломленный мужчина.

Слоан и я столкнулись, как и всегда. Его руки обвились вокруг меня, прижимая к своей обнаженной груди, и я сжимала его с той же силой. Его плечи тряслись, а моя грудь вздымалась, когда мы разбивались вместе, обнимая друг друга, находя ту силу, которой нам не хватало все эти недели, друг в друге.

Он отстранился и сжал мое лицо между ладонями, глядя на меня сверху вниз, его глаза скользили повсюду, проверяя меня на наличие травм. Я была в порядке; укус на моей шее от Азраэля уже зажил благодаря моим целительским способностям, но я знала, что ему нужно было убедиться в этом самому. Его взгляд был лихорадочным от необходимости быть уверенным, и когда он убедился, что я в безопасности, срочность превратилась во что-то совсем другое.

Казалось, его тело вибрировало от желания, его зрачки расширились, а веки опустились до полуприкрытых. Я приподнялась на цыпочки и обвила рукой его шею, притягивая его губы к своим. Я вздохнула в его рот. Это было похоже на возвращение домой. Большие руки скользнули по моим бокам, и он наклонился, прерывая наш поцелуй и зарываясь лицом в мою шею, облизывая и посасывая. Я взвизгнула, когда он подхватил меня на руки, обвив его шею, пока он держал меня. Свободной рукой я сжала его челюсть, снова беря его рот с дикостью, которую я, возможно, никогда не чувствовала.

Адреналин от побега. Свобода от плена. Просто быть снова в его объятиях... Черт. Мне нужны были все мои мужчины, но здесь, в этот момент, это были просто я и Слоан. Котенок и дракон. Засранец и милашка. Маг и ведьма. Мужчина и женщина. И он был мне нужен.

Слоан каким-то образом затащил нас обратно в нору и быстро уложил меня на спину. Он заметил кучу хвороста недалеко от нас и поджег ее, тепло сразу же согрело мою прохладную кожу и воздух вокруг нас. Я почувствовала, как мои ноги раздвигаются, раздвигаются, приветствуя моего парня внутри моего тела. Он наклонился надо мной, опираясь на одно предплечье и используя другое, чтобы направить себя.

Мы оба застонали от ощущения того, как идеально мы подходим друг другу. Мое тело истекало моей потребностью в нем, и он доставил. Наши глаза оставались прикованными друг к другу все это время, каждый толчок, каждый звук удовольствия — этого было недостаточно, чтобы чувствовать, слышать. Нет, нам нужно было видеть это. Видеть это вплоть до самых глубин наших душ. Кто мы были в своей основе и как мы были созданы друг для друга.

Мои ногти царапали и скребли, побуждая Слоана глубже. Сильнее. Мои бедра пытались встретить его, но мой круглый живот немного мешал. Мне нужно было глубже, и как будто он прочитал мои мысли, он вышел и перекатил меня на бок, устраиваясь позади меня. Он поднял мою левую ногу, крепко удерживая меня чуть ниже колена, прежде чем войти в меня, попадая в то самое место, где я отчаянно нуждалась в нем. Я вскрикнула, закинув левую руку назад и сжимая его задницу.

Каждое сжатие его мышц под моей ладонью только подталкивало меня выше, и я повернула голову, ища его губы. Мы целовались так же, как трахались. Дико. Глубоко. Лихорадочно. Мои дрожащие бедра выдали мой предстоящий оргазм, прежде чем я почувствовала его приближение. Моя киска сжалась вокруг его утолщающегося члена, и мы рухнули в пропасть вместе. Слоан почти заревел от удовольствия, когда мы тряслись вместе, его член скользил в меня и из меня, пока восхитительное набухание не остановило дальнейшее движение, и мы лежали там, запертые вместе, тяжело дыша.

— Ты нужна мне, Сейдж. Ты всегда будешь мне нужна, блядь. — Он поцеловал мое плечо, его дыхание коснулось моей кожи, заставляя мурашки бежать по телу. — Во тьме ты мой солнечный свет. Ты солнце на рассвете, разгоняющее тени с моей порочной души. Я люблю тебя, и мне так жаль, котенок. — Слеза упала и