хватает мою руку и прикладывает к своей ширинке. Боже, он возбуждён. Это плохо или хорошо?!

Дура! Конечно, плохо. Или ты за одну ночь настолько повзрослела и раскрепостилась, что готова уже делать минет? Да я и к сексу не готова. Пусть мне всё и понравилось.

— Я так и думал, — убирает он руку от моего лица и снова нажимает на кнопку лифта. Но от меня не отходит. От него чертовски вкусно пахнет, так что у меня даже голова начинает кружиться. Ах, Ахмат, что ты делаешь со мной?! — Сейчас мы едем в торговый центр, надо купить тебе новые шмотки. А потом мы завтракать и по моим делам. А насчёт снятия «этой штуки» я уже тебе ответил.

Двери лифта открываются, и Даня отступает от меня. Конечно, мне его ответы ни о чём не говорят, но переспрашивать я пока не буду. Потому что я представила, как его огромная штука дырявит мой рот, и это моментально отбило желание разговаривать.

Я выхожу первая и просто иду прямо. Вчера я была в отключке, когда Даня нёс меня в квартиру, сейчас же могу рассмотреть холл их дома. Тут даже охранники сидят. Так просто не войдёшь. Но, как оказалось, в моём случае так просто и не выйдешь.

Я вздрагиваю, когда на плечи мне ложится что-то. Даня накинул на меня свою курточку и пошёл вперёд. Будто это ничего не значит. Так, пустяк. Но…

Ну нет. Не раскисай, Ракутина, и не вздумай влюбляться в этого монстра. Он нехороший парень. Вам вовсе не по пути. Он натрахается с тобой вдоволь и тогда выбросит на мусорку, как ненужную вещь. А ты будешь собирать себя по стёклышку, чтобы снова стать целой.

— Ты там уснула? — кричит он, когда доходит до двери. Как же вкусно пахнет его курточка. И несмотря на все свои доводы, я просовываю руки в рукава и лишь сильнее кутаюсь в неё. Тепло и приятно пахнет. Слишком приятно, чтобы я снова вспомнила свои слова.

— Да иду я, иду, — бурчу и выхожу на улицу, подставляя лицо холодному ветру. Даня открывает мне дверцу и ждёт, пока я сяду в его чёрный внедорожник. Ещё два дня назад я даже мечтать не смела, что могу на таком ездить, а за эти сутки еду уже второй раз.

Что же будет дальше? К чему мне готовиться?! И могу ли я быть готова хоть к чему-то, когда речь касается самого Даниила Ахматова?!

Глава 15. Полина

Слишком близко. Слишком быстро. Слишком правильно — чтобы быть правильным. Слишком опасно — чтобы отступить.

Мы приезжаем к большому торговому комплексу. Я была в похожих, но именно в этом не была. Да и чего мне в них ходить, когда денег на покупки нет. Так, стекать слюнкой и мечтать о нереальном?! Я таким не страдаю. С детства практична — что имею, то имею. Главное — не сдыхать с голоду и не болеть. Всё остальное решаемо.

Даня выходит первым, и я не жду, пока он откроет мне дверь, быстро тоже покидаю салон. Нужно избегать любых касаний, потому что это неправильно и нехорошо. А ещё мне начинает всё это нравиться. Это глупо и, ещё раз повторюсь, — неправильно. Я не принцесса, а Даниил уж точно не принц, который спасёт меня от бедности и влюбится по уши. Такие, как он, в принципе любить не умеют. Только брать и владеть. А ещё — покупать. Я не вещь, со мной такое не работает. А мнимые иллюзии я развею прахом, как только вернусь в общагу и вспомню, что из-за этого придурка меня лишили работы.

Ахматов разговаривает с кем-то по телефону и быстро движется вперёд. Я же плетусь за ним сзади. Можно подумать, что мы пришли по отдельности сюда. Ничего не говорит о том, что вместе. И только иногда Ахмат поворачивается в мою сторону, чтобы проверить, тут ли я.

Честно признаюсь, что мысли отстать от него и потеряться где-то среди толпы у меня, конечно, были. Множество раз. Но есть одна проблема. Эта штука на моей ноге может в любой момент заорать. Я ещё не знаю, как она работает и как отключается. Потому что когда мы вышли из квартиры Дани, она даже не пискнула. Это что, чудо? Ага, чудо. Это всё монстр, который идёт впереди меня.

На нём только чёрная рубашка и брюки. Но чёрт возьми, как это красиво смотрится. Даже со спины. Эти мышцы. Кубики. Я вчера касалась этого всего…

— Ладно, Гром, давай. У меня дела. Когда решишь вопрос с доставкой, позвони, — говорит Ахматов и отключается. Он снова пробегается по мне взглядом и, приподняв руку, показывает, куда мне идти. Как швейцар возле отеля. Ну не клоун? Хотя назвать Ахмата клоуном язык не повернётся. Он вообще когда-то улыбается? Суровый весь такой, грозный, сдержанный.

— Здравствуйте, Даниил Валерьевич, — тотчас к нам подбегают продавцы. Ну как к нам?! Мимо меня пробегают и замирают возле него. Я краем глаза успеваю заметить, что девушки прямо по струнке смирно вытянулись возле него. И смотрят во все глаза, готовые выполнять любые его пожелания. И я уверена, если бы он сказал стать на четвереньки и лаять как собака, они так и сделали б.

— У нас мало времени, — не здороваясь с ними, говорит он, — нужно подобрать весь гардероб для девушки.

Я выпучиваю на него глаза и открываю рот, чтобы возмутиться. Но не успеваю, так как продавщица первая говорит.

— Бельё тоже?

— А когда я сказал «весь», вам что-то стало непонятно? — грубо отвечает он и припечатывает ту взглядом.

— Да, конечно, извините, — притихает она и сразу же переводит на меня взгляд. Ох, ей для полной убедительности оставалось только фыркнуть и переспросить: «Вот эту?» Потому что она смотрит на меня, как на вонючего бомжа, который сидит возле магазина и просит милостыню подать. Меня это вовсе не задевает.

Мы с ней разные. Это можно сказать даже по одному взгляду. И дело не во внешности. Хотя и тут мы действительно разные. Дело во взгляде. В том, как они смотрят на Данила. Я бы сказала — как на мешок с деньгами. Они бы всё отдали, чтобы быть на моём месте. И я стою, одетая в мужскую футболку, куртку и лосины. Они обе мне завидуют. И только я сама себе вообще не завидую. Наверное, это и называется воспитание.

Но мысли о девчонках отходят на второй план, когда