она просто, пожимая плечами. — Что всегда можно найти богатого. Так она платила свои долги.

Меня словно окатило холодной водой. Элеонора. Конечно же, это её влияние. Эта женщина сделала из своей дочери инструмент для манипуляций, даже не задумываясь о том, что лишает её самого детства. И вот теперь это влияние проникло в мою жизнь.

— Мадлен… — я вздохнула, стараясь справиться с гневом и болью. — Ты понимаешь, что это не выход? Это… Это не решение.

Девочка снова пожала плечами, её взгляд остался таким же равнодушным.

— Мама говорила, что это всегда работает. — Она замолчала, потом добавила тише: — Она всегда была права. Ну, почти всегда.

Я закрыла лицо руками, пытаясь собрать мысли. Надо было что-то делать. Но что? Каждое мгновение, казалось, ускользало, как песок сквозь пальцы, приближая нас к тому, что я не могла позволить.

— Ох!

Принципы и брезгливость боролись в душе с паникой и страхом. Думай, Яся, думай! Ты же умная, у тебя экономическое....

Но в голову лезли только картинки решетки, сырого подвала, крыс, кандалов....

А еще плач двух маленьких детей.

Нет! Я не могу!

Не вижу ничего подходящего!

Я судорожно вдохнула. Нет! Я не могу допустить, чтобы с детьми так поступили.

Мне противно и жалко, но....

— Я... — начала я, но голос дрогнул. Наконец, собравшись с духом, я посмотрела на Мадлен. — Расскажи мне, как это работает. Твой дар. Всё, что ты знаешь.

Мадлен пристально посмотрела на меня, словно проверяя, серьёзно ли я это говорю, но потом кивнула. Её лицо оставалось бесстрастным, как будто она рассказывала о чём-то обыденном.

— Сначала нужен ритуал, — начала она спокойно. — Мы зовём его "прикосновение сердца". Это несложно. Нужно капнуть каплю крови в чашу с водой и произнести слова. Дар оживёт и будет готов помочь.

Я кивнула, чувствуя, как внутри всё переворачивается, но попыталась не выдать свои чувства.

— А что дальше? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Дальше ты выбираешь мужчину. Как только определишься, что именно этого хочешь, Дар будет тянуть его к тебе. — Она замолчала на мгновение, затем продолжила с почти детской беспечностью: — Он не сможет сопротивляться. Никто не может. И когда вы проведёте ночь вместе, магия сама закрепит ваш союз. Вы будете женаты.

Меня словно окатило кипятком. Ночь. Эти слова, сказанные шестилетней девочкой, прозвучали настолько спокойно и буднично, что у меня перехватило дыхание. Щёки вспыхнули, кровь бросилась к лицу.

— Мадлен! — вырвалось у меня, и я посмотрела на неё с неподдельным шоком. — Ты понимаешь, что ты только что сказала?

Она только пожала плечами, не моргнув и глазом.

— Так мама говорила. Она говорила, что это лучший способ. Быстрый и надёжный. Ничего страшного в том, чтобы поспать вместе в одной комнате с мальчиком. Мы вот с Теренсом постоянно спим вместе и ничего. Так даже приятнее. Тепло и уютно— Девочка с надеждой посмотрела мне в глаза, её взгляд был одновременно и детским, и взрослым. — Ты же не хочешь, чтобы нас увели в работный дом, да?

Я прикрыла глаза, стараясь привести мысли в порядок. Моё лицо горело, а сердце колотилось, как бешеное. Хорошо, что Мадлен еще маленькая и совсем не понимает значение слов, сказанных когда-то матерью.

О, Боже, провести вместе ночь...

Даже если всё это правда… Даже если я готова смириться с этим ради детей… Это же противоречит всему, что я знала о жизни.

Но другого выхода не было.

— И… кто должен стать этим мужчиной? — спросила я осторожно, стараясь держать голос спокойным, хотя внутри всё клокотало.

— Это не важно, — ответила Мадлен просто. — Главное, чтобы он был богатым.

Я сглотнула, чувствуя, как от слов девочки внутри всё переворачивается. А ведь я знала, откуда у неё такое. Конечно, Элеонора. Только эта женщина могла оставить детям в наследство такие циничные мысли.

Но с воспитанием можно разобраться позже. А вот что делать с проблемой?

Мало того, что я должна переспать с незнакомцем. Я еще и должна его найти, выследить и заставить себя возжелать.

Ужас, да и только!

При этом всем времени смирится с этой мыслью, как-то морально подготовится вообще нет. У меня меньше суток на все про все.

Я сглотнула, пытаясь переварить всё, что только что свалилось на меня. В голове шумело, словно мысли стучались друг о друга, как волны о камни. Их было очень трудно собрать вместе и заставить сложиться хоть в какую-то логическую цепочку.

Но все же парочка здравых вопросов все же вынырнула с этого первобытного хаоса.

— А… — начала я, чувствуя, что горло пересохло. — Если я воспользуюсь этим даром, что… что будет потом? Я не стану, ну… такой же, как ваша мама? С её последствиями?

Мадлен немного нахмурилась, будто вопрос поставил её в тупик, но потом покачала головой.

— Нет, — сказала она уверенно. — Дар уже проверил тебя. Если бы что-то было не так, он бы не позволил провести ритуал. Ты… ты в порядке. Он тебя принял и у тебя есть две попытки.

Ну спасибо! Мне бы с одной "пыткой" разобраться. Но ребенку претензии я предъявлять не стала, а просто продолжила катится по дорожке разврата на самое дно.

— И что? — спросила я, хоть мне было неприятно произносить это вслух. — Есть подходящие мужчины в этом… селении?

Мадлен покачала головой так уверенно, как будто говорила о чём-то элементарном.

— Нет. Здесь все знают маман. Они… не подходят. Она собиралась поехать в соседний город. Он в восьми милях отсюда. Крупный. Там много людей, нас там почти никто не знает.

— Соседний город, — повторила я тихо, пытаясь унять подступающее ощущение паники.

Как похоже на Элеонору — сбежать от проблем сверкая пятками.

Конечно, она собиралась оставить всё это позади и отправиться за новой жертвой. И, конечно, теперь мне предстояло сделать то, чего я не представляла в самом страшном сне.

Сжав кулаки, я опустила взгляд, стараясь проглотить ощущение гадливости. Не думай об этом, старайся сфокусироваться на результате. Отключи эмоции! Иди к цели! Потом наплачешься. Сейчас главное выжить.

— Хорошо, — сказала я, сама себе удивляясь. Мой голос звучал ровно и уверенно. — Если другого выхода нет, то мы попробуем.

— Ты… ты правда сделаешь это? — спросила Мадлен затаив дыхание. Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами, в которых читалась странная смесь удивления и облегчения.

— Да, — сказала я твёрдо, хотя внутренне мне хотелось закричать. — Но только потому, что у нас нет другого выбора.

Мадлен кивнула, её лицо стало серьёзным, слишком серьёзным для шестилетнего ребёнка. Её губы сжались, и