с последствиями, увидь кто-то этого монстра в коридорах замка.

Забираюсь в душевую и включаю воду погорячее. Опираюсь лбом о прохладный кафель и замираю. Обжигающие струи расслабляют скрученные в напряжении и застывшие в незаконченной трансформации мышцы. В голове с каждой секундой проясняется.

Я вызываю в памяти видение и закрываю глаза. Смакую каждый момент. Это так сладко и одновременно невыносимо — видеть ее, уже ощущать на кончиках пальцев тепло кожи, но еще не иметь возможности прикоснуться по-настоящему.

Пробую ее имя на вкус. Мина. Мысленно еще раз очерчиваю линию лица, спускаюсь к подбородку, оттягиваю его вниз, заставляя мягкие губы приоткрыться. Дыхание сбивается, и я едва не задыхаюсь от лавины эмоций. Они накрывают стремительной волной, разом сметая все выстроенные защитные барьеры, которые я нагромождал вновь и вновь, принимая случайных прохожих за свою пару и в очередной раз ошибаясь. Я впервые позволяю себе осознать, что ожидание закончено, и в ответ сердце гулко отзывается на эту мысль. Впервые за века я ощущаю себя по-настоящему живым. Пульс стучит все быстрее и быстрее, разгоняя кровь по телу, отдаваясь звоном в ушах, отодвигая на самый край моей памяти все, что было до. Задавая новую точку отсчета бесконечной жизни.

Стискиваю зубы, сдерживая вновь проснувшегося дракона, на этот раз не давая ему даже намека на контроль. Еще слишком рано. И тем более не в стенах университета. Дракон проснулся, но без Мины рядом трансформация будет долгой, болезненной и не законченной.

Выключаю воду и выхожу из душевой. Протерев запотевшее зеркало уже человеческой рукой убеждаюсь, что дракон почти отступил. Мне необходимо увидеться с Миной, но — я с досадой всматриваюсь в свои желто-красные глаза — придется подождать.

Глава 10

Мина

Идти по университету без нижнего белья странно, и поэтому я тороплюсь в комнату. Несмотря на спешку, из-за необходимости забежать в душ, почти опаздываю на встречу с Арпиной.

Во время обеда сажусь спиной к толпе и лицом к окну.

Мы с моей новой знакомой болтаем практически все время от звонка до звонка, легко находя общие темы. Точнее я в основном слушаю, потому что она оказывается интересной рассказчицей и такой расклад меня полностью устраивает.

Девушка попала в университет с сильным магическим даром и с тех пор живёт в его стенах. Накопленные за столько лет сэкономленные на съёме жилья деньги она потратила на дом в столице Аравана. Сейчас он сдаётся в наем и Арпина не планирует менять образ жизни, пока не прикупит ещё парочку. Она говорит об этом так легко и просто, что становится понятно — это не пустые мечты, а ясная цель. О мечтах она умалчивает.

— А что у вас тут за озеро? — спрашиваю, когда исчерпывается тема ее планов.

— Какое озеро? — Арпина хмурится, пытаясь вспомнить.

— Минутах в пятнадцати ходьбы от университета.

Несколько секунд она напряженно думает, но затем взгляд ее проясняется, будто она поняла о чем я, и я незаметно перевожу дух. За эти секунды я успела решить, что и тут нашла нечто ненормальное.

— Ты имеешь в виду водопады?

Я недоуменно замираю. Нет, я не имела в виду водопады, но уточнять не решаюсь.

Еще несколько минут Арпина рассказывает про знаменитые водопады, воды в которых насыщенны магией до такой степени, что, выпив немного, можно вылечить пару хронических болезней. К счастью, медицина в Араване развита до такой степени, что необходимость в этом отпадает.

Я же вспоминаю свой мир, в котором бы эта вода точно не помешала.

Арпина рассказывает, что университет не просто так расположен именно в этом месте. Что река работает по принципу громоотвода. Она впитывает излишки магии в эфире после занятий студентов и уносит к трещине в земле, глубина которой до сих пор не известна.

— А измерить не пробовали? — спрашиваю насмешливо. И это магический мир… да даже в моем собственном человечество знает об окружающем его пространстве гораздо больше.

— Там такая концентрация магии, что это невозможно, — равнодушно пожимает плечами и подытоживает: — Так что, если бы не река и эта трещина, не получилось бы основать университет.

— А как же раньше учились?

— Я слышала, что до университета маги сами искали себе наставников, а наставники учеников. Занимались небольшими группами, как-то передавали знания. Средневековье, короче, — улыбается и отпивает кисловатый на мой вкус компот из каких-то местных ягод.

Раздается короткий сигнал, возвещающий об окончании обеда и беседу приходится прервать.

— Заходи завтра, продолжим лечение, — говорит на прощанье, и я киваю.

А потом снова отправляюсь в лес. Меня все время тянет обратно к озеру.

Раздвигаю густые ветви, подхожу к водной глади и останавливаюсь. Вдыхаю полной грудью свежий, пахнущий жарким летом воздух.

Я не ценитель пейзажей и никогда не испытывала желание взять кисть и перенести на холст то, что вижу. Но сейчас хочется не просто нарисовать это место, но и вышить его крестиком, потому что я не знаю, как еще выразить свой восторг.

Смущает только то, что Арпина о существовании этого места не знает, а спросить у кого-то еще я не могу. Кайда я с недавних пор решила сторониться и тем более со странными вопросами ни за что сама к нему не подойду.

Мне безумно нравится пейзаж и его безмятежность, но скоро становится скучно.

Надышавшись свежим воздухом и налюбовавшись гладью озера, достаю книгу. Укладываю голову на рюкзак, расслабляюсь и, наслаждаясь внеплановым отпуском, планирую погрузиться в чтение с головой.

Когда спустя несколько страниц веки тяжелеют и меня клонит в сон, первое время сопротивляюсь, но в итоге сдаюсь и незаметно засыпаю.

Мне снится нечто совершенно неожиданное.

Возможно, из-за того, что перед тем, как задремать, последней мыслью была мысль о Кайде, но он мне и приснился.

Я с разбегу врываюсь в это озеро и сверкающие на солнце брызги летят во все стороны. Понимаю, что стараюсь убежать от мужчины, но не потому, что мне страшно. Смеюсь и поворачиваюсь к берегу. Там стоит широко улыбающийся, обнаженный по пояс Кайд. Это все тот же Кайд, которого я знаю, но что-то в нем иное. Здесь, во сне, он словно моложе, хотя лицо его такое же. Различия я нахожу в выражении глаз: нет больше напряжения, не смотрит изучающе.

Короткий смех, взмах руки и мелкие брызги оседают на его теле. Кайд угрожающе щурит глаза, но губы выдают веселье. Скольжу взглядом по широкой, гладкой груди. Наслаждаюсь тем, как перекатываются от малейшего движения тугие мышцы под смуглой кожей, как втягивается