быстро развернута и прижата грудью к столешнице.

— Я мечтал об этом с нашего знакомства, — склонившись, шепнул Марат мне на ухо и его рука плавно заскользила по бедру. — Надеюсь, ты не воспримешь это как оскорбление в этот раз?

Я лишь слабо застонала, когда его пальцы добрались до вмиг увлажнившихся складочек.

35. Страшный сон

Кажется, одна и та же ситуация, а какие разные эмоции! Я тихо мычала Марату в ладонь, жмурясь и извиваясь от острых ощущений, пока он ласкал мое лоно. Его искусные пальцы творили что-то невероятное, то приближая меня к яркой кульминации, то заставляя хныкать от ускользающей разрядки.

Когда я зажмурилась, прогибаясь в пояснице, и меня накрыло волнами удовольствия, Марат подхватил меня под грудь и тут же прижал к себе, убирая ладонь от губ.

Я прижалась к нему и хрипло дышала, стараясь быстрее вернуться в реальность. Меня терзал страх за здоровье Марата и я не смогла в полной мере насладиться таким острым и сладким моментом.

— Можно вопрос? — немного придя в себя, я развернулась и присела на край стола. — По поводу слов Александра Анатольевича.

Марат вздохнул и, сложив руки на груди, выжидательно посмотрел на меня.

— Я могу чем-то помочь? Я понимаю, что у меня первый рабочий день. Но я быстро учусь. Давай я заберу часть твоих дел, а ты займешься здоровьем?

Марат вздернул брови и помолчал.

— Пожалуйста, Марат. Я понимаю, что не имею права лезть, но… я волнуюсь. — добавила тише, опуская глаза.

— А потянешь? — услышав усмешку, я подняла на него взгляд и кивнула. — Работы много, Марта.

— Я потяну. Обещаю.

— Ну, хорошо. — Марат заправил мне за ухо выбившуюся прядь. — Сейчас сходим пообедаем и потом начнем.

Мы не выходили из кабинета до поздней ночи. Я изучала ту документацию, что давал мне Марат. Уточняла непонятные моменты, он тут же объяснял. Я что-то запоминала, что-то записывала, чтобы не забыть.

Сидя за одним столом, мы работали рука об руку.

Как он и сказал раньше, часть работы мне была знакома, часть в новинку. Ту часть, в которой я разбиралась лучше, мы отработали быстро.

Я зевнула и поднялась, чтобы сварить очередную порцию кофе.

— Хватит на сегодня, — Марат поймал меня за руку, устало потирая переносицу. — Мы и так не спали, считай. Поехали отдыхать.

Я почувствовала, как устала, только когда расслабленно откинулась в кресле его машины.

— Устала? — будто прочитав мои мысли, уточнил Марат мягко.

— Нет, — соврала я с честными глазами. Ещё не хватало, чтобы он решил сбавить темп работы и снова начал тянуть с лечением.

Я боролась со сном всю дорогу. Наверное, Марат тоже, потому что когда мы поднимались в лифте, он приобнял меня и вздохнул.

— Ты не против, если мы сегодня просто ляжем спать?

— Конечно, — шепнула я, мысленно радуясь, потому что тоже валилась с ног.

Однако, когда дверь открылась, нас ждал небольшой сюрприз.

В квартире был включен свет и работал телевизор.

Марат нахмурился и не разуваясь прошел в гостиную.

— Привет, — послышался мягкий женский голос и меня будто обдало кипятком с головы до ног.

Я замерла на пороге, не в силах вдохнуть и пошевелиться.

— Привет, — я услышала в голосе Марата напряжение. — Неожиданно.

— Извини. Ты же понимаешь, что по-другому было невозможно? Нам нужно с тобой поговорить.

Я слушала их разговор и чувствовала себя мерзко. Отвратительно.

Закусив губу, тихо попятилась назад, прикрывая дверь как можно аккуратнее.

Выдохнула, только когда отпустила ручку, тут же бегом бросилась в лифт.

Нервно поглядывая на электронное табло, чувствовала, как горло сдавливает стальной обруч.

Он все же добился желаемого. Любой ценой, как и следовало ожидать. И плевать, что я теперь растоптана и унижена. Быть в роли любовницы — мой страшный сон, ставший явью.

Хотелось бы поверить, что я ошибаюсь в Марате, но интуиция подсказывала, что нет.

Слишком хорош, чтобы быть одиноким.

Слишком упрям, чтобы отказаться от идеи заполучить желанную игрушку.

Обманул… Да я и сама была рада обмануться и поверить ему.

Уникальная дура!

Решила, что могу покорить сердце человека из совершенно другого, богатого мира. Представляю, как смешно выглядела!

Самое страшное, что теперь я обязана с ним работать, несмотря ни на что. Смотреть на него каждый день. Общаться, делая вид, что все хорошо.

Умирать целый год.

Телефон начал звонить тогда, когда я уже выскочила за территорию жилого комплекса.

Отключив мелодию, я ушла в сторону от освещённого тротуара, присела на корточки, прячась на всякий случай за кустом, и вонзилась глазами в темное звёздное небо.

Ну почему я? Почему именно мне досталась такая жизнь?

Я же никогда никому не делала плохо!

Телефон снова начал звонить.

Вздохнув, я сбросила вызов.

Тут же начала мучаться совестью, ведь Марату нельзя нервничать. Почему меня это заботит, несмотря ни на что?

“Не могу ответить. Не переживайте, со мной все в порядке. Завтра к девяти буду на рабочем месте.”

Набрала сообщение, отправила и усмехнулась.

Ты просто хорошая девочка, Марта. Тебя ещё портить и портить.

Дыхание перехватило от рвущихся наружу слез. Хотелось зарыдать в голос, но не получалось, и я лишь тихо заскулила, выдавливая скупые горячие капли.

“Где ты? Нам нужно поговорить.” — высветилось ответное сообщение на экране.

“Извините, телефон садится. До завтра.” — отправила смс.

Только выключила экран, тут же пришло новое от Марата.

“Ты слишком поспешно делаешь выводы, Марта. Скажи, где ты, и я приеду.”

Немного сомневаясь, все же отключила телефон.

Я не готова слушать очередную ложь.

Это слишком больно.

Душа будто разрывается на части, ранит осколками внутренности.

Меня выворачивает, выкручивает изнутри. Эта боль ощутима физически.

Хочется исчезнуть и просто ничего не чувствовать.

Я брела, как бездомная собака, по ночному шоссе. Остановилась на мосту через реку. Недавнее падение с яхты усилило страх перед водной стихией, но я все же встала на мысочки и выглянула за перила.

С высоты вода казалась абсолютно черной и гладкой. Лишь свет луны оставлял рябые блики на поверхности.

Если бы я не была такой трусихой, то могла бы оборвать все свои злоключения в считанные секунды. Я же уже тонула. Это страшно, но быстро.

Горло снова сжало от того ужаса, что я испытала, когда делала свой последний вдох. Почувствовав, как кружится голова, я резко отстранилась и присела, держась за прутья.

Господи, какие страшные мысли лезут в голову в моменты отчаяния!

Отдышавшись, я встала и побрела дальше. Второй час ночи. Мне некуда идти. Конечно, подруга