в силах сдержаться, я просовываю голову обратно, но обнаруживаю, что дьявол изучает то место, где я была раньше.

— Меня оно не волнует, так что говори откровенно, — пожимая плечами, наконец, произносит Люцифер, возвращая свое внимание к сыну. — Хотя, если это подарок от Лилит, ты, возможно, захочешь навестить ее и попросить отменить его, прежде чем проклятие вступит в силу. Если это уже не произошло.

Он, по какой-то причине, снова рассеянно смотрит на меня. Я громко сглатываю.

— Ты ведь не смог распознать их ложь, не так ли? — откровенно спрашивает его Манелла.

Люцифер одаривает его самой жуткой улыбкой, которую я когда-либо видела.

— Боюсь, что этот дар не вернулся. Хотя несколько месяцев назад я проснулся, и в моем сознании не было завесы тьмы. Я пытался выяснить, кто воспользовался моим ослабленным состоянием. И уж точно не кто-то из твоих любовников. Ламар явно верил, что я могу прочесть правду, и горел желанием поделиться ею со мной. Давай позволим ему продолжать верить в это, как и всем остальным. По общему мнению, эти четверо погибли из-за того, что сами не смогли разглядеть предателя в своих рядах.

Он хлопает в ладоши, когда Манелла ухмыляется, и больше похож на сына дьявола, чем я когда-либо видела.

— Наконец-то ты вернулся, — говорит Манелла так, словно он доволен.

— Я, конечно, рад, — мрачно говорит Люцифер. — И дьявол не в восторге от предателей среди нас. Твои братья и сестры не должны быть под подозрением, хотя я уверен, что ты уже подозреваешь их.

— Это не первый раз, когда они отнимают у меня что-то ценное, — рычит Манелла.

— Никто не сравнится с твоим Ламаром. И никто не сравнится с ним по могуществу, — рассеянно констатирует Люцифер. — И они бы никогда не устроили мне такой бардак, особенно в том состоянии, в котором я пребывал последние несколько столетий.

Он ведь понимает, что они дьявольские отродья, верно?

Манелла ощетинивается.

— Между нами шестерыми сейчас очень напряженные отношения. Боюсь, ты будешь разочарован, когда увидишь нас вместе.

Он кивает, но улыбка по-прежнему не сходит с его губ.

— Все изменится, сын мой. Скоро все изменится.

От исходящей от него уверенности и злобы у меня внутри все переворачивается. Мне не нравится, насколько уверенно он говорит о себе. Не может быть ничего хорошего в том, что дьявол взволнован.

— Скажи своим братьям и сестрам, чтобы они с нетерпением ждали встречи. — Люцифер снова переводит взгляд на Манеллу, уголки его рта приподнимаются, как у Гринча, когда он добавляет: — Папа дома.

Холодок пробегает у меня по спине, и я отступаю назад. Сосредоточившись, я предчувствую приближение парней и начинаю напрягаться, когда они внезапно оказываются прямо у меня за спиной.

Я тихонько вскрикиваю, и широко раскрытые глаза Джуда встречаются с моими. Иезекииль выглядит слегка ошеломленным, но его взгляд проясняется, когда он замечает меня. Гейдж прерывисто выдыхает, качает головой и проводит рукой по волосам.

Кай открывает рот, будто собирается заговорить со мной, когда две большие двери открываются сами по себе.

— Что вы здесь делаете? — шиплю я, сходя с ума. — Там дьявол.

Идиоты-самоубийцы только ухмыляются мне. Джуд даже подмигивает мне.

— Заходите, мальчики, — слышу я протяжный голос Люцифера, и все мое тело пронизывает холод.

Иезекииль проходит сквозь меня, его глаза на мгновение закрываются, когда он делает глубокий вдох, и я разворачиваюсь, чтобы последовать за ними.

Я действительно постараюсь убить дьявола, если он попытается причинить им вред.

И еще узнаю, насколько я хороший дух-защитник.

Или пусть мое сердце разделят на четыре части и подожгут.

Одно из двух.

Глава 20

Появился еще один трон, поменьше, и Манелла лениво развалился рядом с Люцифером. Дьявол небрежно потягивает шампанское из бокала, которого, насколько я помню, у него не было, когда мы проходим вперед.

Двери захлопываются, и я встаю за парнями, готовая ко всему.

— Вы, парни, должно быть, довольно интересные, раз привлекаете к себе столько внимания, — растягивает слова Люцифер.

На мой взгляд, все парни выглядят слишком расслабленными.

Они кланяются все как один, сгибаясь в талии, но не опускаясь на колени, как это делал Ламар.

— Руки на пол, — шиплю я, беспокоясь о степени уважения.

Губы Люцифера слегка подергиваются, когда они остаются согнутым в талии.

— Это неформальная встреча. Можете выпрямиться, — говорит Люцифер, не проявляя ни уважения, ни обиды.

Они выпрямляются так же синхронно, как и кланялись.

Все они принимают стойку, заложив руки за спину и расставив ноги на ширину плеч: воинственная поза, напоминающая ту, что использовали охранники.

— Что в вас такого особенного? — спрашивает Люцифер, переводя глаза с одного на другого.

— Мы никогда не умирали, — без колебаний отвечает Иезекииль.

Это неуловимо, но я замечаю, как слегка расширяются глаза дьявола, словно заявление его удивляет. Он бросает взгляд на Манеллу, и тот кивает.

Улыбка Люцифера искривляется, словно он в восторге, прежде чем возвращает свой взгляд к ним.

— И все же вы находитесь в подземном мире, можете дышать и передвигаться, как и все остальные. Действительно, очень интересно. Как вы перешли сюда? — размышляет он.

— Мы не совсем уверены в некоторых деталях, — как-то слишком легко отвечает Джуд. — Мы надеялись заработать наш билет сюда и узнать ответы на эти вопросы от вас.

Люцифер улыбается, взбалтывая шампанское, прежде чем допить его. Стакан исчезает, как только опустошается, и дьявол наклоняется, прикрывая лицо ладонями и изучая их с новым интересом.

— И, судя по тому, что я узнал, вам потребовалось несколько столетий, чтобы заслужить участие в испытаниях. Я предположил, что документы были просто плохо подготовлены, поскольку не обнаружил вашего предыдущего пребывания в каньоне ада, — говорит Люцифер, будто он немного взволнован.

Я смотрю на них четверых, вижу их стоические и пугающе спокойные лица. Дьявол в восторге от них? Это... пугает. И с какими же парнями я связалась? Знаю, что они смертоносны, непримиримы, безусловно, психопаты и по своей сути опасны, но не в курсе, что они могут вскружить голову дьяволу.

— Мы предполагали, что нас намеренно не допускали, учитывая наши неизменно высокие рейтинги среди стражей поверхности, — честно признается Кай.

Манелла ухмыляется. Дьявол тоже.

Я ненавижу это.

Я очень сильно это ненавижу.

Дьявол скашивает глаза на Манеллу, но Манелла демонстративно игнорирует это, не переставая загадочно ухмыляться.

— Я слышал, вы были уверены, что Манелла был всему виной, — говорит им Люцифер.

Они молчат.

Ухмылка Люцифера становится шире, а Манелла закатывает глаза.

— Я могу заверить вас, что королевскую семью не интересует, кто проходит испытания. Наши стражи отбираются нами