Нет, — твёрдо парировал я. — Но я не уверен, что мой личный ритуал сработает для вас так же. Возможно, у каждого Властера он должен быть своим, уникальным, как отпечаток силы. Однако кое-что важное, фундаментальное и общее для всех нас в нём точно есть.

— Что? Говори уже! — нетерпеливо выдохнул Тенетес, постукивая пальцами по локтю.

— Не томи, братец! — вторил ему Маний, и в его взгляде горел тот самый одержимый огонь поиска.

— Слушай, у меня там как раз назревает решающее сражение между двумя королевствами из-за наследницы престола, — поглядывая на сложный браслет на запястье, похожий на миниатюрную карту реальностей, проворчал Светлый Властер Воли. — Давай скорее к сути, а то боюсь пропустить самый драматичный момент!

Демонстративно медленно я вытащил из внутреннего кармана свою старую любимую игрушку — ту, которую мне в детстве подарил сам Создатель. Маленький идеально гладкий хрустальный шар, внутри которого клубилась туманная мерцающая глубина.

— Где моя истинная? — спросил торжественно и потряс шар.

Он тут же выдал в пространство строки из золотистого света, написанные на древнем языке: «Твоя истинная сидит рядом и ждёт свадебного обряда, не зевай!»

В зале на миг воцарилась тишина.

— И… что это значит? — первым нарушил молчание Аниарх, скептически прищурившись. — Твой шар дал тебе правильный совет, как найти истинную?

— Не совсем. Я тогда не задавал ему именно этот вопрос, — пояснил. — Я тогда сидел в самой глуши Мрака, скучал и от нечего делать тряс свой шар, спрашивая всё подряд, пытаясь обойти запреты и понять, как раздобыть ключи от наших оков. Знаете же, что из-за проклятья он мне прямо ответить не мог. Так вот шар меня навёл на Арину. Он знал, что одно без другого не случится.

Серафим посмотрел на меня с красноречивым удивлением. Он-то думал, что это он мне предложил гениальный план, но нет. Я поймал его взгляд и еле заметно подмигнул. Я бы никогда, ни за какие блага, не стал связываться с Властером Гармонии и ввязываться в авантюру с переселением душ, если бы этот старый хрустальный шарик не выдал мне, что нужно «искать гармонию и следовать за ней».

— И что же ты предлагаешь нам сделать теперь? — осторожно спросил Карсер.

— Ты… дашь нам возможность обратиться к твоему шару? — почти шёпотом уточнил Маний.

— Дам, — великодушно согласился я. — Каждому позволю задать по одному вопросу. Но предупреждаю, братья: формулируйте грамотно и от чистого сердца. Например, можно спросить: «Где сейчас находится моя истинная?» — и он укажет вам точное место в бескрайней мультивселенной.

Братья зашумели, оживились, как стая голодных ворон, увидевших блестящую безделушку, и кинулись ко мне, выстроившись в нестройную толкающуюся очередь.

О чём они там спрашивали — я не вслушивался. Уселся на подлокотник трона и, взяв Арину за руку, шептал ей на ухо о своих ближайших планах, а она мило краснела и тихонько смеялась.

Уже через час, получив свои заветные нити-подсказки, все — и Мрачные, и Светлые, включая Серафима, который на прощанье осуждающе покачал головой — разлетелись по мирам. На Маоре, кроме нас с Ариной, порождений да нескольких сотен тысяч обычных людей, не осталось ни одного Властера. Тишина, воцарившаяся после их отлёта, была почти физически ощутимой.

Я перевёл дыхание и убрал шар обратно в карман. Честно говоря, я вообще не буду скучать по братьям. У меня на ближайшие несколько столетий как минимум намечены дела куда как поинтереснее.

Эпилог

Эпилог

Спустя пять лет

— Ректор, мне поступила жалоба, что вы ведёте себя предвзято по отношению к абитуриентам из крестьян. Что валите их на вступительных экзаменах, а вот к детям бывших жителей Облачного города, наоборот, проявляете снисходительность, — строго сказала я, постукивая пальцами по резному деревянному подлокотнику своего не слишком помпезного, но удобного трона.

Звук отстукивания ногтей по тёмному дереву отдавался в тишине зала, подчёркивая серьёзность момента.

Прошло уже пять лет с тех пор, как мир перевернулся, а кумовство, эту въедливую, как ржавчина, привычку старой элиты до сих пор искоренить не вышло. Муж, конечно, предлагал решить проблему кардинально его любимым методом: стереть всем, кто мешает, память — и пусть учатся жить заново, с чистого листа. Но я каждый раз резко возражала. Мы строим новый мир, а не тоталитарную казарму, где все думают одинаково. Хотя иногда, в особенно тяжёлые дни, его предложение звучало заманчиво.

После того эпического собрания с Властерами, на котором Мирражу удалось втереть им свою блестящую байку про поиски истинных и отправить всех по другим мирам в надежде обрести свою судьбу, я для начала выспалась. Потом мы с Миром тихо и без лишней помпы поженились — не во дворце, а в саду поместья Душечкиных, под яблонями, и свидетелями были только мрачные порождения да домашние слуги. После жаркого медового месяца — вернее, трёх совершенно сумасшедших дней, когда мир мог подождать, — я вернулась к государственным делам с твёрдым и чётким пониманием, что делать.

Во-первых, мы объявили бывшей элите, что в город могут вернуться все, но не как господа, а только те, кто готов честно трудиться: стать преподавателями, деятелями культуры, врачами, инженерами или специалистами сферы обслуживания. А те, кто работать «не хочет» или «не может», а желает оставаться аристократом в шелках и с послушной челядью, получили щедрый дар — земли. Там, в бывшем Мраке, который рассеялся после окончания раунда, освободились огромные плодородные пространства. Всем пожелавшим мы перенесли туда родовые особняки со всей обстановкой. Так была решена болезненная проблема с имуществом и ностальгией. Дальше — их дело, пусть сами свои новые владения развивают, учатся хозяйствовать без армии магов-слуг.

Потом я распорядилась открыть школы магии для детей и взрослых везде, в каждом более-менее крупном поселении, ведь сила теперь была у всех. Поначалу, конечно, преподавателей катастрофически не хватало, и нам активно помогали мрачные порождения — почти все они остались на Маоре, перейдя в прямое подчинение к Мирражу.

— Владычица, я не виноват, что у детей магов Облачного города изначально знаний и подготовки больше! — возразил ректор, человек с умными, но хитроватыми глазами, заламывая руки. — Они в семьях получают базовые навыки обращения с силой от образованных родителей! Это естественный разрыв, и мы стараемся его нивелировать подготовительными курсами!

Он занимал свой пост ещё задолго до Великого Передела и решил остаться в городе. И