class="p1">Я похлопываю его по плечу.

— Я даже не собираюсь говорить тебе, насколько я сейчас несчастна, но поверь, что ты не одинок.

Он невесело смеется.

— Это только заставляет меня хотеть тебя еще больше, потому что я знаю, как сильно ты этого хочешь.

— Давай поговорим о неделе акул или о чем-нибудь подобном. Это должно заглушить возбуждение. Если только мы не будем обсуждать спаривание акул или что-то в этом роде. Не скажу, что это меня заводит, но все равно заставляет думать о сексе.

Он разражается смехом, качая головой, когда его пальцы переплетаются с моими. Я не совсем понимаю, что происходит, но у меня такое чувство, что мы с Иезекиилем только что стали ровней друг другу.

Мой сосед наклоняется и хватает мои пижамные шорты, бросая их мне на колени.

— Надень это, пока я не забыл, как важна для меня эта связь.

Глава 25

Другая сторона кровати оказывается пустой, когда я просыпаюсь на следующее утро, и мои шорты все еще на мне. Я не уверена, почему улыбаюсь, когда вдыхаю запах его подушки, но я это делаю.

Я выскальзываю из постели, иду по коридору и начинаю спускаться по лестнице, когда слышу звонок в дверь. Мой желудок скручивается в узел, и я бегу вниз быстрее.

Почему у меня только что появилось плохое предчувствие?

Я быстро вспоминаю, что не хочу, чтобы кто-то из их мира видел меня, поэтому превращаюсь в призрака как раз в тот момент, когда Гейдж распахивает дверь перед двумя парнями в модных костюмах.

Они протягивают Гейджу конверт, и Гейдж берет его, прежде чем сказать что-то на непонятном мне языке. Закрывая дверь, он переворачивает конверт.

Я успеваю заметить восковую печать на обратной стороне, прежде чем он поворачивается и встречается со мной взглядом.

— Просто скажи мне, если это что-то плохое, — говорю я тихо.

Его губы дергаются, когда он поднимает конверт, и я быстро подхожу к нему, поворачиваясь, прежде чем выхватить конверт у него из рук.

Я вскрываю конверт и быстро просматриваю содержимое.

Двор Северной Башни,

Требуется ваше присутствие на королевском празднике с королем и его наследниками.

Оружие запрещено.

— Дьявол приглашает вас на вечеринку? — спрашиваю я, мой голос немного срывается. — Это хорошо или плохо?

— В наши дни трудно сказать наверняка, — говорит он в опасной близости от моего уха, когда его пальцы скользят вниз по моей руке.

Он прижимается к моей спине, пока его рука не достигает моей, и вырывает приглашение, прежде чем оставить меня опустошенной и с легким головокружением.

Я сделаю татуировку «наивная».

Следую за ним в комнату вместе к остальным, и Джуд окидывает меня взглядом, когда Иезекииль протягивает мне бублик. Я беру его и с волнением ем, пока Гейдж передает приглашение.

Джуд отводит от меня взгляд, пока он и остальные читают бумагу.

— Ни даты, ни времени, это значит, что они просто придут и отправят нас туда? — рассеянно спрашивает Иезекииль, забирая у меня бублик и намазывая его творожным сыром.

Кай отвечает, когда я забираю свой бублик обратно.

— Это значит, что они по какой-то причине взваливают это на нас. И у меня плохое предчувствие по этому поводу.

Я стону с набитым ртом, когда бублик превратился в нечто в два раза более божественное, чем раньше. Не осознаю, что закрыла глаза, пока не открываю их и не вижу, что все они смотрят на меня с раздражением.

— Мы пытаемся вести серьезный разговор, — коротко отвечает Гейдж.

— Простите, — говорю я с набитым ртом, затем смотрю на Иезекииля и добавляю, — Так лучше. Спасибо.

Он ухмыляется, когда все остальные смотрят на него, и пожимает плечами, лениво пережевывая свой бублик.

— Хорошо спалось? — с горечью спрашивает Джуд.

— Чертовски хорошо, — отвечает Иезекииль с нескрываемой улыбкой.

— Что мы упускаем? — задает вопрос Кай.

— Заметили, что она не ходила из комнаты в комнату, желая нам спокойной ночи? — растягивает слова Джуд.

Дерьмо. Они собираются спорить из-за этой нелепости без всякой причины.

Оглядываясь в поисках чего-нибудь, что могло бы их отвлечь, я натыкаюсь взглядом на приглашение, и у меня перехватывает дыхание.

— И что из этого? Я просто думал, что ей, в конце концов, надоело ничего не слышать в ответ.

— Приглашение, — встреваю я, проталкивая его вперед.

Две новые строчки буквально сами собой появляются, будто их добавляет невидимый каллиграф.

Черный галстук. Через тридцать минут будьте на ближайшем кладбище.

— Черт, — реагирует Иезекииль, бросая остатки своего бублика.

Они все встают из-за стола и устремляются наверх. Я выхожу из комнаты и переодеваюсь в свою крутую одежду со всем своим бутафорским оружием. Я также надеваю каблуки, потому что они действительно хорошо смотрятся, и на самом деле мне необязательно ходить в них, потому что я не собираюсь быть настоящей девушкой в аду.

Нет, спасибо.

Парни тут же возвращаются в комнату, и мне приходится смотреть на них чуть пристальнее, чем это необходимо, пока они расхаживают по залу в своих смокингах. Теперь они выглядят как опасное искушение в дизайнерских упаковках.

Это действительно несправедливо.

Их татуировки скрыты рубашками, что придает им дьявольски стильный и загадочный вид. Джуд бросает на меня понимающий взгляд и ухмыляется в мою сторону.

Я откашливаюсь и начинаю оглядываться по сторонам, будто меня это не впечатляет.

Затем я украдкой бросаю несколько осторожных взглядов на то, как они заканчивают рассовывать по карманам свои кошельки и телефоны.

— Зачем вам идти на кладбище? Почему нельзя телепортироваться прямо отсюда? — спрашиваю я. — Мы можем незаметно обойти вокруг и выяснить, что происходит.

Кай качает головой.

— Мы не можем проникнуть в подземный мир, пока нам не предоставят доступ. Кроме того, ты видела только малую его часть. Он бесконечен, как и вселенная. Мы даже не знаем, в какую секцию попадем.

— Можно задать глупый вопрос?

Они все выжидающе смотрят на меня, словно я полностью завладела их вниманием.

— Что случится, если один из вас умрет?

Я сглатываю немного сильнее, потому что мой голос неожиданно срывается на последнем слове.

— Мы на самом деле не уверены, — отвечает Гейдж, небрежно пожимая плечами.

— Обычно нас отправляют вверх или вниз, если ты понимаешь, что я имею в виду. Но это было украдено у нас, когда мы унаследовали адские силы и обязанности жнецов душ, — также небрежно заявляет Иезекииль.

— Других участников, которые погибают на испытаниях, отправляют обратно в адскую глотку для нового перехода. Они могут оказаться такими же, но это случается редко. Мы, как правило, становимся немного более