внутри. Я слышала, как ломается его дыхание, как напрягаются мышцы на животе каждый раз, когда я сжимала сильнее.

Еще минута – и : он уже на грани. Головка стала твердой, как камень. За мгновение до того, как он должен был взорваться, я просто убрала руку.

Влад издал звук – смесь отчаяния и ярости, что-то среднее между «блядь, нет» и «ты серьезно?». Тело дернулось вперед – хотело догнать мою ладонь.

Я улыбнулась. И начала снова.

Трижды. Три проклятых раза я доводила его до самого края. И каждый раз убирала руку именно тогда, когда он был готов кончить.

На четвертый раз у него сдали нервы.

Рр-раз – и ленты, которыми я его «связала», просто порвались (то ли он их порвал, то ли я плохо завязала – уже не важно). Мгновение – и я уже на спине, а он навис сверху, глаза темные, дыхание горячее и рваное.

Трусики с меня слетели за секунду – Влад просто дернул их вниз, и они полетели куда-то в сторону. А потом – резкий, глубокий толчок.

Влад вошел одним движением, до самого конца.

Я охнула – громко, не сдержавшись. Хорошо, что я уже была такой мокрой, что даже стыдно. Иначе было бы больно. А так – так было только резко, горячо и невероятно приятно.

– Контролировать меня тебе понравилось, да? – прохрипел он. – Тогда сейчас почувствуешь, каково это – когда я контролирую тебя.

Влад замер на секунду, словно сам не верил, что наконец внутри, а потом начал двигаться – жестко, быстро, словно мстил за все те три «нет». Каждый толчок выбивал воздух из легких, я хваталась за его плечи, ногти впивались в кожу, оставляя красные полумесяцы.

А мне это нравилось. Очень. Даже больше, чем ему.

Влад схватил мои запястья одной рукой, прижал их над головой к подушке. Второй рукой взял за бедро, закинул мою ногу себе на плечо – так глубже, еще глубже. Я выгнулась, выкрикнула что-то невразумительное. Да, когда он задел ту самую точку внутри, которая заставляла все тело дрожать и сжиматься вокруг него.

– Вот так тебе нравится, да? – выдохнул он мне прямо в губы, не целуя, а просто дыша в рот, словно забирая мой воздух себе. – Дразнить меня... доводить... а потом стонать, когда я уже в тебе...

Я не успела ответить – только кивнула, потому что следующий толчок был таким сильным, что в глазах потемнело. Он почувствовал, как я сжалась вокруг него, как стала еще более мокрой (если это вообще возможно), и тогда уже совсем перестал себя контролировать.

Быстро. Жестко. Глубоко.

Кровать скрипела, я слышала, как стучит его сердце – или мое, уже не разберешь. Его свободная рука скользнула вниз, большой палец нашел клитор и начал тереть – не нежно, а именно так, как нужно, когда уже все горит и хочется либо кончить, либо умереть от этого.

– Влад... я... – голос сорвался, перешел в высокий, надрывный стон.

– Теперь моя очередь, – прошептал он мне в ухо, голос низкий, с хриплым удовлетворением. – Ты меня долго мучила... теперь посмотри, каково это – когда кто-то другой решает, когда тебе можно кончить.

Я выгнула спину, пытаясь подтолкнуть его глубже, но он замер, держа меня за бедра так крепко, что пальцы впивались в кожу.

– Не-не, – хищно улыбнулся Влад. – Двигаться будешь только тогда, когда я разрешу.

И начал – играть.

Глава 66

его медленные, глубокие толчки – именно такие, что доводили до края. Каждый раз, когда я ощущала, что вот-вот кончу, Влад останавливался. Просто замирал внутри, не двигаясь, и ждал, пока волна спадет.

Я застонала от отчаяния, попробовала сама пошевелить бедрами – он только сильнее сжал меня, прижав к матрасу.

– Не смей, – рыкнул тихо, но с такой интонацией, что по коже побежали мурашки. – Кончишь, когда я скажу. Или не кончишь вообще.

Он наклонился, его грудь прижалась к моей, губы коснулись шеи. Одной рукой он обхватил левую грудь.

Другой рукой спустился вниз, пальцы нашли клитор и начали тереть – медленно, кругами, идеальным давлением. Именно так, как мне нравилось.

С каждым движением я начала дрожать еще сильнее. Дыхание срывалось, стон перешел в высокие, молящие звуки.

– Влад… пожалуйста…

– Нет, – отрезал он и прекратил двигаться.

Я чуть не закричала от обиды. Тело горело, все внутри сжималось вокруг него, пытаясь выжать хоть какое-то движение, хоть какой-то толчок – ничего. Он просто лежал во мне, неподвижно, и Влад улыбается, прижавшись губами к моему уху.

– Сколько раз ты меня обрывала? Три? – прошептал. – Тогда я три… а может, и больше.

И снова начал.

На этот раз быстрее, жестче, бья в ту самую точку, от которой у меня темнело в глазах. Я хваталась за простыню, кусала внутреннюю сторону щеки, моля его не останавливаться. Он довел меня почти до пика – я уже чувствовала, как все сжимается, как волна накатывает, как вот-вот…

И снова остановился.

Я издала какой-то дикий, надрывный звук – что-то среднее между криком и рыданием.

– Ты… садист… – прохрипела я, голос дрожал.

– А ты любишь, когда я такой, – ответил он спокойно, целуя мокрую от пота шею. – Скажи, что любишь.

Молчала, тяжело дыша. Влад медленно вышел почти полностью… и резко вошел назад. Один раз. Очень глубоко.

– Скажи.

– Люблю… – выдохнула я, сдаваясь. – Люблю, когда ты меня так… ломаешь…

Он тихо застонал от этих слов и наконец начал двигаться по-настоящему – быстро, сильно, беспощадно. Пальцы снова на клиторе, теперь уже не играясь, а доводя до края без права на отступ.

– Теперь можешь, – прошептал Влад хрипло. – Кончай. Сейчас прямо со мной.

И я не выдержала.

Оргазм был таким мощным, что я закричала в его ключицу, все тело судорожилось, мышцы сжимались вокруг него волнами – пытаясь втянуть глубже. Дыхание прерывалось, а он продолжал двигаться сквозь мой оргазм, продлевая его, доводя до того состояния, когда уже больно от избытка ощущений.

Влад не выдержал моего сжатия.

Его стон был еще громче – глубокий, гортанный рык, который перешел в крик. Он ударился несколько раз хаотично, сильно, как пытаясь войти еще глубже, и он взрывается внутри – горячими, мощными толчками, один за другим. Его тело дрожало, руки сжимали мои плечи, голова