когда я ближе склонился над ней. То ли это был ее запах – не лесной, не травяной, как у Маргарет, а свежий, с нежными нотами яблок и чего-то необъяснимо умиротворяющего… То ли выражение лица – совершенно иное: мягкое, беззащитное, почти детское, и в этом лице не было ничего от Маргарет, совсем ничего – ни в чертах, ни в дыхании.

И тут меня охватила самая сильная эмоция за последние пятьдесят лет – облегчение. Настоящее, искреннее, ударившее в грудь как молния. Она не Маргарет! Просто это… не она. Пусть совпадение ДНК, нелепость рока, генетическая насмешка, но передо мной – живая девушка, с которой судьба сыграла слишком жестоко, наделив чужими чертами, чужими грехами и чужой кармой.

Я не знаю, как это произошло и зачем, но внезапно в приливе радости от осознания, что она не Маргарет, я поцеловал ее. Легкий, еле ощутимый поцелуй, просто прикосновение, словно благодарность за то, что она дала мне возможность впервые за много лет почувствовать себя освобожденным. И в ту же секунду, когда мои губы коснулись ее, я осознал, что сделал, и испытал шок. Мгновенная паника охватила меня, я метнулся к окну в отчаянной надежде, что она не проснется, прыгнул со второго этажа и прямо в воздухе обратился в ворона.

Безрассудный поступок, очередной виток безумия! Это был сбой, чистейший сбой в моей выстроенной рациональной системе. И все это только потому, что я увидел в ней не Маргарет. Испытал облегчение? Избавился от иллюзии? Дерек, ты совсем сошел с рельсов? Даже думать в эту сторону не смей! Ни Маргарет, ни Мэган – никаких Мак-Кензи! Они все ведьмы!

Да, пожалуй, вот он – ответ. Она – ведьма. Единственное логичное объяснение. И способна не только проклинать, но и управлять, манипулировать, проникать в сознание, как туман в щели замка. Не силой, а мягко, подспудно, исподтишка.

Что, если она давно играет со мной? Использует как пешку в своей большой мистической партии? Небрежно передвигает меня по невидимой доске, и правила известны только ей. Ловушка, искушение, провокация – все это обернуто в шелк женской беззащитности и тем страшнее…

Нет, больше ни шагу, ни взгляда, ни слова! Я снова выполнил свою роль – спас ее, когда мог бы отвернуться, вернее, когда должен был отвернуться. Она однажды уже уничтожила меня, и я не позволю ей сделать это вторично. Пора уезжать – и срочно! Увезти отсюда этого идиота, живущего внутри лорда Драммона, пока он снова не выкинул что-нибудь необратимое. Но прежде – к Иннес. Завтра, на закате. Только она может сказать, что на самом деле происходит, кто за этим стоит – Маргарет? Мэган? Или все же тот самый внутренний самоубийца, что бродит по лабиринтам моего подсознания, расставляя мины?

Никогда бы раньше не подумал, что смогу впасть в такое состояние. Что, черт возьми, со мной вообще происходит? Может, это старческий маразм? Хм, надо бы вспомнить все, что я изучал по психиатрии и психологии.

Так, начнем с симптомов: эпизодическое помутнение рассудка, импульсивные действия, выраженные аффективные реакции, устойчивые навязчивые идеи и личностная диссоциация. При таком раскладе диагноз только один: пограничное расстройство личности. Похоже, помимо ясновидящих мне еще и психиатр нужен.

Глава 31

Маргарет здесь не живет

Из дневника Дерека Драммона

17 июня 2016 года (Касл Рэйвон)

Прежде чем отправиться к Иннес, я решил дать себе еще немного времени на слежку, хотел поизучать Мэган. А вдруг все-таки проявится хоть призрачно, хоть намеком связь с Маргарет? Может, она как-то выдаст себя.

Сегодня Мэган с Уорреном поехала на завод. Вела себя предельно серьезно, изучала производство – расспрашивала, заглядывала в каждую емкость, словно эксперт по перегонке виски. Я незаметно следовал за ними, стараясь не упустить ни одного жеста, ни одной фразы. А потом случилось неожиданное. Она попросила кузена проводить ее в фамильный склеп. Сказала, что боится идти одна. Я тут же насторожился, думаю: ну все, сейчас начнется. Если где и может проявиться связь – так это там. Маргарет там покоится в отдельной гробнице. Интересно, как поведет себя Мэган?

Что ж, она настоящая трусиха. Только ступила за порог – и все: лицо побелело, в глазах – испуг, плечи ссутулились. Она буквально шарахалась от собственной тени, как будто за ней тянулись руки из могил. Но что поразительно – она прошла мимо захоронения Маргарет, будто не заметив его. Ни мимолетного взгляда, ни тени узнавания, ни паузы в движении. Просто прошла, как будто это имя и эти даты ничего для нее не значат. И вот это было очень странно. Если бы между ними и правда была мистическая связь – она бы хоть как-то среагировала: вздрогнула, словно кольнуло в сердце, съежилась, будто от мурашек по коже, задумалась, как от нахлынувшего воспоминания, – но нет, ни малейшей реакции. Возможно, я ошибался, и она действительно не Маргарет. Просто мне не дает покоя сходство. Проклятая генетика! Но все равно… Я не верю в совпадения, особенно в такие. Завтра пойду к Иннес.

У гробницы Малькольма все изменилось. Я наблюдал из тени, прячась за резной аркой. Мэган стояла, опустив голову, молчала долго, слишком долго, чтобы это была просто дань уважения. А потом дала волю слезам, и это были не театральные слезы, не на публику, а самые настоящие. Такие, которые сдерживают до последнего, пока становится невозможно терпеть. И стало ясно – дед действительно был ей очень дорог. Она относилась к нему не просто как к родственнику, она любила его по-настоящему. Мэган провела рукой по каменному саркофагу, нежно, будто гладила по голове кого-то живого. И мне стало неловко, словно я подглядывал за чем-то интимным, слишком личным, чтобы иметь свидетелей. Вытерев слезы, она поблагодарила Уоррена, и они пошли обратно в замок.

Потом снова работа: таблицы, документы. Лицо – сосредоточенное, как будто она переключила тумблер, и все снова в порядке. Честно? Это пугает.

Позже, вечером, они сидели втроем у камина в гостиной – Мэган, Уоррен и Гленн. Мэган начала расспрашивать о местных легендах – не из вежливости, чтобы просто поддерживать разговор, а с неподдельным любопытством, в глазах – азарт. Я навострил уши.

Уоррен, довольный вниманием, охотно рассказывал ей про Праздник папоротника. О том, как местные ночью уходят в лес искать заветный цветок и как, по легенде, тот, кто его найдет, получит силу, способную изменить судьбу. Мэган слушала внимательно, даже слегка подалась вперед,