зверя. Помнится, ваша матушка в свой Ритуал Обретения осчастливила не один десяток Спящих.

Аргайл бросил на прайма уничтожающий взгляд.

Безусловно, он мог выкрутиться. Хотя бы аргументировав тем, что они с Ктарой ещё не прошли Ритуал, но…

Он достаточно верил в Неё, чтобы этого не сделать. Взял за руку и повёл к священному камню.

Пора и ей поверить.

Глава 34. Джей

Ктара на негнущихся ногах следовала за повелителем, не в силах оторвать глаз от замка из их рук. Или не смея их просто поднять?

«Что он творит?!», — в панике кричало всё внутри неё и страх бился в грудной клетке, словно запертая птичка.

И, тем не менее, она шла.

Она не могла не идти за ним.

Даже если бы он не держал её за руку.

Даже если бы просто позвал.

Она бы пошла.

И шла.

И верила.

Ступеньки. Грубо высеченные из камня. Огромные. Словно для великанов.

Одна.

Вторая.

Третья.

Она встала рядом с ним. Плечом к плечу.

Позади священный камень, а практически у ног — подданные. Его. Тысячи. Двуликие. Сильнейшие и влиятельнейшие из них. Только такие могли быть приглашены на столь грандиозный, священный и столь редкий сейчас ритуал.

И Спящие. Для которых Ритуал Обретения, наверняка, был столь же эмоционален, сколь и для Пары, проводившей его.

Лишь в такой день, который в жизни двуликих случался всё реже, они обретали Надежду, возможность стать полноценными.

«Сколько их здесь было?», — подумала Ктара, проведя взглядом по огромному скоплению существ, замерших перед постаментом, словно неживые в эту холодную ночь полнолуния.

«Минимум половина от собравшихся», — ответил ей повелитель мысленно.

Она подняла на него потрясённые взгляд.

Так много?!

«Те, что поместились и были допущены, — ответил он, обращая на неё спокойные янтарные глаза, которые бегло оценивающе пробежались по окрестностям, пока он разворачивался. Спиной к собравшимся и лицом к камню. Лишь плечи их плотно коснулись друг друга, и он крепче перехватил её руку. Или это, скорее, она в неё вцепилась, словно в спасательный круг. — В окрестностях ещё много Спящих, — продолжил Сильнейший. — Наблюдают. И надеются, что до них всё же дотянется сила Богини и что счастливчиками окажутся именно они».

— Для двуликих это, наверное, настоящая пытка? — привычно вслух спросила она.

— Да, — ответил царь двуликих. — Чем-то похоже на роженицу, которая никак не может разрешиться. Причём зверь рвётся. Постоянно. В полнолуние сильнее. Часто нанося увечья первой ипостаси, но полностью обратиться так и не может. И так раз за разом. Снова и снова.

— Какой ужас, — тихо выдохнула Ктара, уже с сожалением, а не паническим ужасом глядя на собравшуюся толпу и покрытые тьмой заснеженные горы с елями, где тоже могут скрываться Спящие.

Она, конечно, никогда не была беременна, и слабо себе представляет подобное, но приведённый повелителем пример звучал адски мучительно.

— Вы правда думаете, что я могу кому-то из них помочь? — ещё тише спросила она, помня о чутком слухе двуликих.

— Правда, — мягко улыбнулся Сильнейший, согрев её жидким янтарём своих глаз и коснувшись тёплыми волевыми губами её ледяного виска.

— Что мне делать? — с готовностью спросила она.

— К сожалению, — начал Мега, — точно на твой вопрос могла бы ответить лишь моя мать. Поделиться собственным опытом с тобой другие королевы вряд ли захотят…

— Да уж, — усмехнулась Ктара.

— Так что метод тот же, — продолжил царь, — прислушайся к себе, доверься интуиции, позволь ей вести тебя. Ты — чудо, Ктара. Ты можешь и не такое, я уверен. Просто поверь.

Ктара закрыла глаза.

На устах её играла мягкая улыбка — так приятны были слова повелителя.

Она — чудо?

Может, да. А может, и нет.

Но одно точно.

Она хочет помочь этим несчастным Спящим, запертым в собственных телах со Зверем.

Каждая из королев закрывала глаза и словно на чём-то сосредотачивалась. Может на их связи с подданными?

Отбросим момент, откуда у Ктары может быть подобная связь, и просто попробуем её найти. Или представить.

Хмм…

Ктара чувствовала, что и сама сейчас нахмурилась. И искала. Искала. Искала. Всматривалась. Прислушивалась.

Где-то на затворках сознания что-то блеснуло.

Она словно повернула к этому чему-то голову и увидела тонюсенькую паутинку, дрожащую в воздушных массах и таинственно переливающуюся волшебным светом.

Её кончик был совсем близко от Ктары и словно дрожал в нетерпении. Или звал?

Ктара протянула к нему руку и почувствовала тепло крошки, которая с готовностью легла в её ладонь.

Ктара улыбнулась.

«Ладно, а где же другие? — спросила она, осматриваясь по сторонам. Видя все те же горы с елями, священный камень и площадь перед ним, только никого здесь более не было, кроме неё. И крошечной паутинки в её руке. — Где остальные?», — настойчивее спросила она. Почти требовательно. Замерев от восторга, когда пространство вокруг стали прорезать загорающиеся мигающие паутинки. Десятки. Тысячи. Десятки тысяч. И все они тянулись к ней. Заигрывали. Ластились. Щекотали. Оплетали её тело, переплетались с её волосами.

Ктара рассмеялась, какое-то время наслаждаясь моментом и их лаской. А затем собрала в кулаки как можно больше паутинок вокруг и с силой дёрнула вниз.

— Освободитесь! — крикнула она для надёжности и услышала ответный раскатистый смех повелителя.

Он словно спугнул хрупкий мир иллюзии. Тот дрогнул, пошёл рябью и растворился.

Ктара настороженно открыла глаза. Мега порывисто прижал её к себе, смачно поцеловав в губы.

— Я же говорил, что ты — чудо! — отступил он на шаг, открывая ей вид на площадь, заполненную Зверьми.

Лишь одинокая тёмная фигура властителя вампиров стояла ближе к постаменту, не сводя с Ктары сверлящего недружелюбного взгляда, все остальные были на четырёх лапах.

Отовсюду раздавались рёв, рычание, вой, даже от тех самых елей в окрестностях.

Ктара пробудила не только присутствующих в окрестностях Спящих, она вынудила обратиться всех.

— На колени! — крикнул Сильнейший, с лёгкостью заглушая создаваемый Зверьми шум. — Пред своей царицей!

И Звери припадали на передние лапы, склоняя морды, как одна сплошная живая волна, завораживая своей синхронностью и мощью.

Мега опять рассмеялся.

— Выкуси, Сайрус! — крикнул он напоследок и подхватил Ктару на руки, унося обратно во дворец.

* * *

Прошло не так много времени, как Ктара с Мегой ушли, а Лиру стало не по себе. Тишина в пустых покоях странно стала давить.

Он удивлённо кашлянул, поменял позу и вновь попытался сосредоточится на довольно интересной инфе, что нарыл, но неприятное чувство дискомфорта никуда не пропало.

Лир сел, обведя комнату подозрительным взглядом.

Что за хрень?

Он, взрослый мужик, вдруг стал бояться тишины что ли? Оставаться один?

Или