подняла бровь, зная, что есть еще кое-что. Она не собиралась отпускать меня легко.

— Но я не знал, что смогу, — честно ответил я. Ее лоб нахмурился. — Когда меня держали здесь в плену, меня пытали ежедневно.

— О боги. — Ее руки взлетели ко рту.

— Они хотели получить от меня информацию. Они хотели знать о Фарисе и о том, как он появился. Я отказался сломаться, поэтому они старались сильнее. — Я зажал нос пальцами; мое дыхание уже становилось более прерывистым. — Я не уверен, как долго меня продержали в заточении к тому времени; все уже расплывалось в тот момент. Так что это должно было быть значительное время. В любом случае, демон, который меня допрашивал, был особенно садистом. Я был привязан к стулу, и появился Слоан. Я был в восторге — взволнован, понимаешь? Наконец-то он был жив и со мной, и мы собирались выбраться отсюда, блядь. — Лицо Сейдж было белее призрака, когда она переваривала мои слова. — Я довольно быстро понял, что это на самом деле не Слоан. Но он продолжал возвращаться, снова и снова.

— Нет. — Она так сильно покачала головой, что вода слетела с кончиков ее коротких волос. — Гуппи, нет.

— Я знаю, милая, — мягко сказал я, когда слезы начали капать из наших глаз. Мне казалось, что мое горло смыкается, и я был уверен, что тяжесть моих собственных эмоций раздавит меня. Моих. Собственных. Эмоций. Не тяжести чужих эмоций — нет. Это были только мои. Еще один эффект того, что у меня был свой собственный разум и тело. У меня больше не было Фариса, чтобы смягчать удар, брать на себя часть бури.

Внезапно Сейдж рванула через воду, направляясь к краю бассейна. О, черт. Она уходит от меня. Неужели я ей так же противен, как и сам себе? Мое собственное любопытство не дало мне промолчать, и мой голос сорвался, когда я спросил: — Что ты делаешь?

Она посмотрела на меня через плечо, и мои глаза расширились. Ее зеленые глаза светились золотом. Какого черта? — Я собираюсь убить их. Всех. — Крик разочарования вырвался из нее, когда она подняла дрожащие руки к волосам, дергая их. — Я хочу забрать твою боль. Я хочу, чтобы я могла схватить эти воспоминания своими руками и уничтожить их.

Я грустно покачал головой. — Я знаю это чувство, милая. Я хотел сделать это для стольких людей. Если бы был способ сделать это для себя, я бы сделал. Я не знаю, как вернуть себя к тому, кем я был раньше.

Я мог бы никогда больше не выносить чужого прикосновения. В бассейне, позади нее, контролируя ситуацию... Мое желание к ней было непреодолимым. Мне нужно было прикоснуться к ней, заставить ее тело пульсировать вокруг моих пальцев. Однако мысль о том, что она прикасается ко мне, или кто-то из парней прикасается ко мне — особенно Слоан... Черт.

— Они пытались сломать меня. Они так старались, блядь. — Моя голова опустилась, и я в сотый раз задался вопросом — почему я не был достаточно сильным? Черт возьми, мне было так стыдно, но я должен был сказать ей. Она должна была знать, что тот человек, которым я был раньше, не был тем, кто стоит здесь сейчас. — Я думаю, им это удалось, Сейдж. Я думаю, они сломали меня.

Рыча, она покачала головой. — Нет. Ты не сломлен. — Я не мог отвести взгляд от ее золотых глаз, которые сверкали от эмоций. Гнев, страх, печаль, защита, любовь.

— Я не хочу быть сломленным. Я не хочу вздрагивать каждый раз, когда один из вас пытается прикоснуться ко мне, — прошептал я, когда вода мягко двигалась вокруг наших ног.

— Гуппи, я хочу почувствовать твое сердцебиение. — Она подняла ладонь в вопросе. Это всего лишь Сейдж, моя пара, мать моих нерожденных детей. Я в безопасности. Я в безопасности. Я повторял эти слова, когда кивал. Медленно она протянула руку, почти как будто я был загнанным в угол зверем, который мог укусить ее в любой момент. Ее кончики пальцев коснулись моей груди, и я вдохнул. Огонь пробежал по мне, наша связь вспыхнула, напоминая мне, что вот это? Это было всем.

— Ты не сломлен, — повторила она, прижимая ладонь прямо к моему бьющемуся сердцу. — Ты изранен и побит. Ты силен и один из лучших мужчин, которых я когда-либо знала. В любое время, когда ты почувствуешь себя чем-то меньшим, чем мой, я буду здесь, чтобы напомнить тебе.

Моя рука внезапно сжала ее, а другая была прижата к ее сердцу. Наши глаза встретились, и магнитная сила, казалось, удерживала меня там. Я не мог бы отвести взгляд, если бы попытался.

— Я думаю, что могу забрать их, Гуп. Все во мне требует, чтобы я забрала эту травму из тебя. Пожалуйста, позволь мне попытаться? Я люблю тебя, несмотря ни на что... Но если я смогу забрать их, навсегда, хочешь ли ты этого? Я не буду пробовать без твоего согласия, Гуппи.

— Почему ты думаешь, что можешь? — спросил я, искренне любопытствуя.

— Я сделала два укола. Я думаю... Я думаю, я переняла твои способности, — выдохнула она, ее глаза были широко раскрыты и все еще прикованы к моим.

— Ты можешь читать мои эмоции?

Она кивнула. — Я не могла до того, как коснулась тебя, но теперь могу. Ты чувствуешь отвращение и стыд, но ты также полон надежды. Надежды, что я смогу сделать это для тебя?

Не отрывая от нее взгляда, я упал на колени. — Пожалуйста, помоги мне, милая. Я умоляю тебя. Я не могу... Я не могу...

— Я знаю, малыш. Я знаю, как это больно. Отдай это мне, — прошептала она, проводя руками по моим волосам. Зеленые и золотые нити цвета начали кружиться вокруг нас двоих, ее глаза искали мои, и затем там, я почувствовал ее присутствие. Это противоречило каждому фибру моего существа, всему моему обучению, впустить ее в свою голову. Но я впустил.

Я смотрел, как черные, запятнанные воспоминания в виде тумана начали обвиваться вокруг ее рук. Я начал паниковать, не желая, чтобы эти гнусные образы были в ее мозгу. О боги, что я наделал? Как раз когда туман начал подниматься к ее шее, ее глаза вспыхнули черным, и туман рассеялся, звуки моих прошлых криков эхом разнеслись вокруг нас, пока последняя его часть не исчезла.

Мы повалились вместе, тяжело дыша, крепко обнимая друг друга.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Сейдж, вытирая влагу с моих щек.

— Как будто у меня лучшая женщина во