Журналюга из весьма уважаемого издания, которое в последние недели стабильно поливает меня на своих страницах дерьмом, суёт камеру прямо в лицо.

— Александр, а правда, что вы держали свою девушку прикованной без еды и воды несколько суток?! Александр!!!

Да, бывшая у меня с фантазией. И напрочь отбитым инстинктом самосохранения. Ещё пара таких вбросов, и моё терпение лопнет.

— Алекс, можно автограф? Пожалуйста-а-а-а!!!

Это уже фанаты. Им не отказываю и позволяю сделать несколько совместных фото.

Злой сажусь в машину и еду в отцовский особняк, где должна сегодня собраться вся семья.

При въезде в посёлок явно ощущается рождественская атмосфера. Дома соседей украшены мигающими гирляндами. Весёлые дети с визгом носятся по улице, с наслаждением валяются в сугробах и играют в снежки.

Всматриваюсь в румяные мордахи, гадая, есть ли среди них мои племянники или племянницы. Но тщетно — у всех из-под шапок и шарфов только глаза и видны.

Паркуюсь у ворот, с трудом найдя свободное место среди множества других машин. Народу приехало много, в просторном отцовском гараже места, очевидно, уже нет.

Пока достаю из багажника пакеты с подарками, наблюдаю за малышнёй. И плохое настроение как рукой снимает.

Вот я и дома.

Я владею недвижимостью в разных уголках планеты. Но дом — это здесь. И все тревоги остаются за порогом, как только захожу внутрь.

Поздно вечером, когда гости разъехались, а хозяева отправились спать, мы с братьями остаёмся в гостиной, у высокой пушистой ёлки.

— Сейчас девчонки уложат детей и спустятся к нам, — сообщает Андрей, выставляя на стол бутыль какой-то коллекционной бурды.

Я не ценитель элитного алкоголя, поэтому встречаю предложение выпить без особого энтузиазма. А вот кузен Олежек в нетерпении потирает руки. Хотя ему, похоже, на сегодня уже хватит — еле стоит на ногах.

Мы рассаживаемся за низким журнальным столом.

— Ну что, Миллеры! Как ваши делишки? — интересуется Теплов, с трудом выговаривая слова.

Переглядываемся с Андреем и Марком. На уме у всех одно — как избавиться от Олежека, пока он что-нибудь не учудил.

Кое-как у нас получается провести полчаса мирно. До тех пор, пока в гостиную не спускается Валя — юная дочь отцовского повара. Марк попросил её принести закуски.

— А кто это у нас здесь? — Теплов окидывает её сальным взглядом.

Внешне он мужик весьма привлекательный, женщины его любят. И язык хорошо подвешен, заболтает любую. Но, когда выпьет, превращается в животное.

Девушка сперва робко улыбается, потупив глазки. Внимание взрослого мужчины ей, видимо, лестно.

Но когда он пытается хохмить и выдаёт пару пошлых, чересчур откровенных шуток, краснеет и старается не смотреть в его сторону.

— Валя, спасибо, — говорит Андрей. — Принеси ещё сюда приборы, и спать. Мы справимся без тебя.

Она убегает, и Теплов разочарованно валится на диван.

— Какая красотка, да? — вздыхает.

— Ты же женился недавно, Олег! — напоминаю ему. — Или я что-то перепутал?

— Женился, да. А ты ж мою жену не видел?

— Нет.

Он достаёт смартфон и показывает фото белокурого ангела. Эта девушка в сравнении с нашей симпатичной Валей — неземное создание. Не красотка в общепринятом понимании, но ею хочется любоваться.

Большие голубые глаза с пушистыми ресницами, милый курносый нос и нежные розовые губы. Хрупкая, тоненькая, как эльфийка. Из выреза элегантного платья проступают холмики полных грудей. И мой рот, помимо воли, наполняется слюной.

Представил вдруг, как обнимаю её и с силой прижимаю к себе... Как её грудь трепетно вздымается после долгого, глубокого поцелуя и частит сердечко. И у самого пульс разгоняется.

Приплыли. Миллер, пубертат давно позади, что это с тобой? Прочь грешные мысли!

И чего Теплову не хватает, что он клеится ко всем подряд?

— Она совершеннолетняя хоть? — выдаёт Марк. — На вид семнадцать можно дать.

— Ей больше двадцати, не волнуйся.

— И как семейная жизнь?

— Ну-у-у как. Она неопытная, всему нужно учить. Но мне неохота пока.

Ну и мудак. Секс-гуру нашёлся.

Не знаю, почему меня так волнует его молода жена. Наверное, только потому, что бесит он сам. И это взаимно. Мы недолюбливаем друг друга с детства.

Валя возвращается с приборами. Подходит к столу, чтобы разложить их.

Словно в замедленной съёмке вижу, как тепловская лапа лезет к ней под юбку. Инстинктивно реагирую — хватаю за пальцы и с силой выворачиваю кисть.

Он орёт, и приходится отпустить.

— Ты охренел, что ли?! — таращит на меня красные, воспалённые глаза. — Ни с того, ни с сего…

— Думай, что делаешь. Совсем берега попутал?

Мы ещё несколько минут негромко переругиваемся, не в силах загасить неприязнь. Пьём. Меня не берёт, а кузен спустя полчаса уже в глубокой отключке.

— Ну наконец-то! — выдыхает Андрей. — Сейчас девочки спустятся, и спросим, куда его девать.

Александра и Софья появляются в гостиной с детскими бутылочками и ещё какой-то посудой в