по гофрированному металлу и кучам старых картотечных ящиков, это был склад. Мотыльки бились о свисающую лампочку, некоторые размером с воробья. Когда один из них пролетел слишком близко к моему лицу, я попытался отмахнуться от него, но рука не слушалась.

В голове пульсировала боль, и я посмотрел на свои запястья. Пластиковые стяжки-молнии прикрепили их к подлокотникам. Вторая пара привязала мои лодыжки к ножкам кресла.

Вот черт, подумал я, как в тумане.

Я прислушался к голосам. Я не мог разобрать слов, но они доносились из-за двери кабинета. Мужские голоса. Две пары голосов. Вероятно, это были оборотни, которые напали на меня из засады. То есть, если я не хочу закончить, как леди Бастет, мне нужно убираться отсюда к чертовой матери.

И не поднимая лишнего шума.

Моей трости нигде не было видно, а на шее отсутствовал кулон с монетой. Я направил свое внимание внутрь, на свою призму, и обнаружил, что она расколота и окутана туманом. Когда я попытался восстановить её с помощью центрирующей мантры, мои губы не разжимались. Их удерживала полоска скотча.

Отлично, хоть кто-то знает, с кем имеет дело.

После попытки языком сделать карман внутри ленты я сдался и осмотрел подлокотники кресла. Поролоновая обивка вокруг правого из них распалась, превратившись в твердый металлический край. Достаточно острый, чтобы разрезать пластиковое ограждение? Я подвигал правой рукой взад-вперед, словно пилой, по нескольку миллиметров в каждую сторону, насколько позволяло ограждение.

Голоса приближались, их обладатели теперь отбрасывали тени на дверной косяк.

Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо.

Я расслабил руку, когда вошел оборотень, которого я встретил в переулке, все еще в человеческом обличье. У него были темно-рыжие волосы и руки размером с мои бедра, хотя и более рельефные. За ним последовал второй огромный оборотень, без сомнения, тот самый, который ударил меня по голове. Они выглядели как братья, особенно в одинаковой форме охранников. Они оба мне сразу же не понравились.

— Хорошо спали — Спросил брат номер Один, ухмыляясь и поправляя ремень со своим табельным оружием.

— Он встал — крикнул брат номер Два кому-то позади них.

Я ломал голову над тем, кто заказал убийство леди Бастет. Теперь у меня было неприятное предчувствие, что я вот-вот это выясню.

— Что это — требовательно спросил мужской голос. Между плечами братьев я заметил вспышку объективов. Мгновение спустя пухленькая фигурка протиснулась мимо волков.

— Он жив?

Это был мэр Лоудер.

Прости, что расстраиваю тебя, милая, подумал я, обращаясь к воображаемой Кэролайн. Но, вопреки твоим заверениям, я не только объект программы мэра по искоренению, но и часть первой фазы тестирования.

— Он не стал сотрудничать — сказал Первый брат.

— Он напал на тебя? — Спросил Бадж.

— Он направил на него "Смит-и-вессон" — ответил волк, кивая на своего брата — набитый серебром.

— Мы конфисковали его — сказал Второй брат с ухмылкой — А потом перевернул его.

Револьвер обошелся мне в небольшое состояние, но в данный момент его состояние волновало меня меньше всего.

Бадж остановился передо мной, уперев руки в бока своих мешковатых брюк. Он изучал правую сторону моего лица, на которую пришелся основной удар при падении. Я чувствовал, что она затекла от крови. Бадж вздохнул и оглядел меня с ног до головы.

— Ну, развяжите его, ради бога. Он похож на итальянскую сосиску.

Я не ожидал услышать следующих слов.

Волки переглянулись, прежде чем двинуться вперед, на кончиках их пальцев появились острые желтые когти. Теми же ногтями, которыми было перерезано горло леди Бастет?

Они просунули ногти под ремни и разорвали пластиковые стяжки. Через несколько секунд я был свободен, но не избавлен от опасности. Волки нависли надо мной, в их пылающих радужках светилась ненависть. В конце концов, я был убийцей их собратьев, покалечил их лидера.

Я откинулся назад, когда Брат номер Один потянулся к моему лицу. Одним движением он подцепил уголок скотча и сорвал его с моего рта целиком. Я облизал губы, которые казались воспаленными и опухшими.

— Не стой столбом, Флинт — рявкнул Бадж — Принеси ему выпить.

— Выпьешь? — Спросил Флинт.

— За домом есть старый торговый автомат — сказал Бадж — Посмотри, не осталось ли чего внутри. И ты тоже, Эван.

Два волка зарычали на меня, прежде чем отойти.

— Вам придется простить их — Бадж притащил из другого конца комнаты еще один офисный стул и уселся на его краешек — Большие дураки. Я просто хотел, чтобы они заехали за вами, чтобы мы могли поболтать.

— На складе — Спросил я скептически.

— Да, ну, это вроде как не для протокола. Я не мог допустить, чтобы ты пришел в мэрию. Не без того, чтобы не расстроить остальных — Он наклонил голову, чтобы лучше видеть мое удрученное лицо — Эй, я действительно сожалею о грубом обращении. С тобой все будет в порядке?

Хотя мэр и изображал из себя мистера Хорошего парня, я знал его игру. Он хотел получить какую-то информацию, прежде чем отдать приказ об убийстве. Как, без сомнения, он поступил с леди Бастет.

— О чем ты хочешь поговорить?

Бадж наклонился в сторону, словно оценивая меня.

— Послушай, я не собираюсь вешать тебе лапшу на уши, Эверсон. У меня есть список причин, по которым я хочу, чтобы ты ушел, и главная из них, то, что ты чуть не убил мою жену.

— Ну, ты, черт возьми, чуть не убил меня. Это уравнивает нас, верно?

Бадж улыбнулся.

— У меня есть частное стрельбище, куда я хожу каждую субботу в десять утра и делаю более двухсот выстрелов за раз. Занимаюсь этим уже как минимум двадцать лет. Я чертовски хорошо стреляю с пятидесяти метров. Ты был примерно в двадцати футах от меня, когда я нажал на курок тем утром? Я хочу сказать, что если бы я стрелял на поражение, ты бы сейчас был пищей для червей.

Острая боль пульсировала в правой части груди, там, где вошла пуля. Я дотронулся рукой до этого места и прикинул расстояние до Баджа. Он был достаточно близко, чтобы я мог дотянуться до него прежде, чем он достанет пистолет, и повалить его на пол. Проблема заключалась в волках. С их сверхъестественными способностями они бы услышали шум. Я был не в том состоянии, чтобы убежать от них, а без своего меча, пистолета или магии и подавно не в том состоянии, чтобы сражаться с ними.

— По правде говоря, Эверсон, ты мне нравишься — продолжил мэр — Нет, я серьезно. Ты помог моей падчерице и