сторона двери была из гладкого металла, не за что было ухватиться или повернуть. Я навалился на нее плечом и толкнул, но услышал, как сработали гигантские магниты после того, как дверь закрылась. Она никуда не двигалась.

Закричал еще один тролль. Свод содрогнулся от его падения.

Ладно, успокойся, сказал я себе, расслабься. Вспомни свое обучение.

Я слышал голос Ласло, который говорил мне много лет назад. Волшебник, который не может творить заклинания, мертвый волшебник.

Опершись руками о дверь, я вдохнул через нос и выдохнул через сжатые губы. Я произнес свою мантру для сосредоточения.

После нескольких циклов я понял, что это не сработает. Арно слишком много из меня вытянул. Расстояние между тем местом, где я стоял, и тем, где мне нужно было быть, оставалось слишком большим.

Арно был мостом, и, если бы он не командовал, я не мог бы колдовать.

Я выпрямился и вытащил из-под воротника рубашки кулон в виде монеты. Я провел большим пальцем по символу. Это был первый волшебный предмет, который подарил мне его дедушка, и единственный, который он подарил мне при жизни. Я приобрел меч и кольцо после его смерти, и умудрился потерять и то, и другое, с горечью подумал я. Сейчас потеря кольца была более мучительной.

Металл монеты тепло пульсировал в моей руке.

Рассматривая его круглую форму, я подумал о дедушкиной привычке приобретать вещи парами: инструменты, тапочки, опасные бритвы. Чтобы иметь немедленную замену, как говорила моя бабушка.

А как же Брашовский пакт? У дедушки не было второго кольца, но он бы хотел иметь запасное. Мой большой палец снова провел по символу. Монета могла излучать свет и защищать от низших существ. Мог ли дедушка наделить её силой Договора? Это было единственное другое украшение, которое он мог носить.

Словно в ответ, монета снова запульсировала.

Во мне зародилась надежда. Да, заклинание было скрыто, но оно было там! Я мог это почувствовать! Оставалось лишь проявить достаточно магии, чтобы получить доступ к заклинанию и высвободить его силу.

— Иллюминаре — сказал я, сосредоточившись на монете. Я подождал несколько мгновений, прежде чем повторить это слово. Но энергия не шевельнулась. Свет не вспыхнул. Склеп оставался таким же темным, как и моя ситуация.

Я сорвал с пальца фальшивое кольцо, которое подарил мне Арно, и швырнул его изо всех сил.

— Черт возьми! — Крикнул я, и эхо, казалось, разнесло грохот по всему подземелью, прежде чем оба стихли. Прижавшись спиной к двери, я соскользнул на пол хранилища, приземлившись с шорохом кольчуги.

Еще один вопль тролля пронзил хранилище.

Я закрыл глаза. Подкрепление или нет, я был бессилен применить заклинание. Вампир победил.

Мат.

Я мог бы обыскать хранилище в надежде найти что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. Возможно, железный сундук, из которого появился призрачный демон. Я мог бы встать сбоку от двери и дождаться возвращения Арно. Я мог бы опустить чемодан ему на голову или попытаться это сделать. И все было бы напрасно. На каждом шагу Арно был на десяток шагов впереди меня. Он соблазнял меня, отталкивал, раздражал, овладевал мной, все это было в сложном танце, которым он руководил все это время. Он зашел так далеко не для того, чтобы его остановила коробка, упавшая ему на голову.

Выдохнув, я пробормотал:

— Доверься тому, кому доверяешь меньше всего.

Я мысленно вернулся к тому последнему моменту с леди Бастет. Я вспомнил ощущение каменного стола под своими руками, аромат благовоний в воздухе, прядь волос моей матери. Я вспомнил, как леди Бастет пристально смотрела на меня, потеряв себя настолько, что не помнил, что произошло. Могла ли она ошибиться? её сигналы не совпали? Доверяй тому, кому доверяешь меньше всего. Из уст оракула. И меньше всего я доверял Арно. Никаких сомнений.

Но, как я понял, леди Бастет сказала не это. Не совсем так.

В моей памяти всплыло, как её фиолетовые губы складывали слова. Доверься тому, кому твое сердце доверяет меньше всего.

Да, именно это она и сказала. Сердце. И это одно-единственное слово изменило все. Предсказание больше не подходило Арно Торну, но оно идеально соответствовало моим чувствам к Кэролайн Рид. Кэролайн была единственной, кому я должен был доверять, той, кто все это время предлагал мне помощь.

Я с отвращением пнул ногой пол.

Табита была права. Я позволил своему израненному сердцу сыграть злую шутку. Я был так одержим желанием наказать Кэролайн за то, что она предпочла Ангелуса и фейри мне, что захлопнул дверь перед её предложением, перед ней самой.

— Прости — сказал я.

Эти слова были адресованы не только Кэролайн, которая всегда помогала мне, как я мог забыть об этом? Я также хотел извиниться перед моей матерью, которая пожертвовала своей жизнью ради моего будущего. Это было извинение перед моим дедушкой, который защищал меня способами, которые я до сих пор не могла до конца понять. Мое отвращение к себе сменилось тяжким грузом разочарования.

Я подвел их. И, поступив так, я выпустил на волю проклятого теневого демона.

Я также потерял все шансы отомстить убийце моей матери, главе группы, которая, возможно, все еще замышляла что-то против Ордена.

— Прости — повторил я, и темнота поглотил мой голос.

Я вздохнул и дотронулся до монеты, висевшей у меня на шее. Тепло, которое, как мне казалось, исходило от металла, исчезло. Я начал засовывать его обратно под рубашку, и замер.

Эд.

Сдавленный смешок вырвался из моего горла.

Эд! Мой голем! Тот, которого я оживил, чтобы он следовал за Хоффманом. Он все еще мог быть где-то там, амулет, который питал его, болтался на его глиняной шее. Когда, по словам Хоффмана, он его видел? Неделю назад?

Я встал и принялся расхаживать по кругу, не желая слишком волноваться, но и не желая терять слабую надежду. Как мой голем, Эд был бы мне доступен. Для этого не требовалось магии, просто сосредоточиться.

Калейдоскоп цветов плясал у меня перед глазами, пока я сидел в своей сосредоточенной позе. Это было рискованно, я не ожидал, что Эд продержится больше нескольких дней. Но разве один или два марсохода не работали на поверхности Марса на годы дольше, чем им полагалось? Конечно, в своих мыслях я смешивал робототехнику и магию, но все же … Мне нужно было, чтобы Эд обладал такой же мужественной стойкостью.

Я сделал глубокий вдох, закрыл глаза и сосредоточился на своем творении.

Мгновение спустя мир пришел в движение.

—...вопрос в том, чтобы найти подходящее предприятие,