— Прости, Кэролайн — перебил я — но то, что я почувствовал к тебе той ночью, выходило за рамки дружбы.

— Я знаю. Но так больше не может быть. Вот что я хочу сказать. Теперь у меня есть обязанности, ответственность.

— Больше, чем это, чем мы? — её ответ привел меня в ужас, но мне нужно было знать.

— Да — сказала она — Больше, чем мы.

Я почувствовал, что она чего-то недоговаривает.

— Ты уверена?

Кэролайн поколебалась, прежде чем кивнуть.

— Тогда, я думаю, мы закончили — Я повернулся к двери, но Кэролайн даже не попыталась встать из-за стола.

— Я пришла не только для того, чтобы извиниться — сказала она.

— Ну и дела, чего еще я могу ожидать?

— Большую часть последних месяцев я провела в царстве фей — сказала она — Временами мне кажется, что я попала в Европу двенадцатого века. Королевство, расположенное параллельно Нью-Йорку, представляет собой лоскутное одеяло из феодальных королевств, где особое внимание уделяется происхождению, территориям и определенным правилам этикета. Интересно, что тамошние королевские особы считают наш современный мир жестоким и грязным.

— Тогда зачем проводить здесь время? — С горечью спросил я.

— Из-за порталов.

— А что с ними?

— Они жизненно важны для королевств, которые их контролируют.

Хотя я продолжал держаться в стороне от Кэролайн, я обдумал смысл того, что она говорила. Судя по тому, как она объясняла это ранее, расстояния между нашими мирами измерялись по-разному. Поездка на такси от Бэттери-парка до Бронкса заняла бы около тридцати минут, в то время как в королевстве фейри на это могли уйти недели, и часто через враждебные территории.

— Так вот чем объясняется интерес фейри к городу — сказал я.

Кэролайн кивнула.

— Из-за этих порталов велись войны, заключались договоры. Заключались браки — добавила она, опустив глаза — У семьи Ангелуса есть королевство на севере, регион, который соответствует части верхнего Манхэттена. Королевство моей матери находится на юге. Каждое королевство управляет порталом. Может быть, ты заметил, что в городе появилась новая транспортная магистраль?

— Двусторонняя — машинально ответил я. Я все лето видел зеленые грузовики, курсирующие с севера на юг — Подожди, это что, операция фейри?

— Порталы и наша способность перемещаться между ними не только сделали наше королевство самым влиятельным, но и возложили на нас ответственность за защиту великого королевства. Нам приходится перебрасывать продовольствие, припасы и войска тогда и туда, где они необходимы, и часто быстро.

— Хорошо, но зачем ты мне все это рассказываешь? — Раздраженно спросил я. После её объяснений о нашей ночи, проведенной вместе, я почувствовал себя дешевой игрушкой, с которой недолго поиграли, а потом выбросили. И вот теперь она была здесь и давала мне урок географии о царстве фейри, как будто я был одной из её учениц. Мне хотелось пойти домой и ударить по чему-нибудь кулаком.

Вместо этого я вытер кулаками пот, заливавший глаза. Я заметил, что кожа Кэролайн оставалась сухой, словно окутанная собственной прохладной атмосферой. Вращающийся вентилятор сотряс еще один контур.

— У порталов есть две стороны — сказала она — И хотя фейри молчат об этом, они ведут постоянные переговоры с городскими властями о предоставлении им эксклюзивного доступа к порталам на этой стороне.

— Под переговорами подразумеваются взятки?

— Когда необхлдимо.

Я подумал о таунхаусе фейри в Верхнем Ист-Сайде, в который я пытался проникнуть весной. С тех пор я несколько раз проходил мимо него в надежде застать Кэролайн приходящей или уходящей. Там, должно быть, находился портал в царство Ангелуса. Портал в царство матери Кэролайн должен был находиться где-то в нижнем Манхэттене.

— Наш дом находится под Федерал-холлом — сказала Кэролайн с усталым смешком, словно подхватив мою мысль — Можешь себе представить, за какие ниточки приходилось дергать фейри все эти годы.

Я хмыкнул.

Федерал-холл находился в двух шагах от Уолл-стрит, на месте первого капитолия Соединенных Штатов, где сам Джордж Вашингтон был приведен к присяге при вступлении в должность. Здание было национальным памятником до тех пор, пока около десяти лет назад город не забрал его под муниципальный контроль, а затем быстро закрыл на ремонт. Вероятно, это дело рук фейри.

— Я все еще не понимаю, какое отношение это имеет ко мне — сказал я.

— Из-за моих связей в мэрии я вела переговоры с мэром Лоудером. Он…

— Подожди, ты говаривала с Баджем? Даже если он планирует стереть нас с лица земли?

— Он не планирует нас стереть с лица земли. Просто послушай — сказала она, когда я снова начал перебивать — Бадж видел нас с тобой вместе на праздничном вечере в апреле. Он рассказал мне о вашей стычке в его особняке. Я заверила его, что ты не представляешь угрозы и больше не доставишь ему хлопот.

Снова этот проклятый профессорский тон. Во мне вспыхнуло негодование.

— Спасибо, но я сам могу справиться со своими проблемами.

— Нет, если Пенни проснется — сказала Кэролайн.

— Что ты имеешь в виду?

— Бадж не уверен, что сможет её контролировать.

— Мы уже позаботились об этом — сказал я.

— Если ты говоришь о той информации, которая у тебя на них есть … Послушайте, Бадж хорошо подготовился. Кампания "Сочувствие" защищает его жену, пока она в коме. Раскрой что-нибудь о её природе оборотня сейчас, и общественность съест тебя живьем. Это удвоится, когда программа искоренения наберет обороты. Общественность воспримет это как клеветническую кампанию. Это означает, что если Пенни проснется, у нее будет карт-бланш, чтобы напасть на тебя.

Я уже рассуждал подобным образом, но отказался проявлять слабость.

— Я перейду этот мост, когда доберусь до него — сказал я.

— Ради твоей безопасности — продолжила Кэролайн — я думаю, тебе следует на некоторое время приехать в царство фей в качестве нашего гостя.

— Нашей, то есть твоего и Ангелуса? — Я покачал головой — Забудь об этом.

— Просто пока мы не сможем оценить ситуацию и посмотреть, к чему приведет программа искоренения. Обычно фейри не вступаются за тех, кто не принадлежит к фейри, но для тебя я подготовила исключение.

Я взмахом руки попросил её остановиться.

— Конечно, ты можешь взять с собой свою кошку — сказала она.

— Послушай, Кэролайн. Я понимаю, что тебе неприятно из-за того, что произошло между нами, и ты хочешь попытаться загладить свою вину. Но я не нуждаюсь в благотворительностью. Я могу о себе позаботиться.

— Не против тех сил, которые могут собраться.

Серьезность в её голосе соответствовала тяжести её взгляда: что бы это ни было, она чего-то недоговаривала. Я хотел надавить на