этого мы можем сказать: «Я бы хотел полететь на Луну вместе с тобой. Как жаль, что мы не птицы, а Луна так далеко! Давай представим, как бы это было». Такая коммуникация нормализует желание ребенка и позволяет ему мечтать и фантазировать. В дальнейшем эти мечты станут важным ингредиентом жизни, полной страсти и возможностей. Все сводится к тому, как мы, родители, работаем с душевными волнениями наших детей.

ВОПЛОЩАЕМ ЭТО В ЖИЗНЬ

Дети предоставят вам множество возможностей потренироваться говорить «да», ведь у них ежедневно возникают желания. Но не смешивайте «да» и потакание. Как вы сегодня отреагируете, когда ребенок выразит свое желание, например: «Я хочу еще печенья/посмотреть телевизор/новые туфли/косметику/время в гостях/фастфуд?..» Возможно, вы захотите сказать: «Я устал от твоих просьб. Ответ – нет!»

Вы можете найти более осознанный ответ, такой как: «Я тоже хочу печенье/посмотреть телевизор/купить новые туфли/купить косметику/провести время с друзьями/поесть вредную еду. Все это очень весело, но также вызывает зависимость. Если мы делаем так слишком часто, это становится нездоровым. У тебя будет много времени на это, но сначала нам нужно разобраться с обязанностями. Так что давай спланируем, что ты хочешь, и не забудем про другие вещи. Давай составим план, который поможет тебе справиться со всем этим».

Вы видите, как этот подход возвращает ответственность ребенку? Вместо того, чтобы стать врагом, вы вступаете в союз с ним и показываете ему, что вы на его стороне. «Враг» – это длинный список вещей, которые нужно сделать. Но пока вы вместе можете найти способ справиться со всем, все хорошо. В таком случае ребенок не будет бороться с вами, ведь вы не стоите у него на пути. Единственным препятствием становится их собственная невозможность справиться со всем.

Приведу несколько примеров того, как может работать этот подход:

Экранное время

• Ребенок: «Я хочу больше смотреть телевизор перед сном».

• Осознанный родитель: «Я понимаю, почему ты этого хочешь. Но тебе необходимо сделать эти задания перед школой, а также хотя бы восемь часов поспать. Как ты со всем справишься? Если ты сможешь сделать все, я готова обсудить это с тобой».

Больше вредной еды

• Ребенок: «Я хочу есть больше фастфуда».

• Осознанный родитель: «Я тоже хочу есть больше фастфуда. Сначала тебе нужно съесть вот эту полезную еду, а потом можешь есть фастфуд. Так что давай спланируем это. Давай ты сначала съешь эти овощи/полезную еду, а потом мы обсудим фастфуд?»

Больше покупок

• Ребенок: «Я хочу больше вещей/обуви/игрушек!»

• Осознанный родитель: «Я часто тоже хочу что-нибудь новое. Понимаю тебя. Ты получаешь карманные деньги, которые можешь тратить, как тебе хочется. Давай спланируем бюджет и составим план, как тебе самому купить эти вещи».

Видите, как это работает? Вставая на сторону желаний ребенка, вы перекладываете ответственность за их реализацию на него. Выходя из зоны атаки, вы освобождаете их воображение для воплощения их мечтаний. Вы явно становитесь «помощником», а не «помехой». Таким образом вы позволяете вашим детям вступать в непосредственные отношения с их желаниями, а не отказываться от них из-за вашего страха и ограничений. Вы концентрируетесь на них и их мечтах. И даже если вы не способны непосредственно воплотить их «хочу» в жизнь в данный момент, вы готовы помочь им сделать это самостоятельно, когда они будут готовы.

Шаг 19

Начните прямо сейчас

Я смотрю на время, которое ушло,

И наполняюсь сожалениями и чувством вины.

Вина и стыд поглощают меня.

Я продолжаю размышлять о причиненном вреде

И упущенных моментах

И думаю, как могу вернуть все это

И повернуть время вспять.

Я хочу все переделать, начать заново, еще один шанс.

Но я забываю кое о чем:

Даже если я смогу вернуть эти моменты,

То буду тем же человеком, и ты тоже,

Потому что то, что заставило нас поменяться сейчас, находится между этими моментами.

Именно то потерянное время привело нас к мудрости.

Я бы не стала одним без другого,

И это то, что я упускаю:

Тогда я была именно той, кем должна была,

Чтобы стать той, кто я сейчас.

Без того не было бы этого.

Поэтому я в правильном месте, прямо здесь.

Это место называется сейчас.

Не существует такого родителя, который бы не хотел повернуть время вспять и получить шанс воспитать своих детей заново со всем тем опытом, который у него теперь есть. Знаю, чего я бы точно хотела. Если бы я могла воспитать мою дочь Майю с нынешней осознанностью, то была бы гораздо лучшим родителем. Я была бы тем родителем, которым всегда хотела быть. Но вот в чем проблема: мы не можем отмотать время назад. Знаете почему? Потому что то, кем мы являемся сейчас, исходит ровно из всех тех взлетов и падений, ошибок и слепых пятен. Нет настоящего без прошлого. Все связано.

Все мы увлекаемся одержимостью прошлым, и нам сложно разрешить проблемы в голове и действительно трансформироваться, чтобы двигаться дальше. Эта зацикленность не позволяет нам жить настоящим, что является одним из главных ингредиентов воспитания детей. Наши навязчивые мысли приобретают форму трех специфических моделей: вины, упрека и сожаления. Когда мы вовлечены в это, то цепляемся за прошлое, вновь и вновь обдумывая его. Наш разум просто не может отпустить прошедшие события. Мы становимся одержимы тем, как «не должно» было быть.

Вина всегда направлена на себя и говорит: «Я не должен был это делать!»

Упрек всегда направлен на других и говорит: «Ты не должен был это делать!»

Сожаление направлено на прошлую жизнь и говорит: «Это не должно было произойти так!»

В любом из трех случаев мы застреваем в неразрешенном состоянии несчастья и стыда. Мы находимся в противостоянии и постоянной турбулентности относительно того, как мы не поступили или как жизнь не сложилась в соответствии с нашими идеалами. Эти предрассудки не позволяют нам войти в настоящее. Дети чувствуют это и ощущают разобщение. Давайте рассмотрим каждую из этих моделей – вину, упрек и сожаление, – чтобы понять, как они мешают нам жить в настоящем с нашими детьми.

Вина. Начнем с вины. Когда мы застреваем в вине и самообвинении, то выглядим полными сожалений. Наша озабоченность виной заставляет нас фокусироваться на поверхностном уровне. Мы можем говорить себе или тем, кому причинили