двое пацанов подрастают, от неё помощи не дождёшься, всё придётся строить своими силами. Она и строила! Работала, после работы калымила – в автомобильных кооперативах гаражи штукатурила, в квартирах побелку или покраску делала, не ленилась. А ещё увлекалась бальными танцами. Хоть и начала поздно, ей ведь уже за двадцать, а преуспела: в паре со своим партнёром всю область объездила и даже в Москве побывала.

– Правда, из-за такого графика дочку редко видела. Машенька у неё рано самостоятельной стала, одна оставаться не боится, даже иногда и ночевала сама по себе, но чаще я за ней присматриваю, да мне и не трудно, я ж не работаю. Муж настоял, чтобы сидела дома. Он часто в разъездах, ему важно, чтобы и обед всегда был, и рубашка свежая, и вообще… Вот мы с Машенькой друг дружку и поддерживали. Знаете, она такая рукодельница! За что ни возьмётся, всё у неё получается! Мы недавно с ней начали шкатулку из открыток мастерить, такие ещё моя бабушка делала и меня научила. Так у Машеньки лучше моего получается! Вот посмотрите!

Женщина подошла к книжному стеллажу и с верхней полки достала заготовку, детали которой были сшиты между собой нитками петельным швом. Работа действительно была выполнена очень аккуратно: каждый стежок лежал ровно, не перекрывая предыдущий, никаких лишних узлов.

– Нам осталось сделать донышко, ножки и крышку. Я свои запасы открыток разворошила, Машенька тоже принесла, и мы сидели вечерами.

– А где сейчас Маша? – поинтересовалась Галина.

– Её ещё вчера инспектор по делам несовершеннолетних в больницу забрала, сказала, сперва на обследование, а потом в детский дом, если родственники не объявятся.

– Мы и хотели, собственно, расспросить вас о родственниках Елизаветы. Похороны предстоят, предприятие помощь выделило, да и с девочкой нужно что-то решать… Вам известно, где проживает сестра погибшей? Или хотя бы откуда она сама приехала?

– А денег много дали на помощь? – неожиданно поинтересовалась Алевтина, но тут же смутилась от своего любопытства. – Я не расспрашивала её особо. Она говорила, что с сестрой мало общается, пару раз в год пришлют друг другу открытку – и всё на этом. Адресов у меня нет.

– Открытку, говорите? – Борисова пристально взглянула на женщину.

– Точно! – она вскочила и принесла небольшую стопочку глянцевых картонок. – Вот, это те, что Машенька принесла. Может быть, тут есть то, что вам нужно.

Практически на всех открытках было написано «деревня Бочкарёвка, Кузьмина Ульяна». Ни улицы, ни номера дома. Впрочем, для почтальонов это проблем не создавало, в маленьких деревушках все и так друг друга знали. Уж кому-кому, а Борисовой это было хорошо известно.

– Ну что ж, данные скудноваты, конечно, но мы попробуем что-нибудь сделать. Можно, я возьму открытки с собой?

– Конечно, – Алевтина пододвинула картонки поближе к женщине. – Вот вы спрашивали меня про её, Лизаветиных, мужчин…

– Так что там? – Лена старалась подтолкнуть собеседницу к дальнейшим откровениям.

– Дня за три-четыре до произошедшего она очень сильно разругалась со своим партнёром по танцам. Зовут его, кажется, Игорь, но ни фамилии, ни отчества не знаю. Он учитель в вечерней школе, иногда провожал её после занятий, она недавно решила десятилетку окончить всё-таки… Так вот. Они так кричали друг на друга, прям здесь, во дворе. Она грозилась ему глаза выцарапать, он ей – ноги переломать. В чём там дело, я не в курсе, но танцы она после этого пропустила и в школе не была. И ещё…

Хозяйка снова встала, что-то поискала на полках стеллажа и вернулась с запиской в руках.

– Вот. Утром того дня, когда… В общем, пришёл мужчина, спросил про Лизу, я сказала, что она на работе. Он написал ей записку и ушёл. Ни её, ни его я с тех пор не видела.

– «За тобой должок! Готовь деньги, чтоб твоя соплюха не осталась сиротой!» – вслух прочитала Борисова.

– Милиции вы об этом рассказали? – поинтересовалась Щербинина.

– Нет. Я забыла совсем, да и не до этого было. Машу собирала, уговаривала, чтобы она не испугалась.

– Но ей же явно угрожал этот человек! – воскликнула Ксюша. – Он требовал с неё долг. У Елизаветы были долги? У неё вообще есть накопления?

– Не знаю. – Киселёва как-то резко передёрнула плечами, метнула взгляд в одну сторону, потом в другую. – Считать чужие деньги не в моих правилах, как и лезть в чужую жизнь. Лиза была хорошим человеком, мы прекрасно ладили. Это всё.

– Что ж, спасибо вам за чай и за рассказ о соседке. Нам пора, – засобиралась Лена. Подруги молча последовали за ней.

Уже на улице женщина позволила себе озвучить вывод:

– Алевтина-то нам не всё сказала. Что-то затаила она против своей «хорошей и замечательной» соседки.

– Может, там любовный треугольник образовался и это ревность? – выдвинула версию Ксюша.

– А мне показалось, что тут что-то с деньгами. Например, она одолжила Алевтине крупную сумму и теперь та ищет способ не возвращать долг? – предположила Галина.

– Со временем всё станет ясно. – Борисова посмотрела на часы: – Ещё не поздно, в сельсоветах кого-нибудь можно застать. Буду пытаться разыскать по телефону эту Ульяну Кузьмину, нужно ведь сообщить родным печальные новости. Зайду по дороге на телеграф, междугородние коды надо переписать, легче будет дозваниваться.

– Я всё больше запутываюсь, – вздохнула Ксюша. – Кто же убил Семёнову: злодей из парка, её партнёр по танцам или тот, кто написал записку с угрозами? А вдруг это её соседи, добропорядочная Алевтина, например, или её командированный муж? Просто голова кру́гом.

– Дождёмся приезда сестры. Каким бы ни было их общение, родные люди всегда лучше знают и понимают друг друга. Всё, мне действительно пора бежать! – Помахав на ходу подругам, Лена быстрым шагом направилась в противоположную от них сторону.

Междугородние звонки оказались настоящим испытанием: вечером линия постоянно оказывалась перегружена, поэтому связь то прерывалась, то возникала совершенно не в том населённом пункте, с которым намечался разговор. Лена с упорством продолжала терзать диск телефонного аппарата.

Через некоторое время ей всё же удалось дозвониться до райцентра – Кыштовки, в справочной службе подсказали номер первого секретаря райкома, Мельникова. К счастью, мужчина оказался человеком адекватным, выслушал всю информацию, задал несколько уточняющих вопросов и принял решение:

– Я сам свяжусь с председателем колхоза «Восход», бывший имени Суворова, в который входит Бочкарёвка, мне отсюда проще это сделать, чем вам из другой области. Он людей наверняка знает и без труда разыщет эту вашу Кузьмину. Думаю, и с транспортом поможем, чтобы она хотя бы до Новосибирска добралась. А там каким образом к вам?

– Есть поезд ночной из Новосибирска до Новокузнецка, потом –