class="p1">Это «как» можно было трактовать по-разному. Как это может быть, чтобы брат послал кого-то взорвать завод брата? Или как это так вышло, что никто из интернет-сообщества журналистов-блогеров не знал о родстве? И еще одно. Как тогда относиться к алиби, которое Самсонов дал Звездину?

Никита удовлетворенно кивнул и, перегнувшись через сиденье, открыл дверцу машины, немного — впрочем, не обидно — подталкивая к выходу ошарашенного Петра.

— Я тороплюсь, — напомнил Никита, — а вы не забудьте о моей просьбе.

Отъезжая от остановки, Никита посмотрел в боковое зеркало заднего вида на Петра, так и стоявшего у обочины, и нахмурился. Почему-то у него возникло чувство, что он сейчас дернул за нить паутины, сплетенной вокруг Звездина, и паутина опасно завибрировала. Где-то в одном из узлов пыталась сейчас выпутаться пленница. И у нее оставалось все меньше времени, чтобы выжить.

* * *

Густой, спертый воздух с привкусом ржавчины и прокисшего супа, словно туман, висел в подвале. Настя уже привыкла к этому запаху, но иногда он вызывал рвотный спазм. Особенно когда мужик в шарфе и бейсболке приносил еду: холодную кашу или несвежий хлеб.

Она в который раз злобно дернула цепь, прикованную к толстому металлическому штырю, вбитому в стену. Настя уже изучила его вдоль и поперек: ржавый, с облупившейся краской, но крепкий. Она в ярости ударила по нему кулаком, и вдруг что-то звякнуло внутри.

Она наклонилась ближе, всматриваясь. Под слоем ржавчины и грязи торчал старый кусок металла. Тонкий, рассыпающийся. Это был обрывок другой цепи.

Настя замерла.

Кто-то уже был здесь до нее.

Она провела пальцами по стене рядом со штырем. Шершавая поверхность была испещрена глубокими неровными царапинами, будто их оставил тот, кто отчаянно пытался освободиться.

Кто-то так же, как и она, скребся здесь, надеясь вырваться из плена.

Настя сглотнула ком в горле и опустила взгляд на пол у стены. Ей показалось, что в слабом свете лампы между трещинами в бетоне что-то тускло блеснуло. Она потянулась, насколько позволяла цепь, и ногтем подцепила предмет.

Серьга.

Маленькая, серебряная, с потускневшим светло-синим камнем.

Значит, была еще одна похищенная? Здесь, в этом подвале. И тоже прикованная цепью. Удалось ли ей освободиться? Или…

Настя в страхе обхватила себя руками. И вдруг почувствовала еле уловимое движение внутри. Ее малыш словно пытался помочь, поддержать. И Настя, не выдержав, заплакала.

* * *

— Здравствуйте.

Перед Никитой стоял плотный, подтянутый мужчина с глубокими залысинами и выделяющимися на белом лице густыми черными бровями.

— Здравствуйте. А вы же не Павел Сергеевич Сырцов? Мне назначена встреча с владельцем этой клиники.

Никита в первый момент растерялся, подумав, что беседа, на результат которой он очень надеялся, не состоится. Мало ли. Услугами частной клиники Сырцовых «Семейный доктор», как его просветил Сева, бывший муж Паши, пользуются весьма состоятельные люди. И выезжать по запросу приходится немедленно, иначе клиент уйдет к другому семейному врачу. Может, сейчас так и произошло?

— Сырцов Сергей Павлович, — чуть насмешливо представился мужчина. — Папа вас ждет, я провожу.

Он широко шагал по коридору, привычно поворачивая там, где коридор разветвлялся.

— Только должен сразу предупредить. Если ваши вопросы касаются каких-то семейных тайн, мы не сможем помочь.

— А у Самсоновых или Звездиных есть страшные семейные тайны? Порицаемые обществом заболевания? — поинтересовался Никита у широкой спины.

Младший Сырцов резко остановился и развернулся.

— Нет, конечно. Я хотел обозначить границы нашего разговора. И времени.

— Серьезно? — Никита разозлился. Очень было похоже на «Чего тебе, мент», услышанное от Маргариты Володиной, и «Вас проводят», с презрением брошенное Лидией Винтер. — Тогда давайте сразу прекратим нашу встречу. Я вызову вашего отца повесткой, а если на брифинге журналисты меня спросят, были ли препятствия в расследовании, я приведу в пример вашего «Семейного доктора». Скажу, что…

— Ах, я совсем не это имел в виду. — Плотный, с залысинами, очень важный Сергей Павлович вдруг засуетился. — Вы не так все поняли! Мы ни в коем случае не чиним препятствий следствию. Наоборот, готовы всячески помогать. Просто я хотел предупредить вас, Никита Алексеевич, что отца, как врача общей практики, могут вызвать к больному в любой момент, и тогда ему придется уехать.

— А вас тоже могут вызвать?

— Я гинеколог. Такое, конечно, бывает, но не так часто, как у отца. Проходите.

Сергей Павлович открыл дверь, на которой висела табличка с его именем.

Вот как. Несмотря на то что Никиту пригласил главный врач клиники, он же и владелец, беседовать отец и сын предпочли там, где их никто не мог случайно увидеть. Его для этого и запустили с черного хода и вели пустыми коридорами. Никита про себя посмеялся. Параноики. Как будто и правда вот сейчас он начнет спрашивать, а не болеет ли простатитом Максим Самсонов, или регулярно ли проверяются девушки эскорт-агентства «Визит» на гинекологические заразные заболевания. Нет. Ему нужно всего лишь подтверждение одной версии.

Павел Сергеевич Сырцов оказался копией сына Сергея Павловича, только лет на тридцать старше. Такой же коренастый, крепкий, с залысинами и бровями. И такой же суетливый. Было заметно, что он волновался. Никита вздохнул. Ему захотелось как можно быстрее уйти.

— Не надо меня бояться. Вопрос, который меня интересует, очень простой. Была ли беременна Настя Звездина?

Сырцовы переглянулись.

— Она просила никому не говорить, — словно оправдываясь, проговорил Сырцов-гинеколог. — Сказала, что хочет устроить мужу сюрприз на праздновании юбилея. Да, собственно, и сам юбилей ей был не нужен, только подобающая обстановка. Знаете, как организовывают красивую вечеринку, чтобы сделать предложение и подарить кольцо? Вот и Настя придумала что-то похожее. Подробностей я не знаю.

— А вы были приглашены в ресторан? — Никита напряг память, вспоминая список гостей.

— Ну что вы. Мы не входим в круг друзей миллионеров. — В голосе Сырцова-отца вдруг прорезалась горечь. — Мы — обслуживающий персонал, если говорить откровенно.

— Давайте уточним. Сергей Звездин не знал о беременности жены?

— Могу только подтвердить, что мы никому не говорили. А что там произошло в ресторане, успела или нет рассказать мужу новость Настя, нам неизвестно. О том, что в зале произошло, мы, как и все, узнали из интернета.

— А какой срок? Беременность протекала нормально или были проблемы?

— У Насти на редкость здоровый организм. Все-таки спортсмены переносят такие испытания легче, немаловажную роль играет здоровый образ жизни и самодисциплина. Срок восемь недель был, когда праздновали юбилей. Когда Настя пропала.

— А почему потом, когда стало известно о пропаже Насти, вы не обратились в полицию? И ладно в полицию, а Сергею-то почему не доложили?

— Зачем?

— Нет…

Два ответа прозвучали одновременно.

— Разве от