Еще в лесу, вернувшись с рекогносцировки, он не только рассказал Марине о результатах своей вылазки, но и приготовил снаряд солидной разрушительной силы. Для этого он использовал мину, извлеченную из-под капота «паджеро», и детонатор, в который внес кое-какие усовершенствования. «Учебка», ты всему научила!

Спецагент резонно полагал, что в бою такая штуковина очень пригодится, и вот теперь, когда автомобиль поравнялся с крыльцом казармы, швырнул импровизированную гранату внутрь здания. Если он не напортачил, через пять секунд должно громыхнуть.

Пять, четыре, три, два, один...

Казарма вздрогнула, крыша подпрыгнула. По кузову «паджеро» застучали куски черепицы вперемешку с осколками стекол. Красный петушок спикировал с крыши, пытаясь клюнуть и без того помятый капот автомобиля, но Матвей вильнул, и пернатый флюгер вонзился в землю по самые лапы.

Столь впечатляющего эффекта спецагент не ожидал. Объяснение могло быть одно — детонация. Очевидно, «граната» заставила рвануть боезапас, имевшийся в распоряжении охраны. Солидный, надо заметить, запас. Был.

Здание разваливалось на глазах. Пылала и чадила синтетическая «вагонка», которой были обшиты стены. Из окон никто не выпрыгивал.

Матвей не хотел лишних жертв, но не собирался и рефлектировать, гадая, уцелел ли «секьюрити» у ворот и был ли кто живой в казарме до того, как он нашпиговал ее взрывчаткой, — теперь уж точно никого.

«Сказав «а», не будь «б», — наставлял подчиненных полковник Ухов. — Начав «работу», агент не имеет права на сомнения в целесообразности своих действий. Дозволено применять оружие, когда сочтешь нужным, так изволь соответствовать! Иначе ты — труп».

— А помирать нам рановато, — пробормотал Быстров, направив машину к стоявшей в отдалении белоснежной вилле.

Поместье Динозавра было немалой площади, такое не каждый политик себе позволить может. И не каждый бандит. Только авторитетные — что те, что другие.

Огромный «Хаммер» вывернул откуда-то сбоку и пошел на таран, чтобы сбросить «паджеро» в рукотворный пруд, на глади которого застыли бронзовые лебеди а-ля Церетели.

Матвей вмял в пол педаль акселератора.

— Я сейчас, — заторопилась Лисичкина, покинувшая-таки укрытие, и дважды выстрелила из «лилипута», опустошив его.

Это по «Хаммеру»-то! О, чистая душа, с нежностью подумал Быстров. Для армейского вездехода, слегка окультуренного в угоду гражданским потребителям, две такие пульки — что слону дробинки.

Быстров выжимал из машины остатки живучести. Изувеченный «паджеро», будто отдавая последний долг, прыгнул вперед, уходя от удара. Коршуном нависший «Хаммер» промахнулся, и тяжелый, приземистый вездеход поволокло к откосу, выложенному гранитными плитами. Взвизгнув покрышками по полированному камню, он «рыбкой» нырнул в воду. Поднятая волна, отразившись от берегов, накрыла автомобиль, а когда схлынула, выяснилось, что глубина пруда — по грудь, а кому-то и ниже будет. Для «Хаммера» это забава, а не препятствие. Взрыкнув движком, вездеход двинулся к берегу, выбрасывая из под колес ил и водоросли, но вдруг забуксовал, поднатужился, прополз еще метр и скособочился, заглох.

Это бронзовый лебедь, кошмарное творение бездарного скульптора, сделал то, что не смогли пули. Острая кромка крыла пропорола скат подмявшей птицу машины. Одновременно другое крыло загадочным образом протиснулось в щель у тормозных барабанов и рассекло шланги с гидравлической жидкостью. Все, можно выбрасывать белый флаг и сдаваться на милость победителя.

Мотор «паджеро» взвыл и умолк. Быстров повернул ключ зажигания, но двигатель отозвался лишь скрежетом стартера.

— Наружу! — скомандовал он, выпрыгивая из машины.

На этот раз дважды повторять Лисичкиной не пришлось, да он бы и не смог — катился в сторону.

Приподнялся, поводя автоматом.

Дверца «Хаммера» открылась. Чубатый парень выбрался из вездехода и застыл по пояс в воде с поднятыми руками. Было видно, однако, что на снисхождение он не рассчитывает и ждет пулю.

И пуля просвистела, впившись в многострадальный капот «паджеро».

Лисичкина, присевшая у колеса, осторожно выглядывала, пытаясь понять, откуда стреляли.

Стреляли из виллы. Быстров даже понял, из какого окна: флигель, второй этаж, второе слева.

Матвей поднял «Узи» и дал очередь. Из окна вывалилась американская штурмовая винтовка М-16, за ней с криком рухнул на пышный розовый куст человек и заорал еще громче.

— За мной! — крикнул Матвей.

Они побежали к особняку. На бегу Матвей оглянулся, потому что нельзя оставлять неприятеля за спиной. Но тут можно было не беспокоиться. Водитель «Хаммера» выбрался из воды и улепетывал во все лопатки.

По дорожке, усыпанной мельчайшим и дорогущим окатанным гравием и словно специально приспособленной для спринта, Быстров и Марина домчались до особняка со скоростью, не стыдной для иного спортсмена. Прижались к стене флигеля. В кустах ворочался охранник.

— Замри! — бросил ему спецагент.

Охранник притих.

Спецагент подобрал М-16. Очень кстати, потому что рожок «Узи» был не бездонный.

— Где они? Где?! — послышалось сверху.

Ствол автомата скрежетнул по подоконнику. Испуганная очередь выбила фонтанчики земли в двух метрах от спецагента и его спутницы.

Перед особняком, фасад которого украшал портик с дорическими колоннами, стояли несколько автомобилей. Быстров поднял винтовку и стал посылать пулю за пулей в элегантный «Ягуар». Это только в кино машины взрываются от первой же пули, попавшей в бензобак. На самом деле — ах, если бы! При полном баке горючее не всегда воспламеняется даже от трассирующей пули. Идеальный вариант, когда бак заполнен на две трети, а оставшуюся треть занимают бензиновые пары. Тогда полыхнет! Может быть. А Быстров не знал даже, есть ли в магазине винтовки трассеры...

Огненная вспышка подбросила «Ягуар».

Засевшие во флигеле бандиты — их минимум двое, ведь когда спрашивают, то спрашивают кого-то, — обязаны были взглянуть на горящий лимузин. Такова психика человека. По прикидкам Быстрова, возникшей паузы должно было хватить, чтобы добежать до портика и укрыться за колоннами.

Девушка не отставала от него ни на шаг. Очередь ударила, когда они уже были в безопасности.

Взявшись за надраенную до слепящего блеска медную ручку, Быстров рванул массивную входную дверь и тут же присел, расчищая дорогу очередью из М-16. Пули ударили по голеням двух дилетантов, стороживших вход. Точно кули с мукой, они повалились на мраморный пол, задергались и заголосили.

Быстров расшвырял ногами оружие, выпавшее из рук боевиков, и осмотрелся. Они были в зале, убранном с эклектичным великолепием, будто позаимствованным из сериала «Династия».

На опоясывавшем зал балконе появился обритый тип с автоматическим карабином. Появился, увидел своих поверженных коллег и тут же скрылся за одной из дверей.

— Наверное, нам туда, — Лисичкина показала на лестницу в ковровой дорожке.

Они взлетели по лестнице и оказались в просторном помещении с картинами в позолоченных рамах. В углу возвышался монументальный камин в стиле королевы Виктории. Или короля Георга. Тут Матвей мог ошибиться.

— Есть тут кто? — спросил он громко и требовательно.

Над