Местные адыгские кланы темиргоев, бжедугов и абадзехов вечно за аул воевали. Но и оздоравливались здесь же, в райском месте, где река Псекупс прорезает первую «ступень» Кавказской лестницы, разделяя невысокие хребты Пшаф и Котх.

Укрытый от ветров, Горячий ключ процветал. И, конечно, желающих присоединить его к своим землям хватало.

Но Россия, в итоге, выиграла. С 1829 года эти земли оказались в составе империи, их приписали Кубанскому казачьему войску.

Прошло еще несколько «горячих» десятилетий войны с местными горскими клонами, и лишь в 1848 году армянин Каспар Миесеров написал доклад казачьим атаманам о целебных ключах, которые никто не использует. А ведь раненых, нуждающихся в реабилитации, хватало.

Вот с этого момента и начинается история Горячего Ключа как бальнеологического курорта.

Обок древнего Псыфабе образовалась казачья станица Ключевая, а в ней – Псекупский военный госпиталь с водолечебницей и прогулочным парком. Сюда направляли на восстановление и оздоровление и офицеров, и гражданских.

15 июля 1864 года в общую тогда еще купальню вошли первые пятнадцать человек. Все они болели простудными и кожными заболеваниями. Тогда о влиянии минеральных вод на внутренние органы и не подозревали.

Только понаблюдав несколько лет за пациентами, врач Косинов открыл пользу источников для печени, почек и желудка.

Через четыре года на курорте функционировали три купальни и госпиталь на двести человек. Но источники находились в запущенном состоянии. Потоки воды, выходящие на поверхность и использующиеся при лечении, постепенно превратили красивую долину, прилегающую к ущелью, в болото.

Лишь спустя десять лет начались работы по благоустройству курортного поселка.

В 1872 году начальник Кубанской области генерал Цакни разрешил раздать сто двадцать четыре плановых участка для застройки. Причем оговаривалось, что дома должны возводиться по типу швейцарских коттеджей с приставными верандами.

Со временем три разных местных поселка слились в единый город Горячий Ключ.

Слава источников росла, все больше приезжало гражданских. Строились купальни, гостиницы, трактиры и рестораны.

К 1906 году курорт разросся настолько, что превратился в самостоятельное поселение Алексеевский Горячий Ключ (Алексеевский – в честь рождения наследника царя Николая I – прим. ред.).

А еще через пятьдесят лет в него влилась бывшая станица Ключевая, а Горячий Ключ, отбросив приставку Алексеевский, стал городом.

Сегодня, кроме источников, вокруг Горячего Ключа много интересных туристических точек.

В самом городе можно погулять по Горному парку и посмотреть на Дантово ущелье, на гору Абадзех и скалу Спасения. Если же выехать за пределы городской черты, перед нами откроются три пути для подъема на хребет Котх: из парка с видами на горы, с улицы Курортной – к пещерам, водопадам и хвойному лесу, а с улицы Щорса – к знаменитой скале Зеркало, отполированного в песчанике хребта.

Сам песчанниковый хребет Котх раскинулся далеко с востока на запад, прерываясь долиной Горячего Ключа и трассой к морю – здесь от него отделяется хребет Пшаф, который тянется дальше на запад до Новороссийской трассы.

Хадж в Мекку и казак Золотарев

В Горном парке Горячего Ключа есть интереснейший экспонат: кенотаф (надгробие в месте, где нет захоронения – прим. ред.) памяти Лапача Хакшука, уорка (дворянина) бжедугского князя Хаджимукова.

Согласно информации на камне, Хакшук погиб в 1717 году в Дамаске, во время первого хаджа в Мекку его князя.

Но невероятность этого памятника в другом. Почти истертая надпись на его обратной стороне, так же арабской вязью на старотурецком языке, рассказывает о некоем казаке Золотареве, который учил черкесских детей грамоте (вероятно, в плену).

Почему казак удостоился упоминания на погребальном камне адыгского дворянина – неведомо. Но факт.

Доктор Косинов, которому не разрешали жениться

Иван Филиппович Косинов попал в Горячий Ключ… в ссылку.

Родом из Екатеринодара, окончивший столичный университет, он, по возвращению с учебы, работал сначала в Ейском отделе. И прославился там настолько либеральными взглядами и поступками, что местные власти решили от греха подальше сослать строптивого доктора в поселок Ключевой без права жениться (!).

И вот именно Иван Косинов первым открыл влияние местных лечебных вод на заболевания внутренних органов человека.

Историки пишут, что всех бедняков доктор Косинов лечил бесплатно. Много писал: очерки в газетах, научные статьи в журналах, художественные и публицистические произведения, изданные отдельными сборниками.

Возле госпиталя Иван Филиппович построил дом, где жил вместе с сестрами.

Семья считалась очень образованной и гостеприимной. Они часто устраивали литературные и музыкальные вечера для горячеключевского общества и, по утверждению современников, являли собой идеалы порядочности, человечности и доброты.

Свой дом в 1919 году он передал Горячему Ключу.

И немного о еде. Адыгейской

Основа адыгейской кухни: мамалыга

Надо ли говорить, что в месте, где сплелись традиции адыгов, кубанцев, русских, горских племен, можно попробовать любую кухню?

Так и есть. Но я бы порекомендовала попробовать, прежде всего, именно адыгейскую кухню. В конце концов, она не встречается нам так часто, как пиццерия, грузинский ресторанчик или кубанское кафе с борщом.

Адыгейская кухня – застывший во времени археологический артефакт. Историки кухни утверждают, что местные блюда не меняются столетиями. Адыги, которых раньше называли черкесами, только в ближайшие от нас десятилетия научились есть овощи, к примеру.

А двести лет назад британский путешественник и журналист Джон А. Лонгворт в своей книге «Год среди черкесов» писал: «Я был удивлен вначале, не увидев на столе овощей, но позже узнал, что, хотя их огромное множество самых разнообразных видов, черкесы редко или никогда не едят их. Один черкес но обеде с Шодра-пашой в Албании отказался есть овощи вместе с турками, его несколько раз просили отведать их. Тогда он наконец простодушно ответил паше, что в Черкесии никто не ест зелень, кроме животных».

Но что тогда едят? Мясо, молоко, мучное. От специй не отказываются.

«Наша кухня достаточно консервативная, не подверженная "модернизации", она осталась практически той же, как и было много веков назад. В ней до сих пор сохранились некоторые традиции пищевого избегания: например, в пищу не употребляются рыба и грибы, а последние триста лет, как превалирующей религией черкесов стал ислам, в пищу не употребляется свинина и продукты из нее», – пишет историк местной кухни Аксана Бжедугова.

Основа черкесской (адыгейской) кухни – мамалыга из пшена, пастэ.

Одна из программ-исследований ЮНЕСКО сделала вывод, что черкесская мамалыга является одним из существенных факторов долголетия.

Все остальное: мясо, специи, молочные продукты – только дополнения к пастэ.

В черкесской кухне хлеба почти нет. Вместо него