контакте с животным или чудовищем типа «зверь» временно перенимать их врождённые способности. На третьем уровне прокачки открывалась возможность полностью обращаться в чудовище, заранее выпив его кровь без контакта. Ещё я распределил свободные очки в древе умений, усилив навык «Облако Тьмы», которое, помимо временной невидимости, давало две секунды бестелесности. Ещё мне удалось улучшить ветку элементов, открыв умение «Грозовое Древо».

Вскоре с неба начал идти снег. Его холодные снежинки падали прямо на лицо, быстро тая, но оставляя ощущение прохлады.

— Давно уже пора, — произнесла Галара, поправляя капюшон. — Северные ветра гонят холод из Шардаля, вскоре всю Илирию запорошит снегом. Я, кстати, подготовилась.

Тёмная эльфийка потянулась в рюкзак и начала доставать свёртки из объёмной ткани. Галара протянула нам тёплую, меховую одежду, которая тут же начала нас согревать от пронизывающего холода, что пришёл с ветрами и низкими тучами.

— Как тепло, — с облегчением произнесла Милени, кутаясь в накидку.

— Одежда сделана из меха хвилеров, — объяснила тёмная эльфийка. — Они выживают в северной части моей страны, где зимой температура может упасть до минус пятидесяти.

— Хорошо, что у нас есть такая ответственная тёмная эльфийка, — произнесла Аранольд, накидывая на плечи тёплую накидку и довольно потирая руки.

Солнце уже начало нас слепить, находясь в зените, но лучи были бледны. Снег теперь опускался крупными, пушистыми хлопьями, которые хрустели под копытами лошадей, а температура постепенно падала, становясь всё более ощутимой. Вдали, сквозь белую пелену, наконец-то показались очертания домов – это была деревня Фолум. Поселение встретило нас украшенными воротами, на которых висели разноцветные игрушки и пахучие хвойные ветки. Внутри Фолума все безмятежно ходили по лавкам, дети радостно играли в снежки, смех разносился по улице. Посреди улицы была воздвигнута высокая деревянная конструкция, похожая на человека, вокруг которой уже собирались люди. Вдоль домов были натянуты стеклянные фонари, в которых горели тёплые свечки, отбрасывая мягкие блики на снег.

— Видно, жители празднуют фестиваль первого снега, — заговорила Аранольд, её лицо смягчилось. — Мы удачно приехали, нас ждёт пирушка!

— Отдохнём, а утром снова в путь, — резко вымолвил я. — Сильно не расслабляемся!

На пути нам попалась таверна «Весёлый Толстяк», хотя никаких толстяков в ней и близко не было. Бросив коней на попечение конюха, мы зашли внутрь. Там нас встретил весьма стройный и крепкий трактирщик с седыми волосами и почти квадратным лицом, излучающий гостеприимство.

— Приветствую вас, путники! Чего изволите? — спросил мужчина за стойкой, его голос был низким и приятным.

— Ищем ночлег, — ответил я, кладя на стойку пару серебряных. — Нам комнату на ночь и отобедать.

— Сколько комнат?

— Две хватит.

— Хорошо. За две комнаты — два серебряника, и за ужин на пятерых — три, — вымолвил трактирщик, полируя глиняную кружку белой тряпкой до блеска.

Я протянул хозяину таверны пять серебряных монет. Ощущая тепло камина, наша компания уселась за большой стол у окна, наблюдая за праздничными приготовлениями на улице.

Вскоре нам принесли жареных рыб, целую курицу с картошкой и грибами, и листья гавеллы. Также был кувшинчик эля и тыквенный сок, который так любила Милени. Аромат еды наполнил воздух, заставляя нас забыть о тревогах хотя бы на короткое время.

В какой-то момент, не выдержав давящей тишины, я обратился к спутнице:

— Вурса, что было там, в старом городе, когда ты сразилась с Ноэлой? Твоя аура изменилась, твои силы словно возросли.

Девушка медленно подняла глаза, убрала из рук куриную ножку и выдала фразу:

— Зов предков.

— Что? — я был в полном недоумении.

— Я слышала о таком! — произнесла Милени, глаза её расширились. — Благодаря налаженным торговым отношениям между Милдрейсом и Гэндальфом, я успела прочитать множество книг — как исторических, так и магических. Эта способность позволяет призывать силу предков, поглощая их мощь, и тем самым усиливать тело, разум и магические навыки. Но такое способен лишь королевский род или близкий к нему, — эльфийка нахмурилась. — Но это довольно всё скверно.

— Почему это? — поинтересовался я, чувствуя нарастающую тревогу.

— Потому что использование этой силы выжигает душу. Мой наставник говорил, что в момент использования «Зова Предков» ты призываешь души давно ушедших, которые делятся с тобой своей силой. Но у этой медали две стороны: она губит тебя медленно, но верно, — объяснила Вурса, её взгляд был опустошён.

— Значит, ты из королевской семьи? — спросила Аранольд, её голос был полон удивления.

— Нет, — Вурса покачала головой. — Хотя мой род идёт от ирильдов высшего сословия. Возможно, мои родители знали о таланте и наняли наставника, чтобы его разбудить. Я лишь раз в жизни до этого случая использовала этот навык, — Вурса зажмурила глаза, болезненно поморщилась, а после глубоко вздохнула.

— Всё хорошо, — Галара встала из-за стола и обняла со спины Вурсу, мягко поглаживая по волосам.

— Мне тяжело свыкнуться с тем, что я потеряла всё, — произнесла зверолюд дрожащим голосом.

— У тебя есть мы, и мы всегда поможем тебе. Мы друзья, — вымолвила Милени, положив руку на плечо Вурсы.

— Спасибо вам, друзья, — Вурса слегка улыбнулась уголком рта, и в её глазах мелькнул огонёк жизни. Все продолжили обедать.

После трапезы мы поднялись в комнату, готовясь к ночлегу. Вечером кто-то тихо постучался в комнату, и я открыл дверь. На пороге стоял трактирщик, его лицо сияло в свете свечей.

— У нас в деревне праздник первого снега! — гостеприимно объявил мужчина. — Скоро будем жечь чучело, а также будет бесплатный эль и крендельки с песнями. А ещё сегодня выглянет ярко-синяя луна, которая появляется в небе раз в пять лет! Вот это совпадение, а? — усмехнулся седовласый мужчина и поспешил удалиться, чтобы проверить готовность к празднику.

— Точно, — произнесла Милени, хлопнув себя по лбу. — Как же я забыла про восход синей луны! Это завораживающее зрелище.

— Тогда, может, мы своей компанией прогуляемся? — произнёс я, улыбнувшись.

Милени улыбнулась в ответ и, подбежав ко мне, обняла. Её тёплое тело прижалось к моему. Вскоре я со своими спутницами покинул таверну. На небе пока ещё светила обычная луна — с едва заметным голубоватым отливом. Но с каждой секундой она становилась всё ярче и ярче, всё насыщеннее по цвету, приобретая глубокий синий оттенок. Её мягкий, напоминающий морскую гладь свет ложился на белый снег. Деревянная статуя на центральной