начал трескаться, словно зеркало. Вмиг на меня посыпались осколки, словно дождь из стекла. Я открыл глаза. Моё тело лежало на влажной листве. Рядом сидела Аранольд, её лицо было хмурым, а вокруг, без сознания, лежали Вурса, Галара и Милени.

— Что произошло? — обратился я к гномихе, чувствуя, как голова раскалывается от боли.

— Слава богам, вы очнулись! — с облегчением произнесла Аранольд, помогая мне сесть. — Это магия, господин Дарго. Она воздействует на разум и цепко держится за него. Девушки не могут прийти в себя и очнуться ото сна. Они что-то бормочут, словно видят наяву свои кошмары.

— Почему ты в сознании? — спросил я, поражённый её стойкостью.

— Забыли? Я гном, — ответила женщина, гордо приподняв подбородок. — У нас сильный иммунитет к магии. Мой разум смог выдержать воздействия, хотя я ощущаю, как под корку кто-то лезет, пытаясь изъять мои самые болезненные воспоминания.

В этот момент я услышал уханье, похожее на призыв к битве, и увидел, как по лианам прыгают существа с длинными руками и густым белым мехом. Их круглые глаза ярко светились в полумраке. Я тут же достал кинжалы, готовясь к битве, но Аранольд схватила меня за руку — её железная хватка не давала двигаться.

— Постойте! — вскрикнула она, её голос был полон уверенности. — Это местное зверьё, они не опасны. Скорее, напуганы. Видимо, мы и есть для них самая большая угроза.

Мои кинжалы, скрипнув, снова вернулись в ножны, и я осмотрелся:

— Надо найти башню и уничтожить очаг этой магии, что разъедает разум!

— Я знаю, куда нам идти, — произнесла гномиха, её взгляд был необычайно серьёзным.

— Откуда? Как? — спросил я недоверчиво, ведь она совсем недавно была такой же сбитой с толку.

— Я очень внимательна, господин Дарго, — Аранольд пояснила, её пальцы нервно сжимали рукоять меча в ножнах. — Всё зверьё, насекомые, каждый местный житель леса, которого я видела, словно бегут от чего-то — их что-то напугало. Думаю, нам туда, откуда они убегают. Там, где сосредоточена самая большая опасность, там и должен быть наш враг, — Аранольд указала рукой в нужное направление.

— Догадка хорошая, — согласился я, мой взгляд скользнул по безжизненным лицам дремлющих девушек, что-то бормочущих себе под нос. — Что нам делать с нашими товарищами?

— Ну… опасность здесь пока только исходит от магии, влияющей на разум, — гномиха огляделась. — Опасных тварей я так и не встретила. Пока вы были в отключке, я сделала небольшой обход. Думаю, если мы оставим их здесь, то ничего не произойдёт.

— Рисковать нельзя, — мои слова были словно приказ. — Я решил — ты останешься с ними и будешь охранять. А я разведаю обстановку и гляну, отчего бегут местные звери.

— Снова вы в своём репертуаре, — вымолвила гномиха, её брови слегка нахмурились. — Вы вечно один идёте в битву, но у вас есть мы, ваши друзья.

— Если мы не свалим отсюда поскорей, то я не знаю, очнутся наши товарищи или нет, — сорвались слова с моих губ. — Нужно поскорей разобраться в этой проблеме, и кто-то должен остаться на подстраховку. Если до захода солнца я не приду, позаботься о девушках, — я положил на плечо Аранольд свою руку, чувствуя её твёрдость.

Не дожидаясь ответа, я направился в сторону густого леса, где непроглядная тьма и неведомая угроза уже ждала меня.

Глава 22: Грехи мальчишки

Мне удалось пройти через густой, тёмный лес. Лианы так и пытались схватить и обвить меня, чтобы задушить, но я ловко рубил лозу, продолжая путь, и растения отступили, словно боясь моей решимости. Солнечный свет начал пробиваться сквозь редкие кроны с ядовито-жёлтыми листьями. Впереди, как я и ожидал, стояла кристальная башня, пульсирующая тихой, но мощной энергией.

— Взор Жизни! — скомандовал я, активируя навык, чтобы увидеть, что именно меня ждёт впереди.

На горизонте показалась аура: спокойная, мощная, излучающая огромную силу. Я взял кинжалы в руки и начал движение в сторону врага. Вскоре перед моим взором предстал мальчишка. Низкорослый, с короткими рыжими волосами, россыпью веснушек по всему лицу и маленьким, вздёрнутым носом. Одет в синюю мантию, сшитую из грубой ткани, которая, кажется, была ему великовата. На его поясе, на цепи, висела массивная, жуткая книга, сделанная из человеческой кожи. На обложке, как и при первой встрече, медленно двигались три тёмных, мёртвых глаза. Звали его Дильм Упра.

— Я догадывался, что скоро кто-то, кто сможет прорваться через моё наваждение, здесь появиться! — вдруг заговорил он, его голос был спокойным и взрослым.

— Значит, знаешь, что тебя ждёт?! Трое твоих товарищей уже пали. У тебя есть выбор, хотя ты достоин смерти! — я жаждал крови, нервы были на взводе, после всего, что пришлось пройти.

— Понимаю тебя, — мальчишка улыбнулся, его веснушчатое лицо было на удивление добродушным. — Ведь ты считаешь нас плохими, из-за того, что мы хотим поработить континент. Но скажи мне: есть ли будущее у Эмберхолда, если мир не изменится? — юноша сел на камень рядом с башней, словно не боясь атаки.

— Не знаю, мне плевать! — я старался быть равнодушным, но его слова задели меня. — Почему ты выглядишь как подросток, тебе уже давно за сто лет? — поинтересовался я, глядя на его невинные глаза.

— Мне триста восемьдесят лет, — последовал ответ от собеседника, в его голосе не было и тени хвастовства.

— Хорошо сохранился, песок даже не сыпется, — усмехнулся я, пытаясь разрядить обстановку, но в глубине души уже готовился к чему-то необычному.

— Я маг, ученик коллегии магов, точнее, что от неё осталось после вторжения демонов, — Дильм продолжил, его взгляд стал задумчивым. — Для нас время течёт по-другому.

— И что побудило такого мага вступить в отряд безумных героев, Ангелов Смерти? — у меня возникало всё больше вопросов, но я был готов в любой момент напасть, чувствуя опасность от врага.

— Мои грехи! — улыбка Дильма исчезла, и он встал с камня, открывая свою жуткую книгу. — Я искупаю вину за всё, что натворил до коллегии. Это всё ради мира. Может, тогда я смогу им снова в глаза посмотреть, — глаза юноши встретились с моими, полные решимости. — Тебе придётся меня убить — иначе башню не разрушить!

— Значит, ты