Такими, которые будут только твоими. Которые ты будешь чувствовать. Так что бери и без разговоров.

Она подняла на меня глаза, и в них плескалось столько всего, что я на миг растерялся. Там был и шок, и восторг, и огромная благодарность, и что-то ещё, очень тёплое. Кажется, до неё дошло. Она вдруг поняла, что я вижу в ней не просто девчонку на побегушках, которую можно отправить за продуктами. Я вижу в ней будущего коллегу. Партнёра.

— Я… — она сглотнула, пытаясь справиться с комом в горле. — Я тебя не подведу, Игорь. Обещаю.

— Я знаю, — просто ответил я.

Всю эту трогательную сцену безжалостно разрушил Вовчик, который сгорал от любопытства и всё это время заглядывал Даше через плечо.

— Ого! — присвистнул он. — Дашка, ну ты теперь опасная женщина! С такой-то финкой! Игорь, ты ей хоть инструкцию по применению выдал, чтобы она нас случайно на салат не пошинковала?

Даша фыркнула, но было видно, что она рада этой шутке, позволившей ей скрыть подступающие слёзы. Она счастливо улыбнулась и принялась бережно, как величайшую драгоценность, заворачивать нож обратно в ткань. Напряжение спало. Фёдор, наблюдавший за сценой, одобрительно хмыкнул и кивнул мне — мол, правильное дело делаешь. Затем он снова взялся за свой молот, и кузница опять наполнилась привычным рабочим грохотом. А мы пошли дальше, и я чувствовал, как за спиной у Даши будто выросли крылья.

* * *

Закат растекался по небу, словно абрикосовое варенье по скатерти. Мы едва волочили ноги, когда наконец добрались до «Очага». Спину ломило, в мышцах гудела приятная усталость — та, что приходит после по-настояшему важного дела. Мы шли в том особом молчании, когда слова только мешают.

У самого порога я всех остановил.

— Постойте-ка. А ты, — я по-дружески приобнял Вовчика за плечо, — задержись на пару слов.

Настя с Дашей переглянулись. Настя хитро улыбнулась — кажется, она всё поняла. Они отошли в сторонку, оставшись на улице, которая с каждой минутой становилась тише и темнее.

— Игорь, что-то случилось? — Вовчик тут же сжался, в голосе зазвенела тревога. — Я накосячил, да?

— Совсем наоборот, — я усмехнулся, снимая с плеча свою вечно набитую сумку. — Ты был молодцом. Даже лучше, чем я ожидал.

Я порылся внутри рюкзака, вытащил очередной за сегодня свёрток и протянул ему.

— Держи. Это твоё.

С полным недоумением на лице Вовчик взял пакет. Бумага зашуршала в его руках. Он осторожно надорвал её, и из свёртка показалась ослепительно-белая ткань. Поварской китель. Один в один как мой, только с иголочки. А на груди, где у меня красовалась вышитая буква «И», было аккуратно выведено: «Владимир».

— Я… — Вовчик поднял на меня глаза — растерянные и донельзя счастливые. — Это… мне? По-настоящему?

— А ты думал, в куклы играть? — улыбнулся я. — Ты больше не стажёр, парень. И не мальчик на побегушках. Ты — повар. Настоящий повар нашей команды. А у повара должен быть свой китель.

Он молчал, переводя взгляд с белоснежной ткани на меня. Сглотнул, открыл было рот, но я его опередил.

— Погоди, это ещё не всё.

Я засунул руку в карман джинсов и выудил оттуда старый, потёртый ключ от какого-то неведомого замка. Вложил его Вовчику в ладонь, прямо поверх кителя.

— Что это? — прошептал он еле слышно.

— Ключ, — ответил я просто. — Он не от этой двери. Настоящий мы дать не можем, мы с Настей тут живём. Сам понимаешь. Но это — символ. Символ того, что для тебя здесь всегда открыто. Что ты теперь не просто работник. Ты — часть этого места. Часть семьи.

Он смотрел на этот ключ в своей руке так, будто это величайшее сокровище. Его пальцы медленно, но очень крепко сжались.

— Я… я оправдаю доверие, шеф, — наконец выдавил он, и голос его предательски дрогнул. — Спасибо. Я даже не знаю, что сказать…

— Ничего и не говори, — я ободряюще хлопнул его по плечу. — Делом докажешь. А теперь пошли. Чайник сам себя не поставит, да и это дело отметить надо.

* * *

Мы гурьбой ввалились в «Очаг», смеясь и отряхиваясь после долгой прогулки по вечернему городу. Выходной подходил к концу, и в воздухе витала приятная усталость.

— Чайку бы сейчас, — мечтательно протянула Настя и, не дожидаясь ответа, по-хозяйски направилась к плите ставить чайник.

Даша прислонилась к столу и с нежностью, будто это был не кухонный инструмент, а живое существо, разглядывала свой новый нож, всё ещё завёрнутый в мешковину. Вовчик плюхнулся на стул, расслабленно вытянув ноги.

— Ну что, команда, — бодро начал я, вновь хлопнув в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание. — Отдохнули? А теперь — экзамен!

Вовчик аж подпрыгнул на стуле. Даша оторвала взгляд от своего сокровища и удивлённо посмотрела на меня.

— Какой ещё экзамен? — раздался голос Насти от плиты, где уже начинал посвистывать чайник. — Ты же обещал, что сегодня никакой работы.

— А это и не работа, — я хитро прищурился. — Это творчество. Сегодня у нас семейный ужин, который мы приготовим все вместе. И это будет… пицца!

С этими словами я кивнул на кухню, где нас уже ждали принесённые из кладовки мука, помидоры и перец.

Идея всем понравилась. Вовчик тут же вскочил, сбросил куртку и с почти религиозным трепетом натянул свой белоснежный китель. В нём он моментально преобразился: расправил плечи, втянул живот и стал выглядеть не просто поваром, а настоящим шефом, готовым к кулинарной битве.

— Итак, слушай мою команду! — объявил я, входя в роль. — Даша, на тебе нарезка. Покажи, на что способен твой новый друг. Вовчик, ты сегодня мой су-шеф! Замешиваешь тесто и следишь, чтобы наш творческий хаос не вышел из-под контроля. Настя — главный дегустатор и наша совесть. Ну а я… я буду руководить и всячески мешаться.

Даша счастливо улыбнулась, аккуратно развернула нож и с решительным видом взялась за помидоры.

На кухне закипела жизнь.

— Начинаем с соуса! — скомандовал я. — Даша, руби помидоры и перец. Можешь не стараться делать красиво, всё равно в блендер пойдёт. Вовчик, где у нас кастрюля?

Даша работала с невероятным энтузиазмом. Нож в её руке просто летал. Она с лёгкостью шинковала овощи, и по её лицу было видно, какое удовольствие ей это доставляет.

Вовчик, раскрасневшийся от важности своей новой должности, метался по кухне, как заведённый. Он свалил нарезанные овощи в кастрюлю, щедро сыпанул из баночек орегано и базилика, которые я ему протянул.

— Блендер! — почти крикнул он мне.

Через минуту по кухне поплыл густой и невероятно вкусный запах свежего томатного соуса.

— Теперь тесто! — не унимался Вовчик. — Игорь, я