— Один из пяти символов, привезённых Кастильо из Китая.

Ребята переглянулись.

— Но как он оказался у Снежински? — спросила Лея, убирая тёмно-синюю каплю под одежду.

Цыганка осела на пол. Залпом выпила горячий чай, отчего от её шевелюры пошёл пар.

— Всеволод — потомок доверенных лиц Кастильо. Хранителей, которым они завещали артефакты.

— Разве он имел право дарить медальон Лейле? — спросила Лея.

— Вы правы, милочка. Такие вещи должны храниться в одной семье и передаваться по наследству. Мистер Снежински сделал предложение мисс Сноу. Но семья его давно обнищала. Он был вынужден платить долг отца. На кольцо денег не хватало. Поэтому подарил медальон.

— А она вышла замуж за другого, — вздохнула Лея.

Касперович вновь поднесла монокль к глазу и долго рассматривала ребят.

— Она не вышла, — наконец произнесла цыганка каким-то не своим, загробным голосом. — Только собиралась. Но... была убита.

— Она стала Чёрной Тьмой, — произнёс Дэн.

— Карты не лгут, молодой человек! — театрально закатив глаза, почти выкрикнула Касперович.

— А книги... лгут? — спросил парнишка.

— Да, госпожа Касперович, книги... Мы нашли одну, — Лея переглянулась с Дэном. — И нам кажется, она лжёт.

— Не может быть! — учительница, театрально взмахнув руками, хлопнула себя ладонями по груди.

— В заброшенном здании есть библиотека, — начал рассказ парнишка. — А в ней комната с одной единственной книгой.

— Именно о ней мне рассказывали статуи Кастильо. Я уверена, — подтвердила Лея.

— Книга перепутала имя моего отца. Остальные данные родословной верны.

— А мне вообще написала, что я Лейла Сноу. Но я не Лейла Сноу. Я не могу быть ею. Она умерла. До моего рождения. Мы даже не родственники.

Касперович переводила взгляд то на на Лею, то на Дэна и моргала глазами. Волосы её превратились в воронье гнездо. И как она будет их распутывать? Повисла тишина. Вдруг цыганка хлопнула себя по лбу.

— Знак! — она встала и подошла к шкафчику. Достала пакетик с золотыми шариками и блюдце. Так же, как и МакГрегори, она опускала в воду каждый и смотрела внутрь. Наконец оставила только два.

— Возьмитесь за руки, — скомандовала она.

Ребята послушались.

Вскоре после произнесённого цыганкой заклинания комнату заволокло белым дымом. Лея и Дэн оказались сидящими на скамье в приёмной директора. Тут же Касперович и сама МакГрегори. Свет приглушён. Видимо, дело было поздним вечером.

— Проходите, Эсмеральда, — устало произнесла директор.

Цыганка безумным взглядом посмотрела вокруг. Потом на МакГрегори через монокль.

— Везде уши. Карты не лгут. Нас и так слышат двое. А в кабинете ещё больше.

Директор вздохнула.

— Надеюсь, у вас действительно важное дело. А не Лев в знаке Скорпиона.

— Всеволод... Он погибнет в тюрьме. Вы должны что-то сделать, это же ваш...

— Разумеется, я хочу его спасти. Но как? Если он действительно виновен, — директор говорила чуть не плача и в отчаянии заламывала руки.

Лея и Дэн подошли ближе.

— Есть способ, — тихо сказала цыганка, посмотрев по сторонам через монокль. — Вы должны лишить его памяти. Изъять каждое воспоминание о НЕЙ. А затем уничтожить. И это должен будет сделать он сам. Своей рукой. Тогда они не смогут доказать его виновность.

— Всеволод не пойдёт на это, — уверенно заявила МакГрегори. — К тому же я не менталист. Боюсь навредить.

— Пора делать выбор, Мария. Спасти жизнь или погубить. Время не ждёт. Пока директор в Монреале...

— Миссис Райс вернётся утром. С маг-полицией.

— Тогда нужно действовать прямо сейчас, — цыганка пригладила ладонью торчащие волосы, и приёмную заволокло белым дымом.

Кабинет директора, но в кресле Алла-Виктория Райс. Те же добрые серые глаза, седые волосы. Прабабушка Дэна не сильно изменилась с годами.

— Разложите ваши карты, Эсмеральда. Пропажа медальона Воды — серьёзное происшествие. Но мы не можем заявить в полицию. И вам известно почему.

Касперович достала из сумочки расчёску, перстень, хрустальный шар и, наконец, колоду таро.

— Вода... Испаряется с поверхности залива, изливается дождями на землю. Стекает ручьями... Медальон вернётся. Принесёт его Смерть. Много времени пройдёт. И будет битва. Всё повторится! Чёрная Тьма накроет Эль Кастильо, когда воскреснет феникс.

— Феникс... Последний раз я видела эту птичку ещё в молодости, — губы Аллы-Виктории тронула улыбка, такая же милая, как у Дэна.

— Карты не врут, — цыганка шустро собрала колоду.

— Если медальон попал в плохие руки, то придётся мне не сладко, — с каминной полки раздался знакомый голос Альберта Кастильо.

— Медальон вернётся. Как возвращается вода к источнику в природе, — сказала Касперович, театрально закатив глаза.

— Мисс Сноу погибла в огне. Сгорела, как феникс... — вздохнула миссис Райс.

— Значит, медальон принадлежит прежнему хозяину.

— Мистер Снежински на грани. Я была в Сант-Бессетт. Его состояние без изменений. Последняя надежда на ваше пророчество о том, что он поправится.

Кабинет заволокло белым дымом, а когда он рассеялся, ребята вновь сидели на продавленном диване в комнате Касперович. На Лею указывал палец цыганки с огромным перстнем.

— Вот он — феникс! — взвизгнула она. — Медальон... Дайте мне, медальон, милочка.

Лея сняла цепочку с шеи и протянула учительнице. Та его разглядывала и так и эдак, и левым и правым глазом через монокль. Попыталась открыть — не вышло. Пришлось сделать это за неё. Цыганка принялась изучать пучок волос внутри медальона. Провела по нему пальцем, и Лея почувствовала прикосновение.

— Это подлинник, — заключила Касперович.

— Не показывай его никому, — сказал Дэн, когда ребята вышли от цыганки.

— Угу. Мне нужно вернуть его тёте. Ой... Я не знаю, что делать.

— Спросим у Касперович?

— Нет. Я скажу, что не нашла медальон.

— Так нельзя. Это будет ложь, — серые глаза смотрели с упрёком.

— Но как иначе? Он ведь попадёт к Ворону.

— Слушай, — парнишка почесал затылок, — а этот твой Ворон не знаком случайно со Сторонниками силы?

— Я