— Если я правильно понял, экипаж шлюпа погиб. Что скажешь? Самое время созывать комиссию по расследованию ЧП, — Петр Ольгердович вдруг вспомнил Диану и ее прорицание насчет непознанного. — Ох, чувствую, мало нам с тобой не покажется.

— Не знаю. Не уверен.

— Опять загадками говорить изволишь?

— Какие уж тут загадки! Я и в самом деле не знаю, что сказать. Вопрос с экипажем не так прост, как кажется... Да ты смотри... смотри...

Сфеарий снова заполнили бурые равнины Амазонии. Съемка велась откуда-то сверху, судя по ракурсу — с вершины одиноко стоящей скалы.

Петр Ольгердович обратил внимание, что густые тени, накрывшие существенную часть доступного взгляду плато, какие-то уж особенно черные... Не должно быть столь резких световых переходов на планете, окутанной довольно плотной, рассеивающей солнечные лучи атмосферой. Даже с учетом времени суток что-то здесь было не то... И внезапно понял, что.

«Никакие это не тени, — яркой молнией вспыхнула в голове совершенно невероятная догадка. — Слишком черные и слишком ровные для того, чтобы их можно было спутать с каким-либо природным явлением. Подобное я видел лишь однажды... в «Зоне мониторинга» на Земле во владениях почившего в бозе Хайруллы да и то только в записи... вот как сейчас.»

Черная тень вдруг пришла в движение, плавно воспарила над вечерней равниной, и тогда сразу же стали очевидны ее размеры и форма: судя по всему — абсолютно правильное кольцо диаметром как минимум в несколько километров. А может быть, даже не один десяток. Широкая мрачная полоса справа и слева уходила за пределы сфеарного пространства, а дальний край упирался в близкий горизонт, растворяясь на фоне усыпанного звездами неба. Темно-бурая каменистая пустыня под загадочным феноменом казалась совершенно нетронутой, и это представлялось особенно странным, учитывая природу таинственного явления.

«Если интуиция меня не подводит, — размышлял генерал, — марсианское Кольцо — брат-близнец земного, только существенно большего размера. А поскольку Кольцо в «Зоне мониторинга» явным образом демонстрировало всем желающим довольно четкие пространственные аномалии, нечто подобное мы просто обязаны наблюдать и здесь. Однако же не наблюдаем.»

Он с недоумением развернулся в сторону Ярса, но тот лишь качнул головой и повел глазами: мол, ты смотри, смотри...

Изображение внезапно подернулось сильной рябью, пронесшейся по пространству сфеария снизу вверх. Несколько секунд, и все успокоилось.

«Помехи,» — решил Попович.

— Момент «гравитационного всплеска», — пояснил Ярс. — Сейчас начнется самое интересное.

Кольцо прекратило подъем и замерло в полусотне метров над поверхностью. Его тонкий, абсолютно неразличимый край, внезапно осветился яркими огнями, которые, убыстряя темп, непрерывной чередой заскользили слева-направо, слева-направо... Словно бусинки по тонкой, почти невидимой нити.

Световая иллюминация продолжалась несколько минут, отчего даже зарябило в глазах. Петр Ольгердович отметил, что огненные вспышки, проносясь через доступное взгляду пространство, непрерывно меняли цвет: от ярко-желтого на левом краю сфеария до тускло-багрового на правом. Огненное шоу буквально завораживало, оказывая на наблюдателей едва ли не гипнотический эффект. Сознание медленно, но верно начало уплывать...

Внезапно все прекратилось. Психика восприняла окончание фейерверка словно удар. Перед глазами замаячили тусклые разноцветные фантомы.

Попович провел рукой по лицу, окончательно сбрасывая наваждение, и упрямо уставился на загадочный феномен. Словно удав на кролика.

С нижней поверхности Кольца внезапно сорвался целый пучок бледно-лиловых молний, хищно впился в марсианский реголит и почти сразу же торопливо угас. Генерал совсем уж решил, что представление закончилось, однако ошибся.

Зависший над Амазонией плоский черный монолит неожиданно прорезали многочисленные радиальные трещины. Несколько секунд — и казавшаяся абсолютно несокрушимой часть чужеродного пространства распалась на отдельные, не связанные друг с другом сегменты. Во всяком случае, визуально это выглядело именно так, хотя за полное отсутствие какой-либо связи — например, на уровне электромагнитных или гравитационных полей — поручиться было невозможно.

Из-за границ сфеария внезапно выскочила пятерка автоматических зондов и, словно стая хищников, устремилась к вожделенной добыче. В нижней части доступного обзору пространства вспыхнула буквенно-цифровая строка, отображавшая поступавшие с автоматических разведчиков данные.

«Гравитация — норма... радиация — обычный марсианский фон, — отметил Попович. — Ничего необычного. Расстояние... хм... а вот здесь у нас какая-то чертовщина. Очевидно, сбой. Или?..»

— Локация невозможна, — пояснил Ярс, заметив недоумение шефа. — Кольцо не отражает и не поглощает радиоволн, они проходят сквозь него как через пустое место. Эта штуковина полностью... абсолютно радиопрозрачна. Лидары, кстати, тоже бессильны.

«Это я и сам уже понял, — генерал пристально вглядывался в изображение в ожидании очередной метаморфозы. — Как ни прискорбно, но нужно честно признать: весь наш могучий исследовательский инструментарий абсолютно бессилен против этого монстра. Судя по поступающим данным, Кольцо находится то на расстоянии вытянутой руки, то за несколько парсеков от Марса. Почему-то кажется, что и остальной телеметрии доверять особо не стоит.»

Автоматы достигли, наконец, некой условной границы, за которой начиналась территория, оккупированная загадочным феноменом, воспарили над ближайшим черным «лепестком» и принялись кружить над ним, словно выбирая место для атаки.

«Вот сейчас что-то будет, — решил вдруг Попович. — Кольцо не сможет оставить подобное вторжение без ответа. Я бы точно не оставил. Сейчас... сейчас...»

Зонды внезапно остановили бесконечный хоровод, на несколько мгновений застыли в полной неподвижности, а затем камнем рухнули вниз. Черная поверхность поглотила их без остатка.

— Эффектно, не правда ли? — прокомментировал Ярс.

Ответить генерал не успел, весь массив «лепестков» разом пришел в движение.

— Разлетаются по радиусам от эпицентра аномалии, — добавил Межин. — Этот факт установлен абсолютно неопровержимо.

Ближний к наблюдателям сегмент Кольца медленно, но неотвратимо надвинулся прямо на замерших наблюдателей. Форма загадочного образования вдруг подверглась неожиданным метаморфозам: острые углы сгладились, а боковые грани вспучились длинными выростами, чем-то напоминавшими ложноножки...

«Действительно, похоже на медузу, — подумал Попович, вспомнив контролера-оператора комплекса «Деметра». — Или нет... скорее на осьминога с длинными толстыми щупальцами... но больше всего все-таки на амебу. Вот, значит, как зародился тот самый скальпель, что походя взрезал реакторную колонну.»

На нижней поверхности черного чудовища внезапно замерцали яркие огни, в мельтешении которых генералу почудилось нечто знакомое.

— Воспроизведение — стоп! — скомандовал он, не отрывая глаз от протаявшего в мрачных глубинах изображения.

«Лепесток» неподвижно завис прямо над головами замерших наблюдателей.

— Вот это да-а! — удивленно произнес Ярс. — Ну и зрение у тебя, ПОП! Мы сто раз прокручивали запись... уже затерли ее, казалось бы, до дыр, и никто ничего не заметил... Что это?

Среди ослепительных световых пятен отчетливо просматривалась поблескивавшая зеркальными гранями уступчатая пирамида в окружении нескольких цилиндрических емкостей и каких-то непонятных строений из гофрированного полированного металла. Изображение выглядело довольно тусклым, однако разобрать подробности не составляло труда.

— Похоже на пирамиду нефтяников, — неуверенно предположил Ярс. — Только странная она какая-то... наши