— А куда нам спешить? У госпожи Седовой ещё шесть дней до совершеннолетия, — заметил я.

— Неважно! — отмахнулся Бартолин. — Госпожа Седова склонна к бегству. Она уже сменила место пребывания незадолго до совершеннолетия, а у нас нет оснований полагать, что она не попытается сделать это снова, поэтому ей придётся поехать с нами досрочно.

Я посмотрел на девушку, которая слегка побледнела, но кивнула мне, показывая, что принимает условие Надзора. Так уж вышло, что Седовы пытались выиграть хоть немного времени, но сделали только хуже. Интересно, зачем им это было нужно? Неужели что-то готовится?

Зеваки понемногу расходились, и только стражи продолжали толпиться возле ворот, словно ждали, что может понадобиться их помощь.

— Что же, на ночь глядя поедете? — сокрушался Скальд. — Извольте хотя бы переночевать в комфорте. Благо, комнаты имеются.

— Переночуем на постоялом дворе, — бросил Бартолин. Он чувствовал на себе холодные взгляды людей, и совершенно не удивительно, что ему хотелось поскорее убраться из замка.

— Ари, зайди ко мне, — приказал Скальд и направился в кабинет.

Я не стал искушать судьбу и отправился на дядей.

— Что ты устроил? — набросился он на меня, когда я вошёл в его кабинет и закрыл за собой дверь. — Неужели ты не понимаешь, что от этого человека зависит твоё будущее? Хочешь, чтобы он отдал тебя пожирателям?

— Не посмеет, — парировал я. — На поглощение отправятся только слабейшие. Эти болваны в Надхоре тоже не дураки, и понимают, что изводить ценные кадры не стоит, иначе северяне прорвут оборону, и тогда все эти шавки потеряют всё, что у них есть. Альграйм не выстоит, если все племена Севера ударят вместе.

— Ты-то знаешь, выстоит Альграйм или нет! — огрызнулся Скальд. — Ты в Норстейне никогда не был, и северянин лишь наполовину!

— Зато у меня есть голова и умение пользоваться полученными знаниями.

— Знаешь, может, и хорошо, что у тебя проявился дар, и Надзор заберёт тебя на север, — задумчиво произнёс дядя и перевёд взгляд куда-то в окно. — Я только и слышу о том, что ты создаёшь проблемы: сбегаешь в Завалины, сжигаешь мебель в своей комнате, рушишь авторитет Ефима, выполняешь бабскую работу на кухне вместо того, чтобы тренироваться с воинами, задираешь людей из Надзора… Это не поведение настоящего главы клана.

— Знаешь, а может это и действительно хорошо, — ответил я, едва сдерживая гнев. — Не хочу быть частью клана, который настолько жалок, что заперся в никому ненужном замке и боится нос высунуть за частокол. Когда ты последний раз покидал Терновый холм? Когда ты интересовался тем, что происходит за стенами замка? Вы думаете, что можете скрываться здесь, и происходящие изменения не затронут вас. Но ты ошибаешься. Скоро запылает пламя, и тогда ни в Ледрии, ни в Радии, нигде в Алиноре не будет места, где можно будет переждать бурю.

— Это тебе сказала та ведунья? — глаза дяди сощурились.

— Это говорю тебе я — Аристарх Крылов, названный в честь Девятого Стража Алинора, наследник легендарного Огненного Щита и человек, который поставит точку в доминировании тронгов!

Я круто развернулся и вышел из кабинета дяди, оставив его в недоумении. Боялся ли я, что он побежит докладывать Красу о том, что услышал? Нет. Он прекрасно понимает, что Бартолин не выдержит и попытается меня приструнить, а я вполне могу превратить этого прихвостня тронгов в горстку пепла, и тогда клану Фолкенстонов, объединённому с людьми Крыловых, придётся принять неравный бой. Именно поэтому дядя будет держать язык за зубами.

Терновый холм мы покинули уже через час. Дорога действительно оказалась дальней, но меня это совершенно не смущало. За первые несколько дней с моего возвращения в Алинор произошло достаточно событий, и мне было о чём подумать. Например, в свободное время я выстраивал схемы как можно комбинировать наши с Яриной умения. Мы сговорились, что в любой ситуации будем в одном отряде. Это давало уже какие-то приблизительные стратегии.

Вариант с восстановлением силы с помощью стези Водолея был слишком простой и очевидной зарисовкой. Меня интересовали более сложные схемы, но пока в голову ничего не шло. Может, из-за волнения, а может быть из-за Бартолина, сидевшего в карете напротив и сверлившего нас взглядом.

Наконец, когда стемнело, и гнать лошадей стало неразумно, мы остановились возле постоялого двора где-то на северной окраине Радии. Крас вышел из кареты и вместе с помощником направился к зданию.

— А вы куда собрались? — Бартолин повернулся к нам с Яриной, когда мы выбрались из кареты. — Вы спите в конюшне. Скажите ещё спасибо, что с кареты не выгнал и не отправил в свинарник, где вам самое место.

Ладно, мерзавец, мы с тобой еще пересечёмся. Пусть думает, что пост старшего надсмотрщика даёт ему защиту и преимущество. Пройдёт совсем немного времени, когда мы поговорим совсем по-другому.

А спать в карете оказалось не так уж и плохо, гораздо лучше, чем на соломе у Орма. Правда, затекла спина, а еще пару раз за ночь будила Ярина, чтобы я не храпел. Тоже мне! Сама пару раз кричала ночью. Интересно, что ей такого снилось?

В итоге я проснулся ещё до рассвета и смотрел в потолок, думая о будущем. Через пару часов вернулись Крас с его помощником, и мы продолжили путь. Они явно не были настроены на беседу, а мы особо и не настаивали. Время в