– Не только, под него давно копали, потому что ректор Шайх один из немногих, кто отстаивает права адептов и позволяет нам многое, ради общего дела, а ты… вспышкой неуправляемой магии стала очередным и довольно громким поводом, чтобы ограничить его права, а, стало быть, и наши!

– Это подло…

– Неважно, как это… Люди всегда боятся того, что неизвестно, и, уж тем более, тех, кто сильнее их… вот и подумай, что будет с тобой и другими, если Шайха сместят с должности. Пока только он и ещё несколько членов совета удерживают толпу от расправы над академией и адептами…

– Это шутка? – всерьёз озадачилась я. – Вы же… сильнее их! Вы же…

– Мы для них как ведьмаки! А охота на ведьм даже в людском мире случалась! И если помнится, весьма кровавая! – напомнил реалию Грознич. – Какими бы способностями мы не обладали, это не остановит желающих линчевать! А значит, прольётся кровь… море крови. Мы этого не хотим…

– Я тоже не хочу, – убеждённо покачала головой.

– Так что, поверь, то, что ты привязана, на данный момент, наименьшее из зол, – покивал Шепс.

– Меня пленяют теперь только на время сна, – пробурчала недовольно, – мистер Венециан сказал, что днём, пока я спокойна меня будут освобождать. Тем более, сам подумай, как мне есть? Как мне в туалет ходить? Не под себя же! – выплеснула негодование.

– Елисия права, – раздался голос Венециана. Он прозвучал во спасение, потому что во мне забурлило нечто злое… Уж не знаю, во что бы оно вылилось, но лекарь не дал моему недовольству разыграться сильнее.

– Ей нужна свобода. Ей нужно учиться… – ловко освободил меня от верёвок лекарь. – Дело ведь не в свободе рук, – значимо кивнул. – А в голове!

– Ага, – отступил ещё подальше от меня Шепс. – Это вы Сэму расскажите! Он до сих пор грозит подать на Лису в суд.

– В смысле говорит? – опешила я, разминая руки, пока Венециан возился с путами на щиколотках. – Он же птица…

– Говорящая, – упавшим голосом брякнул Грознич. – Поэтому ректор его пока держит при себе.

– Да ну… – продолжала изумляться новостям я. Еп

– Но, как мне кажется, Рэйвен нашёл в этом плюс, – подметил загадочно лекарь и покосился на Шепса.

– Да, наверное, – невнятно мотнул головой Грознич, с опаской следя, как я растираю ноги и делаю первые за день шаги, – ректор позволяет ему много читать… И даже того, к чему раньше у Сэма не было доступа.

– Библиотека в личном распоряжении, – понимающе восхитилась я. – И ректор под боком. Можно сказать, что у Сэма теперь свой персональный репетитор? – без тени шутки позавидовала я.

– Да, – впервые с момента прихода Шепс улыбнулся. Правда, безрадостно, но всё же… – Ты бы поела, – кивнул на поднос с остывшим завтраком.

– Да, спасибо.

– Приятного, – тактично откланялся Венециан, и оставил нас с Грозничем наедине, но перед тем, как затворить дверь, разумно напомнил: – Адепт Шепс, не забывайте, Лисе нужен покой, а не волнения… Ей нужен друг!

Глава 4

Елисия

– И что, все адепты против меня? – неспешно поглощая завтрак, уточнила я у Грознича.

– Лис, никто не против тебя, но мы все переживаем за академию. Мы готовы тебе помочь.

Я поджала губы и мотнула головой:

– Что-то сомневаюсь… ты и то, – неопределённо кивнула, – от меня в стороне держишься, будто я чумная. Боюсь представить, как станут шарахаться остальные, когда выйду из этой тюрьмы, – кисло заключила.

– Это не тюрьма, а помещение, которое хоть как-то сдерживает твою силу. Не знаю, как это работает, – торопливо заверил, – но ректор Шайх заметил, что каменные стены тебя подавляют.

Я секунду молча жевала кусочек сдобной булочки:

– Я же говорю – тюрьма! – Заполучив укоризны взгляд Шепса, пояснила: – Это же как пластиковая комната для Магнито! Вы в безопасности, пока я в каменном заточении… Я – зло, поэтому меня изолировали! – с тяжким вздохом удручённо откусила очередной кусок от сдобы, словно мысленно уже поставила на себе крест.

– Прости, но пока ты впитываешь чужую энергию как губка, к тебе боятся приближаться…

– Что я делаю? – поперхнулась булочкой я.

– Энергия… ты… вытягиваешь энергию из Проклятых, оказавшихся возле тебя, – на удивление сбивчиво пробормотал Грознич. Опустил глаза. – Ты питаешься силой отверженных, хотя до этого, наоборот, ей делилась.

– В смысле делилась? – прокашлялась, плюхнув чашку на поднос.

– Ты была источником. Я тобой питался, – Шепс выглядел очень виноватым. – И я имею в виду не кровь, – встряхнул головой, – а энергию. Ты, как зарядное устройство для батареек. И я бессовестно тобой пользовался.

– Это… подло, – обронила я, шокированная откровением. – Значит, Кром был прав! Тебе на меня плевать. – Желание есть пропало окончательно. Я положила остаток булочки на тарелку. – Всё дело в моей силе?

– Войр прав лишь отчасти. – Забывшись в оправдании, Грознич даже шагнул ко мне, но, опомнившись, вновь отступил: – Я не лгал, ты мне, правда, очень нравишься. – Никогда не слышала, чтобы он говорил с таким пылом. – И с тобой я был не только из-за энергии и твоей крови, но пока… – вновь жевал слова, – я…

– Что? – Сузила глаза я. – Испугался, что верну себе высосанную тобой энергию, и ты больше не сможешь быть таким же сильным, как сейчас? – зачем-то «наехала» на него.

– Нет, я не боюсь стать прежним, – без капли сомнения отрезал Грознич, – но пока не узнаем, как именно ты действуешь и насколько сильно опустошаешь Проклятых, мне запрещено к тебе приближаться, – перевёл дух. – Я уже чувствую, что слабею… – ещё сделал шаг в сторону двери, словно готовился к побегу. – Не только я, мы все заметили эту странность, оказавшись у алтаря рядом с тобой… Но тогда это было сродни энергетической связи – между нами бегали разряды… невидимая энергетическая нить. И если поначалу мы все ощутили необычайный прилив силы, то потом… ты её махом забрала. Мы об этом рассказали… – неуверенно помялся Шепс. – Ректору Шайху…

– А, – понятливо покивала я, – и тогда вы меня признали мировым злом?

– Нет, Лиса, мы попытались определить, какой силой ты управляешь… Вот только, не нашли ни единого упоминания отверженных, шарахающих молниями! Ни одного намёка на магическую способность хоть у кого-то из Проклятых! Поэтому, прошу, старайся не злиться… Оставайся спокойной, и мы начнём изучение…

– Мне кажется, я спокойна, как никогда, – парировала недовольно я. – И я сама хочу заниматься изучением себя. Просто, дайте свободу…

– Это не я решаю, – покачала головой Шепс. – Но только ректор даст отмашку, мы начнём с тобой занятия по раскрытию и укрощению силы, – заверил, даже выдавив улыбку. – Ты должна научиться себя