– Это всего лишь сувениры. Если хотите, я могу открыть чемодан, но мне право неловко делать это, словно воришке или проштрафившемуся подростку.

– Что вы, никаких досмотров на моем судне! – тут же поспешил заверить меня капитан. – Просто хочу знать, что у нас не возникнет проблем. Вижу, вы люди чести и не станете меня обманывать.

Ах ты ж! По самолюбию решил ударить, зараза. Нет, на кону слишком высокие ставки, чтобы давать заднюю.

– Благодарю за понимание!

Со спокойным видом прошел мимо и направился прямиком в каюту. Даже не знаю что бы пришлось делать, потребуй капитан предъявить вещи к осмотру. Попытался бы создать иллюзию, и показать вместо мальчишки кучу плюшевых игрушек, или взял бы капитана под контроль… В любом случае, оставлять здесь парня было нельзя. Даже если бы пришлось сойти с корабля, мы бы продолжили путешествие вместе. Сам не знаю почему, но после письма, оставленного Василием, я почувствовал, что от меня зависит будущее этого парня. Я видел как его мать умерла, закрывая сына своим телом, наверно, именно после этого во мне что-то переключилось.

Следующей точкой нашей отправки оказался Лондон. Честно говоря, я совершенно не хотел отправляться туда, но вариант продолжать путешествие на корабле оказался единственным способом быстро и незаметно покинуть Копенгаген. Более того, мы смогли скрыть факт того, что Михаил покинул город в нашем обществе, а это уже дает шансы замести следы и отвязаться от ненужного внимания Картели и всех, кому может быть интересна судьба наследника престола.

Пока плыли, я успел подумать над тем как быть дальше. Предположим, все будет хорошо, мы отправим Аню домой и закроем Арку. Что дальше? О дальнейшем я не думал, а ведь мои спутники теперь находятся в большой опасности. Не знаю, хватит ли ума у Бурова с Князевой возвращаться домой в Смоленск, мне туда точно путь заказан.

Конечно, есть шанс, что дядюшка Михаила будет счастлив лицезреть племянника, но не окажется ли, что парень повторит судьбу своего родича? Нравы у них в семействе весьма своеобразные, а чувством благодарности императорская семья явно обделена. Ладно, с этой проблемой будем разбираться после Арки. Сейчас главное улизнуть из-под носа Картели.

В Лондон мы прибыли буквально через сутки после отплытия из Копенгагена. Не знаю почему так медленно, но ни у кого не возникло претензий, а значит все в рамках программы. Кстати, надо бы детально изучить маршрут, а то плывем неизвестно как, хорошо хоть знаем конечную цель путешествия. Правда, изучать маршрут не понадобилось. Пока мы плыли в Лондон, я уже придумал что делать дальше.

В столице Великобритании мы сошли на сушу и немедленно купили билеты на дирижабль. Сойдя на берег, Михаила больше не прятали. Какой в этом смысл, если на корабль мы все равно не будем возвращаться? Хотя, не совсем так. Через пару часов купили билеты на дирижабль и вернулись в порт, укрывшись за углом дома от посторонних глаз.

– Чисто, давай! – дал отмашку Буров.

– Господа, рад видеть, что в этот раз без происшествий, – кажется, у капитана камень с души спал, когда мы поднялись по трапу на борт. В положенное время, еще и без следов драки… Ох, не хочется огорчать капитана, но с нами он еще натерпится головной боли. Точнее, без нас.

Наши фантомы разошлись по каютам, а мы с чувством выполненного долга поспешили обратно в центр города. Если кто и следил за нашим отплытием, они видели, что мы вернулись на корабль, а значит будут ждать нас в порту. Конечно, наткнуться на слежку можно и при посадке на дирижабль, но исчезать в воздухе, словно фантомам, мы пока не научились и вряд ли когда-то научимся, так что приходилось принимать это как данность.

– Шесть билетов до Парижа, отправление через полтора часа, – Буров раздал нам билеты. Один протянул Михаилу. – Парень, надеюсь, у тебя с документами все в порядке?

– Полный порядок! Имею право путешествовать куда пожелаю.

– Удивительно, в таком-то возрасте!

Полтора часа до отправления тянулись целую вечность. Я чувствовал непреодолимое волнение, ожидая отлета. Растянул ментальную сеть, выставил защиту и был на грани того, чтобы в последний момент все отменить. Успокаивающую ауру решил не накладывать, потому как тогда пришлось бы снимать энергию с защиты, да и количество энергии не бесконечное.

Когда дирижабль отправился в полет, я даже не думал спокойно вздыхать. Одно дело взлететь, и совсем другое – успешно приземлиться. Правда, мои опасения оказались беспочвенными, все прошло хорошо, вот только один английский джентльмен в костюме, спокойно потягивающий кофе за своим столиком, мне совершенно не понравился. Главным образом тем, что постоянно косился в нашу сторону. Увы, закрытых кают в этом дирижабле не было предусмотрено, и нам пришлось лететь в общем зале, где мы были на виду.

Уже в Париже я предложил воспользоваться подземным переходом и немного задержался, когда друзья направились вперед. Мой фантом шагал рядом с Полиной, и с виду казалось, что все в порядке.

– Вижу, вы хотите поговорить, господин Архипов, – произнес англичанин на ломанном русском.

Он остановился буквально в паре шагов от моего укрытия. Вот же гад! В последнее время вокруг стало слишком много псиоников, особенно у Картели. Вроде бы сокращаешь их количество, а они все не заканчиваются. Как бы кто в очередной раз меня точно также не сократил.

Очевидно, что он пытался избежать засады и растягивал ментальную сеть далеко вперед, чтобы вовремя заметить опасность.

– О чем нам разговаривать с представителями Картели?

– О, вы понимаете, с кем имеете дело, так даже лучше, – ангичанин был удивлен, или намеренно разыграл удивление? – Я хотел бы обсудить ситуацию, которая сложилась в Копенгагене.

– А что там сложилось? Ваши люди навалились на нас и пытались уничтожить. Заметьте, они даже не оставили нам выбора. Или мы должны были падать ниц и молить о пощаде, рассчитывая, что наемные убийцы пожалеют случайных свидетелей? Это элементарная самооборона.

– Я хочу поговорить не о вас, господин Архипов, и даже не о ваших спутниках, хотя гибель шестерых человек настроила против вас многих влиятельных людей, и не только в Дании. Я здесь, чтобы поговорить о мальчике, который путешествует с нами.

– А что, ему нельзя путешествовать? Можете быть уверены, парень присоединился к нашей компании по собственной воле. Более того, он сам попросил об этом, поэтому можете быть спокойны. За его безопасность я ручаюсь.

– Видимо, вы не понимаете серьезности ситуации, которая сложилась, – судя по голосу, англичанин серьезно нервничал. Или опять же просто искусно играл? – Вы перешли