у плиты, а Борис Ефимович оказался крепким стариком и, несмотря на почтенный возраст, сохранил крепость рук. Новость о неожиданных гостях он встретил с энтузиазмом.

— Мария, не переживайте, располагайтесь! Вы нас совершенно не стесните. Наоборот, наконец-то в этом доме будет звучать детский смех. Знаете, за последнюю пару лет мы здорово закостенели.

— Благодарю вас, Борис Ефимович! Мы не будем злоупотреблять вашим гостеприимством. Как только наш дом приведут в порядок, мы вернемся в Москву.

Софию спящей перенесли в спальню, которую выделили девочке на втором этаже. Нам с Глебом досталась одна комната на двоих. Здесь всего были две кровати, письменный стол со стулом и два шкафа, но это оказалось более чем достаточно.

Закрывшись в комнате, я принялся сдирать с себя остатки бронекостюма, которые в месте удара вонзились глубоко в кожу. На самом деле, раны были несерьезные. Парочка порезов, небольшие ожоги, ушибы… Опасность представлял только кусок бронеплиты, который откололся и вонзился глубоко в кожу. За счет моей быстрой регенерации Вечного стража рана на этом месте уже затянулась, а вот осколок остался внутри. Надо бы как-то достать его, пока не начались проблемы.

— Кирилл, тебе нужен врач, — моя возня с ранами не ускользнула от внимания Глеба.

— Пустяки, обойдется.

— Серьезно? Ты едва можешь двигаться. По всему телу ожоги, да и ребра, по всей видимости, сломаны. Вот только в больницу пока лучше не наведываться. Чем меньше знают о нахождении Аркановых, тем лучше. Может, у тебя есть знакомый врач?

— Откуда? У меня не так-то и много знакомых, а уж врачей и подавно. Хотя, есть один человек.

Хирург не зря имел такой позывной, да и я отлично помню как ловко он разбирался с ранами ребят из отряда. Конечно, я могу сделать надрез и достать осколок самостоятельно, а через пару дней моя собственная регенерация справится с этой проблемой, но лучше показаться специалисту. Тем более, когда есть такая возможность.

— Хорошо, если тебе так станет спокойнее, я воспользуюсь твоим советом.

— Пройдемся? — Глеб поднялся и всем своим видом показывал, что хочет переговорить с глазу на глаз.

— Не против.

Мы вышли во двор и устроились на лавочке возле самого забора. Отсюда открывался хороший вид на окрестности.

— Ты ведь не Кирилл? Я понимаю, что твои слова в машине — это просто оговорка. Кирюха не смог бы измениться так быстро. Ты совершенно не такой, как он.

— Сложно тебе сказать. В какой-то степени я все тот же Кирилл Арканов. У меня есть его знания о мире, пусть и не совсем достоверные, его память, даже чувства все еще проскакивают. С другой стороны — нет, я не Кирилл.

— Кто же тогда?

— Вечный страж Айварс с планеты Эон. Боги, создавшие мой мир, наделили меня огромными возможностями, которые порождают не менее серьезную ответственность. Я обеспечивал порядок на родной планете, отстаивал справедливость.

— Судя по тому, что ты оказался в теле моего брата, у тебя получалось не очень удачно?

— Все было превосходно, пока не появилась Мгла, которую вы именуете здесь Бездной. Сейчас закрытие воронки воспринимается как сенсация, но в своем мире я успел закрыть шесть таких воронок. И закрыл бы еще больше, если бы не предательство.

— Так вот откуда твои знания об этой заразе! И что ты планируешь делать? — я чувствовал как Глеб напрягся, хоть и пытался не показывать этого.

— Продолжать бороться с Мглой. Закрывать воронки, уничтожать привратников, сражаться с теми, кто посмеет угрожать нам. Кстати, в первые три дня мы с твоим братом могли общаться, и он многое успел рассказать мне. Даже сейчас я иногда чувствую особенно острые его эмоции, но так будет недолго. А еще он взял с меня слово, что я буду присматривать за семьей и Лизой Беловой.

— Лиза! — Глеб заулыбался. — Да, узнаю Кирилла.

— Глеб, я не буду претендовать на роль главы рода. Занимайся делами рода, строй свое будущее. Я всегда буду с Аркановыми, но у меня есть своя цель. У нас очень мало времени и еще меньше шансов пережить пришествие Мглы. Любой шанс нужно использовать и работать на максимум возможностей.

Глеб ненадолго замолчал и погрузился в свои размышления. Да, мы оба понимали, что главенство старшего брата лишь формальное. Он не сможет приказать, а я не стану подчиняться его воле, если это будет противоречить моим интересам. Но и роль серого кардинала не всегда удастся играть. Получается, у нас установился паритет. Я не лезу в дела рода — Глеб не лезет в мои дела. При этом я получил солидную часть денег, которой должно мне хватить на реализацию своих планов.

— Люблю это место. Когда-то мы часто бывали здесь. Помнишь? — Глеб посмотрел на меня и осекся. — Извини, я все не могу привыкнуть, что ты не Кирилл. Понимаю, что ты не можешь помнить этого. Лет пятнадцать назад, когда отец только начинал свой путь в бизнесе и принял на себя дела деда, они с матерью часто ссорились, а она забирала нас и уезжала в Заречье. Софии тогда так вообще еще не было.

— Помню немного, в памяти остались лишь обрывки воспоминаний. Не забывай, что память Кирилла все еще со мной. Где было поместье бабушки и дедушки?

— Вон там, на другой стороне улицы, почти у самой реки. Сейчас там остались лишь обугленные стены, которые давно заросли травой. А как хотелось бы вернуть то время назад, когда здесь цвела жизнь!

— Знаешь, Глеб, мне кажется, такой спокойный темп жизни не для тебя. После безумной спешки Москвы здесь непривычно.

— Да, слишком все размеренно, но тем и подкупает. Иногда хочется сбежать от этой суеты, спешки, лицемерия… Знаешь какие тут люди? За последние лет пятнадцать мы тут были раз пять, не больше, но нас с тобой помнят до сих пор. Не веришь? Выйди на улицу и удивишься. Да, здесь осталось мало людей, тысячи три, но все друг друга знают.

— Будет очень обидно, если это милое местечко будет уничтожено Мглой.

— Да. А сколько таких мест по всему миру? Именно поэтому я хочу сражаться. Кирилл, возьми меня в свой отряд!

Глеб говорил совершенно серьезно и нисколько не колебался. Если честно, я рассчитывал на его помощь еще раньше, но состояние здоровья не позволяло старшему брату Кирилла пойти с нами. Тем лучше, что предложение поступило