с особыми силами, можно сказать, одаренный зверь, – вмешалась Амалия. – Опасное существо, таких в наших лесах почти не осталось, разве что в самой глуши.

– Животные тоже могут быть с особыми свойствами?

– А ты думал это касается только людей и растений? – ухмыльнулась Князева. – На втором курсе у нас будет зоология, узнаешь много интересного. Правда, не особо рассчитывай повстречать особенных тварей. Видишь ли, раньше таких существ было много, как и одаренных людей, но потом на них начали охоту ради чудесных свойств их шкур, когтей, крови, печени… в общем, даже риск погибнуть на охоте не останавливал людей от жажды раздобыть трофей с чудодейственными свойствами. Скорее всего, на одной из таких вылазок за трофеем и погиб отец Герасима.

Вот значит как… В этот момент Кудряшовы упали в моих глазах. И не только из-за подлости, устроенной представителем их рода на турнире, но и вообще из-за всей этой истории с охотой и гибелью отца Булычева.

– Значит так, команда, слушаем меня! – дар немного исчерпался, поэтому приходилось говорить быстро, иначе бой я буду проводить вообще без способностей. – Мы с вами – одна семья. По крайней мере, академия стала для меня таковой. Понять Геру я могу, простить – не знаю, но подставить его сейчас перед Кудряшовым будет подло с нашей стороны.

– Выходит, нам придется проиграть? – Глеб насупился и явно был недоволен таким исходом. – Пропустить этих подлецов в финал…

– Нет, мы не проиграем. По крайней мере, я не собираюсь этого делать. Поэтому слушайте какой план я вам предложу.

Финальный поединок собрались посмотреть практически все без исключения люди, которые находились в академии. Готов поспорить, стражи, которым пришлось остаться на своих постах у ворот, кабинета ректора, входа в корпус и у теплиц, кусали локти от разочарования. Шутка что ли – через несколько минут станет известна команда, которая поедет в Москву защищать честь академии.

Кудряшов взглядом сверлил Герасима, Головин самоуверенно улыбался, рассматривая нас. Ничего, пусть скалится. До него я точно еще доберусь. Интересно, как бы он себя вел, зная, что мне известны их планы?

– Камни у всех есть? – Долматов осмотрел обе команды и дал отмашку на начало поединка. – Начали!

Головин выпустил огромный огненный столп в воздух. Пламя взметнулось вверх метра на три, а потом рухнуло вниз, словно огненный хлыст, разрывая пол арены. Образовалось некое подобие огненной стены, чадившей гарью. С одной стороны остались Герасим, Полина и Амалия. С другой – мы с Глебом. По всей видимости, этот фокус должен был разделить нашу команду на две части, что им и удалось провернуть. Неплохо придумали – сначала расправиться с одной частью, а потом добить оставшихся, вот только исполнение слишком очевидное. И да, это в корне меняет наши планы, но так даже лучше.

– Амалия, твой ход!

Девушка призвала вихрь, который частично затушил огонь в узком перешейке длиной в метр. Нам оставалось только перепрыгнуть через него, чтобы оказаться по ту сторону стены, но я махнул рукой, приглашая остальную часть команды на нашу сторону. Прыгнули все кроме Булычева. Герасим стоял перед стеной и нерешительно переминался с ноги на ногу. Понимаю, ведь с такой кучей железа особо не прыгнешь. Тем же лучше. Изначально мы планировали случайно зацепить его в самом начале боя, из-за чего парню придется активировать камень, но эта ситуация оказалась даже более логичной. Мы оставили его одного против команды противника, потому как механик просто не мог перепрыгнуть следом за нами.

– Стоп! – Ветер мгновенно исчез, а Герасим скрылся за огромными языками пламени, которые снова обрели силу и поднялись метра на два вверх. Сколько же силы Головин вложил в создание этой волны огня? Не удивлюсь, если теперь он почти пустой.

– Так, теперь работаем активнее! Двигаемся вперед, мы должны зайти им за спину.

В тот момент, когда мы прошли метров десять, голос комментатора возвестил о том, что Головин и компания добрались до Геры, и парень недолго думая укрылся за камнем. Чистая работа!

– Амалия, проход!

Когда мы вывалились за спинами у противников, они заметно запаниковали. Глеб набросился на Кудряшова и отправил его в нокаут с одного удара. Позже я прокручивал в памяти этот удар и улыбался, потому как и сам бы непрочь повторить то же самое. Головин не потерялся и начал что-то создавать, но я с размаху влетел в него ногами вперед. Мощный удар в грудную клетку отбросил Александра в сторону, словно тряпичную куклу, а сгусток огня, сорвавшийся с его ладоней, устремился в небо, словно праздничный салют.

В голове немного помутнилось из-за ментальной атаки Елизарова. Вот чего я не умею делать, так это такие фокусы. Мерзко, противно, низко… можно как угодно называть такой способ ведения боя, но нельзя отрицать, что он действенный. Пришлось отвлекаться от Головина и спешно выстраивать ментальную защиту для всей команды. Увы, битва псиоников не такая зрелищная, как у остальных. Чаще всего она проходит на незримом плане.

Матвеев сцепился с Арнаутовым, и в этом поединке я ставил на Глеба. Не только по тому, что их прошлая встреча закончилась триумфом друга, но и потому, что сейчас Утя явно паниковал без поддержки своего покровителя и ошибался. Я бы даже сказал, что без Головина парень потерялся.

Проблемой оставался только Киреев – медленный механик уже развернулся и подтягивался к нам. Бить его банально некому, ведь Глеб занят, а никому из нас не под силу выстоять против мощных ударов механика. К счастью, помогла Амалия. Девушка буквально подожгла землю под ногами Киреева, и тот не выдержал. Защитный купол захлопнулся над парнем, выводя его из битвы. Увы, в пылу боя упустили из вида Головина. Мы стояли с Елизаровым друг напротив друга и пытались задавить в ментальной схватке, когда вихрь сбил с ног Князеву, а потом у меня сработало предчувствие опасности, и я в последний момент успел отпрыгнуть в сторону. Пусть вихрем меня немного занесло в сторону, но главной цели Головин не достиг.

Поднялся и понял, что оказался ближе к Елизарову, чем парой мгновений раньше. Вот только он заметил меня первым. Предчувствие опасности взвыло, а я прикинул, что вариантов выйти из этой ситуации победителем у меня попросту нет. Все кончено, команда Головина победила, а мы лишь стайка неудачников… Стоп! Что за чушь собачья крутится у меня в голове? Елизаров, ты всерьез думаешь, что сможешь сломать меня ментально?

Борис уже довольно лыбился, глядя на мое состояние. Так, взял себя в руки и поднялся. Не собираюсь дарить победу этому