Матвей. Не думаю, что это плод моего воображения. Скорее всего, он смог выйти со мной на связь, ведь именно его голос я слышал когда на боярнике распустился первый цветок.

Интересно, я могу общаться только с умершими родственниками, или со всеми? До жути хотелось бы передать весточку домой и сказать, что со мной все в порядке, чтобы не волновались.

– Так, пациент, как самочувствие? – в палату вошла Покровская и пристально посмотрела на меня.

– Отличное! Хоть сейчас готов к выписке, – решительно поднялся на ноги, хотел даже присесть и подпрыгнуть, но легкая слабость в ногах подсказала, что лучше пока воздержаться от таких фокусов. Если Аделаида заметит слабину, точно продержит меня до следующей недели.

– Ну, раз готов, можем выписывать, – отозвалась женщина. Ладонью коснулась моего лба, словно проверяла температуру, но я почувствовал как она использовала дар. – Да, определенно тебе заметно лучше. Можешь возвращаться в корпус, Архипов, но учти: никаких тренировок и работ в теплицах еще три дня, понял? Если узнаю, профессору Листьеву сама все ростки повыщипываю, а Долматова загоняю до полусмерти.

– Есть никаких тренировок!

Я вытянулся по стойке смирно, чем вызвал улыбку Покровской и поспешил к выходу, пока она не передумала. Валяться здесь без дела уже опостылело. По дороге прихватил пару книг по истории и ботанике, которые принесла мне с библиотеки Полина, чтобы я не сильно отставал по учебе и не умер тут от скуки.

– О, Андрюха вернулся! – первым, кто добрался до меня, был Матвеев. Глеб сгреб меня в охапку и едва не сломал ребра, но тут же отпустил, почувствовав болезненный толчок в бок от Полины.

– Осторожней с ним! Андрей только с больницы, а ты его придушишь. Учти, если по твоей вине он загремит туда еще на три дня, я сама тебя придушу.

– Понял, возвращаю твоего парня в целости и сохранности, – ответил Глеб с улыбкой и ослабил хватку. – Повезло тебе с телохранителем, Андрюх!

Минут пять мы обнимались со всеми, кто был в гостиной. Даже Булычев оторвался от своей компании, чтобы подойти ко мне и пожать руку. Хотел перекинуться с ним парой слов, но рядом крутился Камардин, да и не самое удачное время. Впереди у нас поездка в Москву, там и пообщаемся без лишних ушей.

– Архипов, ты вовремя. Через пару часов начинаются финальные отборочные, – произнес Буров. Сейчас он держался так, будто несколько минут назад ко мне в больничное крыло заходил совсем другой человек.

– Обязательно посмотрю. Мне прям интересно, сможет кто-то надрать тебе задницу или нет.

Дмитрий прошел мимо с каменным лицом, ничего не ответив. Нет, ну а что он хотел? Какое у него отношение, такое и получает в ответ.

На трибунах сегодня собралось десятка два человек. И не удивительно, ведь участников турнира осталось всего четверо. Честно говоря, даже непривычно было сидеть на трибуне и наблюдать за поединками со стороны. В последнее время я по большей части в них участвовал.

– Первая пара полуфиналистов – Князева и Борисов!

Полуфиналы обещали выглядеть любопытными. Зеркальное противостояние ратников и спектров. Успех в таких поединках, как правило, зависит от индивидуального мастерства, ну и еще немного от рукопашного боя, потому как у первокурсников часто не хватает умений для полноценного поединка с помощью дара.

– Начали!

Князева не спешила атаковать и тратила дар лишь на то, чтобы парировать легкие нападки Борисова. Оба противника ходили по кругу на расстоянии десяти шагов, проверяя свои силы, и искали слабые места в обороне. Чувствую, этот поединок решится за секунды, как только один из его участников активирует дар на полную мощь.

– Забавный поединок, – тихонько прокомментировал Буров, склонившись к Суровцеву и Трегубову. Я сидел сразу за Дмитрием, поэтому слышал его слова. – По сути, борется нынешняя власть с оппонентами.

А что, верно Дима сказал. Борисовы спят и видят как станут во главе княжества, а Амалия с большой вероятностью является внебрачной дочерью князя. Дальше слушать разговор не стал, а переключился на поединок, потому как там началось самое интересное.

Первым с градом мелких камней и песчинок на Амалию обрушился Борисов. Анатолий рассчитывал, что ему удастся ослабить Князеву, но девушка не позволила коснуться себя ни одному камешку, и уже тем более, оставить на теле кровавый след.

– Хорошо дерешься, чертовка. Интересно, ты также хороша в постели? – разговоры дуэлянтов едва можно было разобрать на трибунах, и если бы зрители поддерживали участников криками, наверняка никто не услышал бы ни слова, но сейчас на арене стояла звенящая тишина, нарушаемая, лишь самими поединщиками.

– А ты хочешь проверить? Увы, таким подонкам как ты, ничего не светит, – Князева улыбнулась краешком рта, но не отвлекалась.

– Надо же, а по тебе и не скажешь. С виду обычная дешовка, которую пользуют все, кому охота. Совсем как твоя мать. Что только в ней нашел Разумовский…

Договорить Борисов не успел, потому как Амалия призвала огромный смерч, поднявший вверх метров на пять и направился в сторону противника. Зачем? Разве Князева не понимает, что ее провоцируют? Куда лучше было бы хладнокровно разделать Борисова под орех и посмотреть кто потом что скажет, но видимо эта тема была слишком болезненной для девушки. Анатолий активировал вокруг себя воздушный купол, который надежно защищал от ревущего смерча.

– Позер! – тут же выпалил Буров и сжал кулаки так, что пальцы побелели.

Вот только Князева тоже была не так проста. Девушке удалось вплести в стихию еще и огонь. Смерч превратился в огненный столп, который оплавил землю и разогрел купол Борисова до такой степени, что парню пришлось его рассеять и скрываться за куполом воды.

– Смешение стихий! Да это же пятый луч! – выпалил пораженный Буров. – Такого просто не может быть!

А я знал, что Князева не так проста, как кажется! Еще после того случая на поле, когда Буров отлетел от меня на несколько метров, у меня закрались подозрения на счет силы Амалии. Тогда, во время подслушанного мной разговора преподавателей кто-то ляпнул, что это под силу только одаренным, раскрывшим в себе умение пятого луча. Выходит, я не ошибался. Да и в ходе тренировок становилось очевидно, что Князева выкладывается не на полную силу, хоть и делает огромную работу.

Смерч рассеялся, словно его и не было, а в сторону Борисова полетел огромный острый камень, который буквально на глазах сформировался из поднятой в воздух пыли. Этот замысловатый снаряд прошил водный барьер и ударил парню в низ живота. Тот согнулся пополам и упал на колени, держась за пах и жалобно скуля от боли.

– Бой завершен! –