пострелял, подал сигнал фонариком и улетел. Возможно, сразу после стрельбы, пока мы облетали гору. Сегодня в небе над горами много катеров, затеряться среди них легче легкого.

Почему-то именно эта мысль не ушла с остальными, а осталась, засев, словно крохотная заноза под кожей. Лишь когда мы с Алланом и Тайлером попытались загрузить злосчастный «телескоп» в катер и я, глянув под ноги, увидела на камне полустертый след, не замеченный прежде, эта мысль вдруг отозвалась болезненными выводом: проще всего затеряться среди других участников гонки!

* * *

— Интересный вывод.

Встав со стула, полковник медленно прошёлся взад-вперед, задержавшись у погасшего кострища и у нашего «трофея», на всякий случай развернутого «стволом» в небо.

Каждый шаг сопровождался тихим скрипом. Кард приобрел в Норнлокке длинное пальто с кожаными вставками — очень дешево, по сравнению со столичными ценами. Гномы платили хорошо, но предпочитали рассчитывать вес чистого мяса, а кожу с костями оставлять продавцу. Я и сама с трудом удержалась от приобретения куртки в гоблинском стиле, с орнаментом и бахромой. Пока удержалась, но если хозяин, как обещал, добудет ровно такую же, но с утепленным воротником…

— Однако список возможных кандидатов у нас в таком случае неприятно велик, учитывая ваше место в зачете на этом этапе.

— Я опасалась, что из-за задержки мы выпадем из гонки, сэр.

— И поэтому обогнали почти всех и пришли к финишу четвертыми. Понимаю…

— Нет, сэр, — неожиданно вступился за меня О'Шиннах. До этого момента он пытался раскачиваться на стуле, на что раскладное сооружение из палок и парусины реагировало жалобным потрескиванием.

— При всем уважении, сэр, не понимаете. То, как Фейри прошла ущелье Зур-Дах-Вир, надо было видеть. Причем сидя рядом с пилотом.

Сама я плохо запомнила оставшуюся часть этапа. После выстрелов Кэла и ползанья по горному склону азарт и страх ушли, оставив лишь спокойную расчетливость. Горы, камни, ветер, тени, запах талого снега, шум горной реки, поросший лишайником камень проносится слишком близко, голос Аллана с поправками курса, ругань Тайлера в переговорной трубке, дрожь «Варга», когда взбаламученный чужими пропеллерами воздух едва не подхватил нас. Но «едва» не считается, я удержалась на курсе и проскочила между галечной отмелью и днищем чужого катера, оставив его самого раскачиваться среди вихрей от наших пропеллеров.

Да, в «трещине, где ветер смеётся» мы обогнали довольно много катеров.

— Могу попросить глянуть записи с контрольных точек, — подал голос Джон Сибрук, — но не вижу в этом смысла. Они ведь могли не пролететь дальше, а вернуться в Долину Мельниц, пристроиться к отстающим. Да и после «глотки камня» многие садились на мелкий ремонт. А наша пилот, — Старый Шкипер произнес эти слова с особой интонацией, и я ощутила, как вспыхивают кончики ушей, — в самом деле отлично выступила. Не будь этой дурацкой задержки, пришла бы первой.

— Можно подробнее про возврат? — заинтересованно спросил майор Макфарлейн.

— Легко, — Сибрук вытряхнул уже знакомую карту из футляра, огляделся и, не обнаружив ничего, напоминающего стол, расстелил карту прямо на коленях. — Вот Долина… — палец с аккуратно подпиленным ногтем прошелся по изогнутому овалу с многочисленными значками мельниц, — вот «глотка камня», водопад, река. Контрольных постов на этом отрезке поставили два, на входе в ущелье и перед водопадом. Но, — Старый Шкипер дернул рукой, проводя черту наискось через горы, — если перемахнуть через вот эту гору и дальше, через перевал, выходишь как раз к реке и куда быстрее, чем ползти через «глотку».

— Для такого маневра нужен хороший пилот.

— Плохих пилотов к третьему этапу не осталось! — заявил Сибрук, сворачивая карту обратно, — разве что разбившихся можно вычеркнуть из подозреваемых. И то не всех, а только первых двух.

— Ну а что вы скажете? — обратился Кард к гному, с угрюмым видом обнимавшему бочонок. Пока что наглухо закрытый, но Грориссон явно желал держать его как можно ближе.

— Не нравится мне все это, — проворчал Ори. — Втянули, задурили голову… а я теперь ночей не сплю, вашу головоломку собрать пытаюсь. Катер, что подстрелили первым, «Парящий журавль», — я про него узнал кое-что. Паровая машина тройного расширения, горелка на керосине, пропеллеры с ручной регулировкой. Кое-какие хитрости, конечно, имелись, но совсем уж радикально новых, — выделил голосом гном, — технологий, которые, как вы тут все уверяли, ваш Музыкант обожает, в его конструкции рядом не стояло. Просто хорошо собранный катер, проверенные решения, опытная команда, потому и шёл одним из первых. Не воющее нечто, не электрический покойник, не наш «Варг».

— Финальная пристрелка? — подал голос Тайлер. — Проверил расчеты, заодно и приманка. Фейри могла захотеть приземлиться, узнать, не нужна ли помощь? Или хотя бы снизиться и сбросить скорость, чтобы разглядеть все получше.

Ори посмотрел на него с легким удивлением, словно мастер-гном не мог решить, сказал юный подмастерье что-то разумное или, наоборот, несусветную глупость.

— По вашим словам, эту штуку использовали в деле уже несколько раз. Значит, у стрелка хватало возможностей пристрелять его. В горах выстрел сложнее, но тоже считается, если знаешь как.

— А что вы скажете про само изделие? — развернулся к нему Макфарлейн.

— Гномская работа, — уверенно заявил Ори.

— Это вы решили по качеству обработки?

— А то! — с нарочитым вызовом вздернул бороду гном. — Разве человек смог бы так отполировать и подогнать детали? А резьба? — Грориссон погладил бочонок и внезапно расхохотался, отрывисто и хрипло.

— Купились? Только я вовсе не шовинист, или как там это называется. В правильную обработку давно уже умеют и люди, да что там… гоблина натаскать можно, если долго стоять над ним с палкой. А вот материал… — тяжело поднявшись, Ори пристроил бочонок на сиденье и вперевалку подошел к «телескопу», — чтоб вы понимали, тут бериллиевая бронза. По ряду свойств не уступает хорошей стали, по другим — лучше, но дорогая, как сокровища Короны, хе-хе. Собственно, почти оно самое и есть, в старые времена в расплав настоящие бериллы сыпали, по-другому даже мы не умели. Сейчас попроще, но все равно, кроме гномов, с бериллиевой бронзой почти никто не работает. Поэтому гном. С любовью, — Грориссон провел рукой по боку «телескопа», — сработано.

— А еще, — пробормотал Аллан, — из этой штуки с любовью разносили головы и паровые котлы.

Он говорил тихо, но гном услышал.

— Изготовление и применение, человек, это разные вещи.

— Да это понятно, — нетерпеливо произнес Тайлер, — давай уже вскрывать! Интересно же!

— Спешка, чтоб ты понимал, даже при ловле блох в бороде вредна! — наставительно произнес Ори. — А поскольку у тебя бороды не имеется, то спешить и вовсе некуда.

Произнося эти слова, гном нарочито медленно шел вокруг «телескопа», осторожно касаясь различных деталей, но даже