в черной «пилотской» куртке лежал в зарослях вереска, лицом вниз, вывернув левую ногу под неестественным углом.

Выскочивший первым О'Шиннах, присев на корточки, ухватился за плечо лежавшего, попытался приподнять… и отшатнулся.

— Мертв… и тебе лучше не смотреть.

— Аллан, одна нежная эльфийская дева дослужилось до инспектора вашей столичной полиции, — напомнила я, — как думаешь, сильно меня удивит или напугает еще один труп?

— Прости, забылся, — сорвав пучок травы, лейтенант принялся оттирать ладони, — но смотреть… поверь на слово, Фейри, оно того не стоит. Бедолага упал с большой высоты… так себе зрелище.

— Как и его катер, — указала я в сторону обломков. От них отчетливо пахло большой бедой. Горячий металл, вырвавшийся на свободу пар с кисловатым привкусом, керосин, кровь…

— Согласен, — Аллан отбросил траву и выпрямился, — пойдем, посмотрим.

Второе тело мы нашли рядом с катером — даже после смерти летчик упрямо продолжал хвататься за обломок штурвала. Молодой парень, с едва начавшими пробиваться усиками, вряд ли старше двадцати. Лицо показалось знакомым, но смутно. Наверняка мельком я видела его либо на вечеринке после первого этапа, либо в пабе после второго, да и просто на летном поле могли пересекаться. Но имя так и не вспомнилось.

— Похоже, выбросило при ударе о землю, — тихо произнес Тайлер, подняв обрывок ремня, — а вот механика…

От останков катера тоже пахло кровью, но пытаться найти кого-то среди перекрученного железа не стоило даже пытаться.

— Интересно, — Аллан обошёл керосиновую лужу, натекшую из лопнувшего бака, и опустился на корточки, а затем и на колени, пытаясь заглянуть вглубь остатков катера. — Что скажешь, инспектор полиции?

— А должна? — даже при внимательном взгляде я видела ровно то же, что раньше. Смятый и перекрученный ударом чудовищной силы металл. Деревянные части корпуса от удара разметало вокруг, на мятой раме удержалось лишь несколько досок сине-золотого цвета. Паровой котел сместился вперед и лопнул, тыча обрывками труб во все стороны сразу, машину сорвало с креплений, перекосило, заклинило…

— Кейворитная решетка, — подсказал Тайлер, — там, в глубине, виднеется…

— Традиционно на воздушные корабли ставят две решетки, — встав, лейтенант заложил руки за спину, — носовую и кормовую. Согласно правилам Адмиралтейства, мощности одной должно хватить для приземления «с безопасной для экипажа скоростью».

— А тут одна, — схватившись за торчащий обломок трубы, Том сунул руку вглубь останков катера. — Наверняка коррезская конструкция, они как раз любят ставить одну большую вместо двух помельче. Планки стоят вертикально.

— Именно.

Я посмотрела сначала на полугнома, затем на лейтенанта. Не похоже, чтобы они в такой обстановке решили подшутить над глупой ушастой девой. Просто в самом деле видели что-то, недоступное мне. Вернее, лучше понимали увиденное.

— А можно теперь все то же самое, но для эльфов?

Том и Аллан переглянулись.

— Попробуй ты, — сказал Тайлер, — у тебя образование и вообще язык лучше подвешен. А я пока попробую добраться до стопорной пружины.

Лейтенант вздохнул.

— Кейворитная решетка, — начал он, — обычно имеет в конструкции пружину, фиксирующую планки вертикально, в позиции минимальной тяги. Мера предосторожности, чтобы на стоянке корабль вдруг не воспарил в небеса сам по себе.

Над головой каркнула ворона — обижено-возмущенно, ведь она и её подруги уже слетелись на ужин и теперь возмущались помехами. С востока донесся низкий гул летящего на небольшой высоте гоночного катера.

— В полете пружину блокирует специальный механизм, — продолжил О'Шиннах, — простой, надежный, но…

— … если сломается, — голос Тайлера из глубины механизма звучал с непривычно-металлическим эхом, — решетка встает на вертикаль, и вся подъемная сила разом пропадает. Что и случилось у этих бедолаг.

— Шли они где-то на трех тысячах, — задумчиво сказал Аллан, — одного при падении выбросило… или выпрыгнул сам. Падать с такой высоты примерно полминуты, может, чуть меньше. Недостаточно, чтобы успеть хоть что-то сделать, но вот осознать происходящее времени более чем достаточно. Ну что там, Том?

— Не могу дотянуться, — прохрипел Тайлер, — но… вижу остаток механизма, и он какой-то странный… словно погрызенный.

— Пахнет соляной кислотой, — я наконец-то распознала запах.

— Да, похоже на действие кислоты, — Том вылез из обломков и, отойдя чуть назад, стал, засунув обе руки в карманы и словно бы нахохлившись. — Умно… как и надпил на нашей трубке с газом.

— Что мы можем сделать?

— Сообщить стюардам гонки, — пожал плечами Аллан, — примерные координаты я запомнил. Накрыть чем-нибудь от воронья… заказать в храме поминальные молитвы за их души. А ты что думаешь?

Я как раз думала, что хочу поскорее вернуться на «Варга» и подняться в небо. Где светло, чисто, а внизу расстилается волшебная страна с игрушечными домиками. С высоты все выглядит красиво, спокойно, безмятежно.

Но вслух сказала другое.

— Кто-то не хочет, чтобы все долетели до Клавдиума.

— Все, — отозвался лейтенант, — и не долетят.

Глава 31

В которой Фейри Грин узнает себе цену

Давным-давно и далеко-далеко не очень молодой, немного чудаковатый, но мудрый эльф, чей титул на эльфийском занимал три строки, а на человеческом звучал как «придворный парфюмер», устраивал своей очень юной ученице испытание. Пройти с завязанными глазами в знакомую комнату и по запахам понять, что в ней изменилось.

Сейчас, привычно устроившись на кушетке под пледом, я попыталась вновь сыграть в эту же игру и понять, что же изменилось в кабинете полковника.

Большая часть запахов оставалась прежней, знакомой, они сразу всплывали в памяти цельными образами. Горячий крепкий кофе — значит, Тайлер так и не появился, оставшись на лётном поле, и полковник сам заварил свою любимую жижу. Бумага и свинцовая краска — утренние газеты, не меньше двух. Вода? Наверное, для котёнка, Кард как-то обмолвился, что тот любит лакать из чашки на его столе, игнорируя собственное блюдце. А вот запах чернил немного иной, должно быть, старая бутыль кончилась, и полковник открыл новую. Солод, мёд, изюм… быть не может⁈ Кард притащил из Норнлокка коробку гномских кексов на темном эле?

Но все же основным источником новых ароматов являлся не стол полковника. И уж точно не пончики брата Винсента, хотя сегодня он почему-то предпочёл клубнику, а не свою любимую вишню. Поразмыслив, я пришла к выводу, что непривычнее всего чувствовался майор Макфарлейн.

— Организаторы гонки… — Кард зажмурился и медленно выдохнул сквозь зубы воздух вместе с непроизнесенными эпитетами, — по-прежнему не желают осознавать всю степень угрозы. По их мнению, гонка проходит совершенно как обычно, а число катастроф пока даже меньше, чем в позапрошлом сезоне. Поэтому об отмене финала или хотя бы переносе маршрутов не может быть и речи. Все согласовано лично с Лордом-Канцлером и утверждено Её Величеством. Единственное, чего я смог добиться: охраны лётного поля.