В своё время Сэм Листер снял все подозрения с Артура Ли Аллена, которого допрашивал в тюремной больнице в Атаскадеро в 1976 г. Уже в 90-е гг. независимые исследователи, изучив материалы допроса и больничную карту Ли Аллена, оспорили категоричность вывода Листера — выяснилось, что подозреваемый регулярно получал валиум и торазин, вызывавшие сильное и устойчивое торможение нервной системы. Употребление этих лекарственных препаратов лишало допрос с использованием «детектора лжи» всякого смысла, соответственно, утверждение Сэма Листера о невовлечённости Артура Ли Аллена в преступления Зодиака должно рассматриваться как безосновательное.

В случае с Мартином Смарттом ситуация повторилась. Листер в своём заключении не отразил факт лечения допрашиваемого у психиатра. Если вопрос о приёме лекарств, влияющих на работу нервной системы, и задавался Смартту перед допросом, то отражения в официальном протоколе не нашёл. Сейчас этот документ доступен, и все желающие могут самостоятельно ознакомиться с его содержанием.

Протокол допроса Мартина Смартта с использованием полиграфа, проведённого 17 апреля 1981 г. Мартину было задано 5 вопросов, по результатам ответов на которые и его неосознаваемым нервным реакциям оператор «детектора лжи» Сэмюэл Листер пришёл к выводу о непричастности допрашиваемого к убийству в доме № 28. Любопытно, что Смартт покинул «Кедди резёт» ещё до того, как протокол был официально оформлен и приобщён к материалам расследования (как видно из документа, случилось это 20 апреля, а Смартт уехал тремя днями ранее).

Как бы там ни было, Листер вынес своё решение о непричастности Мартина Смартта к убийствам в доме № 28. Последнему официально сообщили, что он не считается подозреваемым и может в любой момент покинуть «Кедди резёт». Смартт зашёл к себе домой, собрал рюкзак, закинул его за плечи и пешком двинулся в сторону шоссе № 70. Его увидел один из жителей Кедди и заподозрил неладное, ведь к тому времени уже многие знали о рассказах Мэрилин Смартт, прямо обвинявшей мужа в соучастии в убийстве — сама Мэрилин побеспокоилась на сей счёт, болтая со всеми подружками о признаниях Джастина Исона под гипнозом. Человек, увидевший Смартта с рюкзаком, позвонил в офис шерифа и сообщил, что Мартин, похоже, собрался бежать… Заявление честного гражданина записали, поблагодарили за бдительность и ничего предпринимать не стали.

Мартин добрался до автотрассы, поймал попутную машину и… приехал в Кламат-Фоллс, где и остановился в отеле «Аркади», в том же самом номере, что и «Бо» Бубед. Парочка явно имела некие общие планы, и эти планы держали их неподалёку от Калифорнии, хотя и вне границ штата. Любопытно, правда? В общем, дружки встретились и некоторое время прожили вместе в дешёвой, даже убогой гостинице, построенной ещё в 1919 г. и с тех пор не видавшей ни одного капитального ремонта. (Во время калифорнийского землетрясения 1993 года сгнившие стропила отеля провалились под собственным весом, несмотря на то, что в южном Орегоне толчки ощущались не очень сильными. Хозяева не стали восстанавливать «Аркади», видимо, посчитав, что гостиница никогда не окупит расходов на ремонт).

В августе 1981 г. жена упоминавшегося Ди Джея Лэйка, дружка Бубеда и Смартта, получила по почте открытку, в которой сообщалось, что «Бо» скоропостижно скончался. На самом деле это было не так, Бубед был в то время жив и, видимо, сам позаботился об этом почтовом отправлении. Наверное, он очень хотел, чтобы жители Кедди поскорее забыли о его пребывании в округе Пламас. В действительности Северин скоропостижно умер 1 ноября 1988 г. в больнице в Чикаго. Его смерть, как и всё, что происходило с этим человеком при жизни, выглядела довольно подозрительно. Он перенёс сердечный приступ, но быстро был доставлен в больницу, восстановился и уже собирался было домой, как неожиданно упал и потерял сознание. Вскрытие трупа произведено не было, родственники претензий больнице не заявили, и тело быстро кремировали. От чего именно умер Северин «Бо» Бубед, в точности так и не было установлено.

Мартин Смартт пережил своего товарища, хотя и окончил свою жизнь при гораздо более трагических обстоятельствах. Летом 1997 г. при попытке совершить сделку по приобретению партии наркотиков его убил неизвестный драг-дилер. Что именно пошло не так и кто был убийцей, выяснить так и не удалось, по крайней мере, такова официальная версия событий. (Впрочем, объективности ради, укажем, что имеется информация о том, что Смартт якобы умер от онкологического заболевания 26 мая 2000 г. в больнице г. Портленд, штат Орегон, и был кремирован. Однако, нет полной ясности в вопросе, тот ли это Мартин Смартт, который явился персонажем настоящего очерка. Последняя абсолютно достоверная информация о «нашем» Смартте относится к октябрю 1994 г., когда ему было отказано в выплате денежного пособия, которое он просил назначить ему «как ветерану вьетнамской войны, получившему на воинской службе посттравматический синдром».)

На этом Мартин Смартт и его дружок Северин «Бо» Бубед исчезают из сюжета, оставив после себя множество безответных вопросов и логических неувязок. Подробный рассказ об этих людях был совершенно необходим, поскольку их фамилии в разных контекстах будут нам встречаться ещё не раз. С их пребыванием в «Кедди резёт» связана одна из самых популярных ныне версий произошедшей там трагедии, и для того, чтобы понять её внутреннюю логику, необходимо было подробно рассказать об этих персонах.

Теперь же, следуя логике повествования, надлежит вернуться к рассмотрению событий 12–13 апреля 1981 г., поскольку таковые отнюдь не исчерпывались розысками и допросами Смартта и Бубеда. В эти дни следственная группа проделала большую работу, опросив и запротоколировав показания значительного числа людей, либо находившихся в «Кедди резёт» в ночь с 11 на 12 апреля, либо сообщивших информацию, ценную для понимания причин и обстоятельств трагедии.

Общее количество опрошенных превысило полусотню человек, и в рамках данного очерка физически невозможно пересказать все их сообщения. Поэтому остановимся на наиболее существенной информации, добытой детективами следственной группы и повлиявшей на разработку основных версий трагедии.

Донован Дэвис, родной брат Гленны «Сью» Шарп, принявший её в Калифорнии и много помогавший в трудных жизненных обстоятельствах, сообщил полиции о мужчинах, с которыми его погибшая сестра вступала в интимные отношения после того, как рассталась с мужем. Этих мужчин, согласно его уверениям, было не так много, буквально двое или трое, и все сексуальные связи Гленны были кратковременны. Информация Донована имела для следствия на том этапе скорее ориентирующее значение, нежели практическую ценность, поскольку брат смог назвать фамилию и место проживания только одного из любовников сестры — это был некий Джо Бэйз (Joe R. Baze), проживавший в Квинси. Об остальных Донован знал совсем немного: имя и примерное время их связи с Гленной. Сообщение брата в этой части требовало проверки и уточнения. Помимо этого, Донован Дэвис сообщил о некоторых внутрисемейных проблемах, возникших у Гленны и её детей