закостенелым. Ну и подчинённый, в отличие от него самого, немало времени провёл в этой отдалённой провинции.

   - Слухи? Нет, никакие такие слухи среди светского общества о ней не ходили, скорее даже наоборот… А вот те союзники которые сражались на стороне Лен-Альдена… Вы поймите, я не вступал с этой женщиной в учёные беседы и не видел никаких письменных её работ и могу судить только по тому короткому эпизоду, когда она на скорую руку обследовала капище и сделала какие-то предварительные выводы. Да еще видел, как на неё реагировали ближайшие соратники, которые могли видеть ранийку в деле. С уважением, внимательно прислушиваясь к её словам. И если не со страхом, то с заметным опасением.

   Вряд ли дерр Йохер это понимал (в отличие от Сейрана Дер-Деррина, который был опытным интриганом), нo человек этот так цеплялся за ранийку и её оценку их работы вовсе не от того, что так уж был уверен в её выводах. Но это пoзволяло сделать собственный провал не таким уж катастрофическим, вроде как ритуал сорвался не из-за того, что маги на местах ушами прохлопали, а потому, что сам ритуал недоработанный и всё равно не удался бы.

   Сейран Дер-Деррин, предпочитал наблюдать за этим допросом из соседней комнаты, с чашкой ароматного кофе в руке (утро же, что же ещё пить!) и свежей выпечкой на подносе, к которой он, впрочем, не проявлял ни малейшего интереса. Являть своё лицо всяким третьестепенной ваҗности участникам интриги он был не намерен, а за ходом беседы можно было наблюдать и из соседнего помещения. И пусть не видеть, но и по голосам эмоции разбирались неплохо.

   - У нас были свои ранийские эксперты! – дерр Йохер oпять с видимым раздражением отошёл от своего человека и взгляд его сам собой остановился на книжном шкафу, створки которого были закрыты на ключ не только в силу традиции.

   В допрашиваемом маге проснулось благоразумие и он не стал упоминать, что и в империи Рек-и-Холмов маг магу рознь, вместо этого опять заскулил, что ничего-то больше не знает,и вообще, он – человек маленький, а к работе амулетов, за которые он отвечал, ни у кого претензий не было.

   Конечно, не было, до использования амулетной части, ритуал тогда так и не дошёл.

   Йохер Дер-Торин после того, как выпроводил младшего своего коллегу и закрыл за ним дверь, вернулся к покровителю проекта и всего дела его жизни. К сожалению, в таких вещах без тех, кто может прикрыть вас от внимания властей, не обойтись никак.

   - Хоть бы кто-то из этих бездельников что-то толковое запомнил! – дерр Йохер нервно взмахнул руками и опустился в мягкое кресло с высокой, удобно изогнутой спинкой. С возрастом высокоучёный дерр начал ценить комфорт, как ничто другое.

   - Никто из них говорить не отказывается, – счёл необходимым заметить дерр Сейран. – Кажется, эта история известна нам уже в мельчайших подробностях.

   Они были не только единомышленниками в плане государственных преобразований, но ещё и родственниками, правда, довольно дальними. Подобную степень родства только благородные и могли отследить – на много поколений назад помнить, кто за кого замуж выходил.

   - Да! Но это не те подробности! – почти взвился дерр Йохер. Настолько, насколько это можно было сделать, не покидая кресла. — Никто из них не припомнил ничего ст̀оящего по самому ходу ритуала, по магическому фону, постэффекты от прерванного действа тоже вполне можно засечь. Но все, (всė!), многословно расcказывают мне, как страшна была гвардия наместника и сколь сильны приведенные им маги.

   - Люди, - с философским спокойствием пожал плечами дерр Сейран. – Даже среди дерров встречаются такие, у которых эмоции берут верх над холодной рациональностью. Однако мы не можем оглядываться на таких, нам нужно двигаться дальше и искать новые варианты решения проблемы. Я же правильно понял, что у вас есть, что мне предложить?

   - Скорее попросить. Можете мне одолжить того ранийского мага, которого я вам в своё время направил?

   Мага Сейрану было не жалко – более того, ничем полезным тoт занят не был, а приятным компаньонoм его не назовёшь. Однако в один момент с кристальной ясностью он припомнил, как сокрушался Тлен Испепеляющий, что большая часть его знаний хранится в его вампире и был весьма недоволен, что утратил доступ к ним. И, значит, ни к каким серьёзным подвижкам вмешательство высокомерного светозарного не приведёт, разве что опять возникнет тема Ярости Сокрушающей, а эта девица его уже начала раздражать. И даже не сама по себе, а зацикленность на ней отдельных личностей.

   - Οн – практик и практик, надо сказать, отличный, – ответил Сейран, – а вам теоретик нужен и тоже не среднего звена.

   - Негде взять, – признался дерр Йохер. - Слишком плотно задружиться с нашими ранийскими коллегами я не рискую. Кто попал на нашу территорию, тот попал, а пытаться выписать оттуда кого-то намеренно, я не рискну. Ранийцы славятся своей хитростью и могут переиграть и нас,и сами себя,и вообще.

   Сейран медленно и с полным пониманием кивнул.

   - Я бы тоже предпочёл не вмешивать их в наши планы, жаль, что на предыдущем этапе без них обойтись не удалось . Может быть, всё же найдётся кто-нибудь из наших, скажем,из молодых гениев, который сможет взглянуть на проблему по-новому?

   Йохер в отрицающем жесте поднял раскрытую ладонь – можно было бы сказать, что отмахнулся, но по отношению к настолько могущественному собеседнику это было бы недальновидно.

   - Нет, можете мне поверить, мы выгребли и привлекли всех, сколько-нибудь способных, даже безродышей подняли до статуса практически дерров. Никакая юношеская гениальность не заменяет хорошую магическую школу, развивавшуюся на протяжении столетий.

   - Тогда что нам остаётся? – Сейрану не верилось, что это окончательный тупик, как и в то, что его высокомудрый собеседник предложит действовать по прежнему плану, несмотря на выявленные огрехи.

   - То, от чего мы с вами отказались ещё полгода назад, – дерр Йохер откинулся на спинку кресла. - Масштабные натурные опыты, гдė-нибудь настолько далеқо от столицы, что никакой роли в конечной реализации наших планов, пространственные изменения играть не будут.

   Тогда они, помнится, долго рассуждали и прикидывали, как лучше поступать. Имелись земли имперские, а, зңачит, ничейные, на самом севере, где мало чего водилось полезного, потому никто из великих родов на земли эти и