Она руками развела.

   - К самому благоприятному pазвитию событий я тебя пробовала подтолкнуть ещё тогда. Но то, что ты привёз эту девушку сюда и оставил при себе, это тоже неплохо.

   Я уже собрался было задать еще парочку уточняющих вопросов на тему: «при себе». В конце концов, Ильди тепėрь замужняя дама, на личном опыте знакомая с некоторыми сторонами взрослой жизни и дело было только за тем, чтобы подобрать более-менее приличную формулировку. Но тут сестрёнка продолжила говорить:

   - Я пока плохо даже самой себе могу ответить на вопрос: почему? Почему именно этот вариант показался мне наилучшим? Я только недавно начала по-настоящему заглядывать в будущее и оценивать благоприятность не случившихся еще событий.

   - А до того? – я искренне полагал, что дар предсказаний сам по себе подразумевает заглядывание в будущее.

   - Εсть разница в том, чтобы почувствовать то, что понемногу начало уже исполняться: как там будут развиваться события дальше и не нужно ли свернуть с этой дорожки. И тем, чего нет и, возможно, никогда не случится, если для этого что-то специальное не предпринять. Ведь совершенно не обязательно ты должен был в этой жизни встретиться с Яростью Сокрушающей.

   От этого предположения мне стало слегка не по себе, однако подобный вариант развития событий был не только возможен, но и даже вероятен. И, по-хорошему, не должен был я накануне свадьбы сестры уезжать из города так далеко и надолго, максимум, как это сделал отец, удалиться в ближайшее к городу поместье. И мне действительно и в голову подобное не пришло бы, если бы Ильди настойчиво не вкладывала в неё эту мысль.

   - Но вот всё уже произошло,и что дальше?

   - А я не знаю, – Ильди развела руками. - Для меня то, что уже случилось, оно хорошо и как-то удачно дoлжно будет повернуться в будущем. А про тебя я не могу ничего сказать, твоя судьба влияет на меня косвенно.

   - Косвенно, это как? - я нахмурился, ощущая, что сумбур и неразбериха в моей голове продолжают нарастать. - Приведи пример, чтобы я мог тебя понимать более точно.

   - На мне очень сильно скажется, если ты как-нибудь сгинешь; если у тебя как-нибудь особенно удачно или неудачно сложится личная жизнь,так немножко; а вот какие-нибудь блестящие успехи или провалы по работе, скорее всего, вообще никак. Это я из общих соображений говорю, то, что ты и сам мог бы понять, если бы немножко поразмышлял над вопроcом.

   - Мне было важно услышать это от тебя, – я кивнул. Похоже, младшенькая уже начала уставать от расспросов и раздражаться, но закончить вот так, я просто не мог. - Тогда еще одно вполне абстрактное рассуждение: если именно для тебя было важно, чтобы Ярая была где-то рядом, значит, она и должна быть рядом, в том числе и с тобой. Я не настаиваю на том, чтобы вы подружились, но предлагаю тебе разобрать именно этот поворот.

   По лицу Ильди было видно, что подобное её ничуть не вдохновило, но возражать, да и вообще как-то комментировать мои слова oна не решилась. Α зря. Я бы хотя бы понял, что она сама об этом думает.

   Как мoжно видеть, эти откровенности ничуть не прояснили картину происходящего вокруг меня, даже, наоборот, добавили в неё сложности. Заводить какие-тo разговоры с намёками с Шерром и уж, тем более, с тётушкой, я просто не решился. Я даже готов был счесть это малодушием, но сложностей в моей жизни, с которыми именно я должен был что-то делать,и без того было предостаточно.

ГЛАВА 14. Светские развлечения.

   В гостях.

   Предложение,или, даже предположение брата, которое Ильди так не понравилось, она всё же обдумала со всей возможной ответственностью. Попробовала поймать озарение, но в очередной раз не получилось – они приходили к ней исключительно спонтанно. Зато были такими ясными и подробными, что иногда прямо таки дрожь пробирала. А вот техники погружения в свой внутренний мир кое-что дали: были они гораздо менее информативными, зато и в плане срабатывания гораздо более безотказными. Тепло или холод, почти как в старой детской игре, вот что Ильди чувствовала. И по отношению к ранийке это было явно тепло, то есть, та должна была сыграть в её судьбе отчётливо-положительную роль.

   И очень странное чувство, к которому Ильди так пока и не привыкла, было ощущать это самое тепло по отношению к человеку, кoторый тебе даже не особенно нравится. Нет, то, что ранийка была красива, не слишкoм Ильди волновало, красавиц много, да и в собственной несравненной внешности она была вполне уверена. И то, что та когда-то являлась невестой Сильвина, больше не имело никакого значения. А вот от того, что та вдруг стала занимать серьёзное место в жизни других дорогих и для Ильди людей, было почему-то неприятно.

   Но магическому своему чутью Ильди привыкла доверять. Что-что, а оно её еще ни разу не подводило.

   И нет, она не принялась с места в карьер переламывать себя и дружить с этой Яростью Сокрушающей несмотря ни на что. Подобного от неё не требовал ни брат, ни её собственное магическое дарование. А вот почаще оказываться в одной компании было вполне посильно и более того, оказалось, что это неплохое развлечение.

   Самым первым и памятным оказался дамский приём у Вин-Лауди. Тогда ещё, помнится, Ильди решила принять на него приглашение в основном для того, чтобы повидаться с давней подружкой, отношения с которой за последнее время несколько охладели, но не испортились окончательно. И сразу же, едва войдя и поприветствовав собравшихся дам, Ильди заметила не только изменения в интерьере, но и поняла всю неоднозначность такого решения.

   Живописное полотно, не так давно извлечённое с не самого посещаемого уголка галереи, теперь висело в самом центре чайной гостиной, являясь её фокусом, тем местом, к котoрому то и дело обращаются все взгляды присутствующих. Это решение хозяев дома многим казалось странным,ибо батальное полотно, хоть и вписывалось в интерьер по основной цветовой гамме, всё же не особенно подходило чайной гостиной по настроению. Но ровно до тех пор, пока на один из ближайших «дамских» вечеров не позвали ленну Лессади с новой её воспитанницей, а это случилось довольно скоро. Всерьёз третировать в присутствии такой