высветилось «Горький А. М.». Разумеется. Только еще одной проблемы не хватало…

— Слушаю, Алексей Максимович.

— МИША! — директор КИИМа кричал так, что Данила вздрогнул и чуть не выехал на встречную. — Этот твой Валера! Он прыгнул в трещину! В портал! Просто взял и прыгнул! Я стою тут, как идиот, а он улетел! Куда? Зачем⁈

— Алексей Максимович, я в курсе.

— Как ты в курсе⁈ Это произошло минуту назад!

— У меня хорошая система оповещения, — уклончиво ответил я. — Не волнуйтесь. Я связался с Валерой. Он жив, здоров и в своем обычном состоянии.

— В обычном⁈ Это-то и пугает!

— Послушайте, он взрослый мужчина. Ну, в некотором смысле. Ему много лет, у него очень много опыта, он справится. Как там обстановка в институте?

Горький шумно выдохнул в трубку. Я буквально услышал, как он протирает очки и пытается успокоиться.

— Обстановка штатная. Божество уничтожено. Валера его высосал досуха, как мы обычно делаем с кристаллами. Побочные разрушения минимальны. Окна в западном корпусе полопались, но Алефтин уже вызвал ремонтную бригаду.

— Студенты?

— Целы. Я возобновил занятия. Война войной, а расписание по расписанию.

— Золотые слова, Алексей Максимович. Если что-то изменится, звоните.

— Непременно, — буркнул Горький и отключился.

Я убрал телефон и посмотрел в окно. Москва проплывала мимо, обычная, зимняя, с суетливыми прохожими и заснеженными крышами. Никто из них даже не подозревал, какая каша заваривается у них над головой.

— Данила, меняем маршрут. Нам на Сахалин.

— Это через портал? — уточнил водитель.

— Не, ну если ты хочешь на дирижабле… — я вздохнул и подумал, что Данила не поймет моих шуток юмора. — Через портал.

— Я читал, что в Южно-Сахалинске открылся новый автосалон с японскими запчастями. Было бы здорово успеть до закрытия.

— Данила, мы едем спасать мир.

— Одно другому не мешает, начальник.

* * *

Сахалин.

Лаборатория Натальи.

Наталья встретила нас в своей лаборатории и, судя по синякам под глазами, работала она не одни сутки подряд. Зная ее характер, это было вполне нормально. Волосы собраны в небрежный пучок, халат застегнут не на те пуговицы, на столе среди десятка приборов стоял давно остывший чай. Рядом копался Унур, подключая какие-то провода к прибору, похожему на микроскоп с антенной. Не сказал бы, что он выглядел лучше.

— А оборудование проверено? — на всякий случай уточнил я.

— Обижаешь, — не поднимая головы, отозвался Унур.

Наталья без лишних предисловий включила свой агрегат и на экране появилась карта северного Метеоритного Пояса, испещренная красными и синими точками.

— Миша, я нашла кое-что, — сказала она. — Когда ты вчера привез данные с совета, я прогнала их через нашу систему мониторинга. Помнишь, мы фиксировали аномалии в Северном Поясе еще месяц назад?

— Помню. Ты говорила, что это остаточное излучение от метеоритов.

— Я ошибалась, — сказала она, щелкнула кнопкой, и на экране появилась подробная карта сектора. Это не остаточное излучение. Это постоянный источник энергии. Мощный. И он находится глубоко внутри Пояса, примерно в ста километрах от ближайшей границы, и в пятистах километрах от нашего портала.

— Божество? — уточнил я.

— Предположительно. Сигнатура не совпадает ни с одним известным нам типом метеоритных кристаллов. Она черная.

Черная сигнатура. Это зацепило мое внимание, и я перевел взгляд на Лору. Та кивнула.

— Черная энергетика характерна для некромантии, — подсказала она мне. — Или для Хаоса высокого уровня. Но если это Северный Пояс, то скорее некромантия.

Некромантия на Северном Поясе, да еще и с черными кристаллами. В голове начала складываться картинка, от которой мне стало не по себе. Некромант, который умел воскрешать мертвых и которого забрал черный кристалл.

Лермонтов.

— Наталья, есть еще что-нибудь?

— Да, — она листала карты на экране. — В радиусе полукилометра от источника мы зафиксировали полное отсутствие любой активности. При этом температура в зоне на двенадцать градусов ниже, чем в окружающей местности. И еще одна странность: вокруг источника обнаружены множественные объекты, которые наша аппаратура идентифицирует как «неподвижные биологические формы».

— Скорее всего наши маги, — нахмурился я.

— Возможно. Без визуального подтверждения утверждать не могу.

— Значит, надо лететь самому.

— Миша, — Наталья нахмурилась, — если это божество, причем достаточно сильное, чтобы глушить сигнал, то лезть туда в одиночку…

— Дорогая моя… Как будто для нас это когда-то было проблемой? — вставила Лора, но ее, понятное дело, услышал только я.

— Я же не в одиночку. Со мной Болванчик и весь его набор, — я похлопал по браслету на запястье. — Плюс Ерх и родовой меч. Справлюсь.

Наталья хотела возразить, но Унур положил ей руку на плечо и покачал головой. Он достаточно давно работал со мной, чтобы понимать: если я решил куда-то лезть, остановить меня можно только физически. И то не факт.

— Хотя бы возьми улучшенный Г. О. В. Н. О. З. А. Ж. И. М., — она полезла в ящик стола и вытащила свою чудодейственную штуковину. — Я доработала формулу. Теперь он восстанавливает ткани на тридцать процентов быстрее и работает при температурах до минус семидесяти.

— Спасибо, — кивнул я и убрал его в пространственное кольцо. — Дай мне точные координаты.

Через десять минут я уже летел над Сахалином в сторону портала. Машину оставил у лаборатории, чтобы Данила мог съездить в свой автосалон. В конце концов, пусть хоть кто-то сегодня займется чем-то приятным.

* * *

Северный Метеоритный Пояс.

Холод ударил сразу, как только я вышел из портала. Не обычный зимний мороз, к которому я привык на Сахалине, а пронизывающий до костей холод, от которого хотелось немедленно убраться подальше и там завернуться в одеяло. Синие кристаллы, характерные для Северного Пояса, помогали переносить эту температуру, так что я впитал несколько штук из запасов в пространственном кольце. Лора начала разгонять кровь, чтобы хоть немного согреться.

— Минус пятьдесят два, — сообщила Лора, появляясь рядом в толстом меховом полушубке и валенках. На голове у нее красовалась ушанка с завязанными под подбородком ушами. — Координаты Натальи ведут на северо-восток. При твоей скорости полета и с учетом ветра — это около часа сорока минут.

— Полетели.

Я активировал детальки на ногах, поднялся в воздух и двинулся в указанном направлении. Болванчик, свернувшийся в компактный конус, несся рядом, а его детальки периодически сканировали территорию.

Северный Пояс производил на меня тяжелое впечатление. Бескрайняя белая пустыня, метеоритные кратеры, занесенные снегом, и абсолютная тишина. Даже монстры здесь попадались реже, потому что условия были слишком суровыми для большинства видов.

Чем ближе я подлетал к координатам, тем сильнее менялся пейзаж. Снег постепенно приобретал сероватый оттенок, пока и вовсе не почернел. Нечто окрашивало его, пропитывая темной энергией.

Наконец я увидел кристаллы.

Черные, матовые, торчащие из-под снега под разными углами,