расползаясь по полу. — Все это жалкий балаган. Собрали людишек, размахиваете мечами, строите планы, и все зря! Скоро Дверь откроется, и не останется ничего. Ваша борьба только вопрос времени!

— Ну, время это такая штука, — сказал я, присев рядом с ним на корточки и еще раз влепив щелбан. — Его вечно не хватает. Особенно когда кто-то мешает.

— Мешает⁈ — голос Грэма перешел в хриплый смех. — Ты так думаешь? Ты еще глупее, чем я думал, Кузнецов!

— Возможно, — согласился я. — Но пока мы тут разговариваем, хочу уточнить. Твое настоящее тело сейчас находится в Австралии, верно?

Смех оборвался.

— Если точнее… — я посмотрел на Лору. Она вывела координаты, которые мы получили на днях. — Тридцать три градуса пятьдесят две минуты южной широты, сто пятьдесят один градус двенадцать минут восточной долготы. Подземный комплекс в горном массиве к западу от Сиднея. И чего вам так нравится постоянно сидеть в каких-то подземельях? Почему нельзя выбрать солнечный остров, или какое-нибудь высотное здание с красивым видом на город?

В зале воцарилась гробовая тишина. Грэм на полу замер.

— Ты… — голос божества лишился всякой уверенности. — Откуда…

— Секреты рода, — пожал я плечами. — И плохая привычка не спать по ночам.

Грэм дернулся. Его тело напряглось, жилы на шее вздулись, глаза закатились. Божество пыталось убить сосуд, обрезать связь и уничтожить улики. Я видел такое раньше: Хаос выжигает нервную систему изнутри, и через несколько секунд от человека остается только пустая оболочка.

Но на этот раз я был готов.

Я положил ладонь Грэму на лоб и потянул из него чужеродную энергию. Глубоко внутри пульсировал чужеродный сгусток. Темный, склизкий, цепляющийся за нервные узлы, как плющ за стену. Я нащупал его и рванул на себя.

Грэм взвыл. Из его рта, носа и ушей повалил черный дым. Пальцы скребли по мраморному полу. Тело выгнулось дугой. Сгусток хаоса вырвался наружу, закрутился в воздухе, ища выход, но я схватил его и сжал в кулаке. Он зашипел, обжигая ладонь, и рассыпался пеплом.

Грэм обмяк.

— Лора?

— Пульс слабый, но ровный. Дыхание стабильное. Он чист, — подтвердила Лора. — Инородный фон ноль. Жизненные показатели стабилизируются.

Я выдохнул и поднялся. Ладонь саднила, как после ожога.

Половина зала столпилась вокруг Ричарда VI. Мечи, жезлы и заряженные руны были направлены на короля Австралии со всех сторон. Мурад Сулейман держал клинок в сантиметре от его горла. Фон Бисмарк целился в него из артефакта, похожего на короткоствольный пистолет. Даже Мэйдзи стоял в боевой стойке, хотя его руки были пусты, что делало его еще опаснее.

— Если помощник оказался сосудом, — холодно проговорил Мурад, — где гарантия, что его хозяин чист?

— Может, в нем тоже сидит тварь? — добавил Ганзар.

Ричард стоял в боевой стойке, готовый к сражению. Руки он держал на мечах на поясе. Я вздохнул. Вот за что я не люблю международную политику, так это за привычку сначала тыкать мечом и только потом думать.

— Опустите оружие, — сказал я. — В Ричарде нет божества.

Мурад не шевельнулся.

— Откуда вы знаете?

— Потому что я только что вытащил паразита из его помощника. Если бы Ричард тоже был заражен, я бы почувствовал. Божества фонят, как сломанный кристалл рядом с измерительным артефактом. Ричард чист.

Мурад по-прежнему не убирал меч. Упрямый болван.

— Ричард, — я посмотрел на короля. — Отвечайте прямо и коротко. Вы сотрудничали с божествами? Знали, что Грэм заражен?

— Нет, — голос Ричарда был тихим, но твердым. — Я не знал. Грэм работал со мной тринадцать лет. Он… — король запнулся и сжал челюсти. — Нет. Я не предатель.

«Не врет, — вывела Лора текст перед моим глазом. — Пульс стабильный. Микромимика соответствует. Девяносто шесть процентов вероятности, что говорит правду.»

— Он не врет, — подтвердил я вслух. — Уберите мечи. У меня есть способность распознавать ложь.

Мурад помедлил еще секунду, и опустил клинок. За ним, один за другим, остальные последовали его примеру, и Ричард тяжело сел в свое кресло. Он выглядел лет на двадцать старше, чем был полчаса назад.

— Грэма в лазарет, — распорядился Петр. — Немедленно.

Два гвардейца подхватили бессознательное тело и вынесли из зала. Ричард проводил их взглядом и отвернулся к окну. Было видно, что ему хочется пойти следом, но гордость не позволяла.

Петр поднялся и оглядел зал. Гобелены, колонны, разбросанные кресла, перевернутый кубок на столе. Тронный зал выглядел так, будто здесь провели не дипломатическое собрание, а небольшую войну. В общем, как обычно.

— Думаю, на сегодня достаточно, — произнес Романов. — Все увидели, с чем мы имеем дело. Божества среди нас. Они используют людей, проникают в крепости и владеют секретами, о которых мы даже не подозреваем. Состязание через неделю. Московская арена. Каждая страна присылает одного сильнейшего воина, или несколько. Правила будут разосланы завтра.

Он помолчал и добавил:

— И на будущее, господа. Проверяйте своих помощников.

Лидеры потянулись к выходу. Ричард, тяжело поднявшись, последовал за ними. Проходя мимо, Мурад коротко кивнул мне, что у османца означало высшую степень одобрения. Карл просто умчался прочь, не удостоив взглядом. Елизавета задержалась на секунду, сдержанно поклонилась и вышла. Блин Лол хлопнул меня по плечу, после чего удалился, покачиваясь, как корабль на волнах.

— Знаешь, — улыбнулась Лора, — кажется, ты им даже понравился. Не всем, конечно. Но процентам сорока.

— Сорок процентов, это новый рекорд.

— Для тебя? Да.

Подойдя, Мэйдзи положил мне руку на плечо. Сказал только одно слово:

— Молодец.

И ушел.

Петр задержался у выхода и посмотрел на меня.

— Координаты, которые ты назвал, это точные данные?

— Достаточно точные, чтобы начать искать.

— Тогда будем работать с Ричардом. Это его территория. Думаю, после сегодняшнего он будет рад помочь.

— Думаю, после сегодняшнего он будет рад кого-нибудь убить, — заметил я.

Петр кивнул и вышел. Рафик побежал за ним, прижимая к груди папку, в которой теперь было на несколько страниц протокола больше, чем планировалось.

Я остался один в Тронном зале. Перевернутый кубок на столе, мокрое пятно на скатерти, ожог на моей ладони и тишина. Через неделю мне предстоит драться с лучшими магами планеты, чтобы доказать, что я достоин их возглавить. И это еще не говоря о том, что нам нужно искать детали для Риты, и куча других дел…

Эхх… Списки дел у Кузнецова никогда не кончаются.

— Миша, — мурлыкнула сидящая на столе Лора. — Пойдем уж. Данила наверняка заждался нас, а ты знаешь, что он делает, когда скучает.

— Рассматривает прохожих дам?

— И ковыряется под капотом. И дамы тоже. Причем второе ему удается хуже.

Я усмехнулся и направился к выходу.

* * *

Выехать из Кремля оказалось сложнее, чем залезть в вентиляционную