интересно. Но спросить об этом было не у кого.

А вот что дальше – не знал никто.

Однажды сильный ветер налетел на наши листочки и оторвал их от родной ветки. И закружил – понёс над землёй. Пока могли, они перекрикивались, «как всё прекрасно» и «я тебе говорил».

А потом их унесло далеко друг от друга.

Один листочек приземлился в лужу. День был солнечно-ветреный. В луже отражалось небо с плывущими облаками, и листочек подумал: «Как интересно: я летел сверху вниз и всё равно попал на небо!»

Второй листочек унесло в рощицу. Там он спланировал на кучу других листьев и подумал: «Как хорошо, что после такого прекрасного полёта я не одинок! Что может быть хуже одиночества?»

Оба листочка были абсолютно счастливы.

Букет

Засеяли как-то поле рожью. Поле было обычным. По всей стране такие есть. Рожь уродилась добрая, густая. Да и лето стояло прекрасное – то дождик тёплый, ласковый прольёт, землю напоит, то солнышко прогреет. Ни засухи, ни потопа не было. Замечательное выдалось лето!

«Одно плохо, – шумели меж собой колосья ржи, – сорняки разрастаются. И как они сюда попали-то? Кто их пустил к нам? Выдрать их с корнем, чтобы неповадно было! Нам самим места не хватает!» А сорняки знай себе растут и солнцу радуются.

Однажды один сорняк спросил другого:

– Ты кто? Как тебя зовут? А то соседи, которые Рожью себя называют, только и знают что ругаться. Они, мол, для пользы людской, а мы бесполезные и ненужные. Им только жить мешаем!

– Меня зовут Ромашка. И таких, как я, тоже называют Ромашками. Но соседи дразнят меня сорняком и говорят, что я им жизнь порчу, – грустно сказала она.

– А меня зовут Василёк, – радостно прошелестел Василёк. – Меня тоже всё время ругают, что, мол, ни к селу ни к городу я здесь вырос. А ты посмотри, сколько нас здесь!

– Да и нас не меньше, – ответила Ромашка. – Вот непонятно: почему эти жёсткие и некрасивые растения нас ругают? Мы ведь гораздо красивее их!

– И имя у тебя красивое, – смущённо сказал Василёк.

Ромашка тоже засмущалась и затрепетала всеми своими лепесточками.

А по дороге, которая проходила сквозь всё поле, шла детвора с купанья. За полем, в низинке речушка небольшая, совсем мелкая протекала – родители поэтому детей и отпускали одних. Девочки с восторгом и аханьем стали собирать себе букеты: одни из синих васильков, которые россыпью цвели по всему полю, другие – из ромашек, а третьи смешивали васильки с ромашками, да ещё несколько колосьев ржи добавляли для красоты. Букеты получались на загляденье! «Вот и правильно, – ворчала Рожь, – нечего им с нами на одном поле делать! На помойку их!» И все стебли Ржи радостно шелестели, поддакивая.

А детвора, прибежав домой, в стаканы да банки с водой букеты свои поставила. А сами банки на подоконники, ближе к солнышку. И комнаты будто осветились солнечным светом.

Василёк с Ромашкой уже подружились, да их ещё несколько цветков вместе было. Тут и пара колосков Ржи к ним в соседи попала. Сначала колоски горевали сильно, но воды прохладной да чистой напились и тоже сдружились с теми, кого раньше сорняками называли. Все цветы напились воды, расправились – любо-дорого смотреть на такие букеты было! Словно кусочек лета в домах поселился да радостным солнечным зайчиком запрыгал по стенам, по подоконникам; звенящим детским смехом рассыпался повсюду.

Посмотрит человек на такой букет и улыбнётся невзначай, а чему – не знает.

Спор

Поспорили Зима с Весной, кто из них сильнее да кто людям нужнее.

Старая, седая Зима занесла все поля, леса, дороги снегом. Не пройти, не проехать людям. Холодом лютым морозила – да так, что птицы на лету замерзали.

Иногда, для разнообразия, поднимала такую пургу – в двух шагах ничего видно не было. Радовалась Зима, думая при этом: «Сильна я. Никто меня не победит. Ни людишки, ни хвастунья Весна».

Но люди одевались потеплее, дороги расчищали специальной техникой, ездили на работу. Детвора с радостью играла в снежки, каталась на санках и лыжах, лепила снежных баб. Заливали катки в парках и под весёлую музыку катались на коньках. Взрослые делали из снега красивые фигуры, обливали их водой. Фигуры замерзали, и получалась ледяная сказка. Везде слышался звонкий детский смех.

Про такое обилие снега знающие люди говорили: землю снег бережёт – по весне озимые будут крепче.

И как ни ярилась Зима, быть сильнее людей у неё не получалось.

Но вот закончился февраль – последний отпущенный Зиме месяц. Выглянуло солнце и растопило нанесённые сугробы, согрело всё, и от зимнего холода ничего не осталось. Ни в природе, ни в сердцах.

Постепенно становилось всё теплее: зажурчали ручьи, набухли почки на деревьях, небо стало как будто выше и приобрело легкомысленно голубой цвет, и белые пушистые облака играли друг с другом в догонялки.

Пришла Весна.

Улыбаясь всем, обняла она любящими руками землю и людей – и каждый почувствовал себя согретым этой любовью.

И дрогнуло замёрзшее сердце старой Зимы. Поняла она, что Любовь – самая главная сила в мире. Только она способна растопить лёд сердец и душ, вдохновить на подвиг, на жизнь.

И почувствовала Зима, как тёплый лучик попал ей прямо в сердце, – и оно начало таять, пока не растаяла вся ледяная корка недоверия и непонимания. И забилось с новой, молодой силой сердце старой Зимы. Она улыбнулась Весне и сказала:

– Теперь я поняла тебя. Мы обе важны для людей. Главное условие – любить Жизнь. Оказывается, это так просто! – Помолодевшая Зима засмеялась и отправилась домой, на Север. Долго вдали затихал перезвон её смеха – как будто в весеннем ручье танцевали маленькие льдинки.

Русалочка

Было в этом сельце озеро лесное. Небольшое, но очень живописное. Всё оно было заключено, как драгоценный камень, в оправу. Только оправа из деревьев, всё больше хвойных. С одной стороны небольшой полумесяц песчаного берега, постепенно уходящего на глубину. Где-то берега осокой да камышом заросли. А где-то и местечки для рыбаков находились. Вода в том озере чудно цвет меняла: