— те, конечно же, были выключены. — Слава, хорошо, что Джи Пи Эс не отключается! — Мам, я не хотел тебя напугать… — Славик начал оправдываться, но сник под строгим взглядом матери. — Слава, не сейчас и не здесь, — проговорила сдержанно и слишком спокойно, даже отстраненно, но сын знал: когда мама так говорит — быть грандиозной взбучке. — Девушка, за проезд платить собираемся? — рядом с Владой стояла кондуктор. — Да, конечно, — она достала телефон, открыла приложение банка и приложила гаджет к переносному терминалу. Ей выдали билет и, толкнув крутым бедром, не извинившись, двинулись дальше по салону. Славик молчал, вцепившись в руку мамы. — Слав, на следующей выходим! — услышал он голос матери. — Дальше на машине поедем, с папой. — С папой? — взгляд сына радостно блеснул, но, столкнувшись со строгим материнским, тут же потух. — Угу, — кивнул, не пытаясь спорить. Едва автобус остановился, они выскочили из него и побежали к машине. Влада помогла забраться сыну на заднее сиденье. Славик завозился, пристегиваясь, она села на переднее, и Костя рванул с остановки. Ехали молча, пока Влада, не всмотревшись в пейзаж за окном, не спросила: — А куда мы едем? — К Натэлле. — Ой! Ей же надо сообщить! — спохватилась Влада и полезла в телефон. — Не надо. Она уже знает, — ответил коротко и глянул в зеркало заднего вида на сына, сжавшегося в комочек, — она сама же и сказала, чтоб к ней ехали. Да, бабка просила не говорить с сыном, но не удержался, спросил, входя в крутой поворот на следующем светофоре: — Слав, скажи только, куда именно ты ехал на этом автобусе? — К бабушке домой, — признался нехотя, а потом, распаляясь, почти выкрикнул: — Я никогда не ездил на автобусе! Ни разу! Костя с Владой переглянулись и синхронно вздохнули — в словах их сына была правда. Не ездил. Да и зачем бы? У них у каждого есть своя машина. Даже у Натэллы. О каком автобусе может идти речь? Зачем? — Ты бы попросил, мы бы покатались. Вместе, — ответила сыну Влада, держа в узде рвущиеся наружу эмоции. Автобус, на котором Славик ехал, как он сам думал, к бабушке Натэлле, на самом деле шел в противоположную от её дома сторону. — Я сам хотел! Как Ромка и Толик! Даже Наташа вон одна ездит! — перечислил ребенок своих одноклассников. — Да все ездят одни, и ничего! Я хотел, как все. А меня всегда вы встречаете! Всегда! Словно я маленький. А я уже большой! — сын выкрикнул эти слова, сложил упрямо руки на груди и, насупившись, отвернулся к окну. Влада с Костей снова переглянулись. Теперь, когда её сердце было полно тревоги за единственного сына, неприязнь к бывшему мужу отступила на второй план. Влада могла смотреть на Костю без привычного отчуждения, даже с удивительным спокойствием. И его взгляд, и тихий уверенный голос, и даже кажущееся спокойствие стали источником силы для неё. — Слав, ты не представляешь, что могло случиться. Машины, полный автобус чужих людей. А ты… — Костя хотел сказать “маленький”, но вовремя замолчал, так и не найдя нужного слова, продолжил: — Тебя могут просто не заметить. Толкнуть, ударить, да просто придавить между сиденьем и стенкой автобуса! Славик заморгал, его губы задрожали, но он лишь сильнее сжал кулаки. Отец, понимая, что сын вот-вот расплачется, убрал сталь в голосе: — Автобус, на котором ты ехал, шел в другую сторону, — договорил уже спокойнее. Славик продолжал, угрюмо насупившись смотреть в окно. — Давай мы найдем расписание маршрутов, и я тебе обещаю, — горячая ладонь Кости легла на руку Влады, успокаивая и сдерживая её порыв заговорить, — что в следующий раз ты поедешь к Натэлле на автобусе. Сам. Один. — Что, правда? — тут же вскинулся мальчик, услышав эти слова отца. Переспросил недоверчиво: — Правда, поеду один? И вы меня отпустите? Влада, пользуясь тем, что сын не видит её лица, сделала страшные глаза, глядя на Костю, и покачала головой. — Правда. Один, — мужская рука сжала женскую сильнее. — Но при условии, что мы проработаем маршрут. Все вместе. И ты пообещаешь, что будешь следить за зарядкой на своем телефоне и часах. — Обещаю! — выпалил радостно и нетерпеливо заерзал на сиденье. — Ну вот проследишь за этим всю следующую неделю, и мы с тобой вернемся к этому разговору. — Ла-а-адно… — протянул разочарованно Славик и вздохнул тяжело и очень уж по-взрослому и вновь отвернулся к окну. Костя тем временем въехал во двор дома, где жила Натэлла, припарковал автомобиль на свободное место и скомандовал, глуша двигатель: — Всё, приехали. Выгружаемся! — Добавил, обращаясь к сыну: — Ну пошли, путешественник. Сейчас все вместе перед Натэллой ответ держать будем. — Вы-то почему? — искренне удивился ребенок. — Ну как почему, сын? — настала очередь отца вздыхать. — Потому что ты еще несовершеннолетний, потому что мы твои родители и несем за тебя ответственность. А раз ты не умеешь следить за своими гаджетами, не умеешь отвечать за свои поступки, значит, это мы тебя плохо научили. Значит, нам и ответ держать. На эти слова отца Славик ничего не ответил. Молчал, пока поднимались в лифте, молча же, понурив голову, входил в квартиру прабабушки. Натэлла встретила их в прихожей. Окинула взглядом Славика с понуро опущенной головой и перевела суровый взгляд на его родителей. — Слав, раздевайся и мыть руки! — скомандовала строго ребенку, глядя при этом на его родителей. Мальчик быстро разделся, аккуратно поставил обувь и рванул в ванную комнату. — А вы, — указательный палец с аккуратным розовым маникюром нацелился на Костю и Владу, — не проходите! Они удивленно переглянулись, но замерли, не успев снять обувь. Натэлла обернулась, посмотрела на закрывшуюся дверь ванной, где скрылся правнук, и, понизив голос, припечатала, обращаясь к родителям мальчика: — Я сама с ним поговорю. А вы сейчас отправитесь в ресторан “Прожарка”, там на твоё имя, — женщина ткнула пальцем в Константина, — забронирован столик. Сядете там и поговорите спокойно! Как взрослые и адекватные люди! — Ба! — Натэлла Романовна! Они проговорили это одновременно. — Ничего не хочу знать! Костя, время пришло Владе всё рассказать, ты не находишь? — профессор посверлила суровым взглядом мужчину и перевела взгляд на его жену. — А тебе пришло время его выслушать! Ваш сын страдает, вы оба страдаете! Я по ночам не сплю, а в моем возрасте это вредно. Всё! Хватит! Пора заканчивать весь этот цирк с понЯми. — С конями! — поправил Константин свою бабку, но получил жесткий ответ: — Нет, именно с понЯми! Потому что до коней вы не доросли! Всё! Брысь в ресторан, я сказала! И имейте в виду, я проверю,