работает сама в кафе. Людей не много до часу, поэтому не сильно напряжно. А мне сегодня очень надо, — и глаза при этом у Иры, как у побитой кошки, — прямо «кровь из носу». Хорошо, что утром открыла почту, а там привет от этого ушлепка: «выявлены несоответствия текста дипломной работы, представленной соискателем», — грубым голосом говорит Ира, кривляя препода, — и бла-бла-бла, и тря-ля-ля! Тьфу, козлина.

— Конечно, — говорю ей, — вообще без проблем. Я уверена, что справлюсь.

— Да! Правда! Спасибо, прямо от чистого сердца.

— Да перестань ты. Ученье свет…

— А неученье, приятный полумрак, — добавляет Ира, заставляя меня улыбнуться. — Если тебе надо будет, я тоже всегда тебя подстрахую. — Я лишь кивнула в ответ. — Прикинь, прицепился ко мне один препод, все ему что-то не нравится в моей работе.

— Ошибки реальные или надуманные? Или намекает на что?

— Намекает… На круглую сумму.

— И его не останавливает, что ты скоро станешь его коллегой?

— Он с другой кафедры. Но, в общем-то, нет, его это не колышет.

— А много надо?

— Пятьдесят.

— Еще б два дня назад я дала бы тебе эти деньги без проблем, сказав, что это мелочи, а сегодня, понимаю, что это много.

— Много. Но я его измором возьму. Или подстерегу ночью в переулке и по башке тресну, чтобы стал похож на Шарикова: «Абр… абр…». А… ты ж заграничная, и не знаешь кто это.

— Почему это, я читала «Собачье сердце», и в теме.

— Ладно, я буду собираться, чтобы успеть к восьми. Он любит, когда у него под кабинетом много студентов с мученическим выражением на лице.

— ОК. А Прохору надо что-то говорить?

— Я написала ему сообщение.

Ира быстра собралась и убежала, оставив меня одну.

Какая-то я сегодня не собранная, как будто поднять подняли, а разбудить забыли. На долгие минуты зависла в ванной, бездумно ерзала щеткой по зубам, потом пыталась сварить кофе, но он от меня сбежал, бутерброд два раза вываливался из рук, подтверждая теорию «маслом вниз».

Надо бы привести себя как-то в чувства, а то так обслужу клиентов, что Прохор враз их всех лишится.

Надеваю черные джинсы и легкий свитер. Волосы заплела в две косы. Краситься — лень. Накинула пальто, закрыла дверь и двинулась на работу.

Доехала без проблем. Даже успела прибыть без опоздания. Зашла с черного входа.

Дверь в кабинет Прохора открыта.

— Здравствуете, — говорю ему проходя мимо.

— Стой, — кричит он. Резко торможу и делаю шаг внутрь комнаты.

— Ты утром одна справишься или Юру поставить тебе в помощь?

— Думаю, что все у меня получится.

— Оптимизм — это хорошо… а реализм — может огорчить, — тянет он, словно раздумывает, спрашивать или нет. — Ты сегодня у Иры ночевала? — киваю в ответ. — И с ней планируешь жить? — опять подтверждаю кивком. — Хорошо… А ты не знаешь, случайно, что там у Иры случилось?

— Случайно, знаю. — Я вижу, что не так он равнодушен к Ире, как думает она. Просто такой же тихушник. Вот взрослый мужик, ему уже, наверное, лет за тридцать, а все мнется, ему б хоть четверть от напора Антона, и все было б отлично. — Там у нее какие-то проблемы в институте, преподаватель не пропускает работу, озвучивая довольно-таки приличную сумму. Вот она к нему и побежала, чтобы добить знаниями, раз уж удивить деньгами не способна.

— А не знаешь, как его зовут?

— Нет, она не говорила… Говорила только, что с кафедры финансов. А вам-то зачем это?

— Слушай, давай ты мне не будешь выкать, ладно?

— Ладно, — пожимаю плечами.

— И это… ничего не говори Ире, что я интересовался. — Поднимаю руки вверх ладонями, что ничего не скажу. — Иди, переодевайся и пошли работать.

— Хорошо, Прохор, — разворачиваюсь и выхожу.

Захожу в маленькую комнатушку для персонала, переодеваюсь, и спешу в зал. Прохожу мимо кухни. Там парни о чем-то спорят.

— Привет, ребята, — говорю громко, чтобы услышать.

— Эй, новенькая, — тормозит меня как раз тот, которого зовут Юрой, — как звать?

— Белла.

— Белла, иди сюда, — манит он меня пальцем.

— Чего? — настороженно делаю первый шаг.

— Да иди уже сюда, не бойся, — хватает меня за руку и тащит к столу, на котором стоит несколько видов пончиков, — тебе все нравятся, как украшены?

— Ну вот этот, не очень. На шоколаде плохо видна темная посыпка, лучше яркую, вот как здесь, — и тыкаю пальцем на розовый пончик.

— Что и требовалось доказать, — говорит он одному из парней, — а это тебе, Белла, сует мне в руки тарелку с забракованным мною пончиком. Жуй, а то худая ты больно. Кстати, я — Юра, а это Генка, — показывает пальцем на хорошо сложенного парня с рыжими волосами, — и Степка, — Степка же оказался, невысоким блондином с голубыми глазами.

— Приятно познакомиться, — отвечаю в ответ. — А можно я пончик потом съем? Я завтракала.

— Как хочешь, но можешь не успеть, у нас тут хватает голодающих.

— Без претензий. — Ставлю тарелку и бегу в зал.

Утром людей и вправду было не много: редкие студенты между парами, просто прохожие, любящие выпечку или кофе на вынос. Толпа стала прибывать к часу. Видно, перерыв в некоторых офисах начинается в час, потом идет волна, у которых с двух часов, а потом и отмучившиеся студенты, заходят поболтать, будто целый день не виделись.

И вот, пошла первая толпа. Бегаю между столиками, записываю заказы. Меню у нас не слишком большое — выпечка и кофе в разных вариациях.

Пока я дошла от столика к барной стойке, в кафе прибавилось пару человек. Расставила заказ на стол, и направляюсь к новичкам.

Вот, черт! За столом сидит Антон и вид у него уж больно воинственный. Самое интересное, что он не удивлен, будто знал, что я здесь работаю. Я приближаюсь, а он смотрит прямо в глаза, и его взгляд не обещает ничего хорошего. Неужто будет мелко гадить за то, что отказала его величеству?

Глава 19

Белла.

— Добрый день, — говорю Антону, подойдя к столу, — вам нужно меню или вы знаете, что хотите?

— Я-то знаю, что я хочу? А что вы можете предложить?

— Я все-таки принесу вам меню, — настороженно отвечаю и делаю шаг назад, чтобы развернуться и уйти.

— Стоп, — останавливает он меня, — а разве официантки не должны знать меню наизусть? Я хочу, чтобы вы мне что-то порекомендовали.

— Да, конечно. Что именно вас интересует, какой вид выпечки?

— А давай, прямо по списку, что-нибудь, да выберу, — он откидывается на спинку небольшого кожаного диванчика, складывает руки на груди и взмахом головы дает мне отмашку для начала.

— Кх-кх… Булочки